несколько раз, двигаясь с каждым разом немного быстрее. Ее рука начала двигаться в темпе, приближая меня.
«Джойс, уже близко».
Она отстранилась, посмотрела мне в глаза и сказала: «Пожалуйста, кончи мне в рот, Стив!».
Она быстро вобрала меня в себя и двигалась вверх-вниз, вращая языком. Я застонал.
«Джойс!» — предупредил я.
И первая струя ударила в нее. Она сглотнула и продолжала покачиваться, пока я выплескивал сперму ей в рот. Наслаждение было сильным. Мой оргазм закончился, а она не остановилась, продолжая двигаться и сосать.
«Джойс!» — шипел я. «Поцелуй меня сейчас же!»
Она отпустила меня и нежно поцеловала по-французски, проведя языком по моему рту, а затем позволив мне провести своим по ее. Я прервал поцелуй.
«Это, — вздохнул я, — было потрясающе. Один из лучших, что у меня когда-либо были».
«Я рада, что тебе понравилось. Меня возбудило, когда ты кончил мне в рот. Я и не думала, что такое может случиться».
«Если тебе понравится это делать, ты можешь делать это, когда захочешь».
«Для меня это все еще немного странно, но меня это не пугает».
«Когда я буду трахать тебя в постели Конни, я буду лизать твою киску после того, как кончу, чтобы подарить тебе еще один оргазм. Как это, непристойно?»
«Оооо! Это так непристойно, потому что я буду первой, кто трахнется в ее постели, а не она!»
Это ее заводило. Она взяла меня за руку и стащила с кровати. Затем привела меня в другую комнату, которая, как я понял, была комнатой Конни. Она откинула покрывало и забралась внутрь, бросив на меня взгляд «иди сюда». Я присоединился к ней, натянул плед на нас, и мы обнялись. Джойс положила голову мне на грудь, а я обнял ее, притянув к себе. Мы обнимались около тридцати минут.
Джойс скользнула рукой вниз и начала поглаживать меня. Ей потребовалось совсем немного времени, чтобы привести меня в состояние эрекции. Мы сменили положение так, что она оказалась подо мной. Я переместился вниз, чтобы лизать и сосать каждый сосок по очереди, и поцеловал ее в лоно, вылизывая его, пока оно не стало влажным. Я снова поднялся, прижал член к ее половым губам и погрузился в нее.
«Сильно, Стив!»
Я начал входить и выходить, и мы медленно выстроили ритм, постоянно наращивая темп, пока она не обхватила меня ногами и не начала сильно толкаться. Я входил и выходил в нее до упора. Я приподнялся на руках и толкнулся в нее так сильно, как только мог. Еще несколько сильных толчков, и я вошел в нее, затем застонал и кончил. Я прижался к ее клитору, и она застонала в ответ. Через минуту она напряглась, застонала, и я почувствовал, как ее киска пульсирует вокруг моего члена.
Когда пульсация прекратилась, я вытащил член, переместился ниже и начал лизать ее киску, просовывая язык между ее половых губ, пробуя на вкус наши совместные жидкости. Я ввел в нее один палец и покрутил им, пока лизал ее клитор. Она выгибала бедра, и я ввел в нее второй палец, а затем скрутил их. Жесткое посасывание ее клитора заставило ее сильно выгнуться, и она застонала, когда ее киска спазмировала вокруг моих пальцев.
Я придвинулся к Джойс и притянул ее к себе. Я был удивлен, когда она поцеловала меня и провела языком по моему рту. Она разорвала поцелуй и прижалась ко мне.
«Это было не так уж плохо, я думаю. Но это так непристойно!»
Я заснул с ней в объятиях. Я не знаю точно, как долго я спал, но проснулся от того, что Джойс нежно целовала мои губы.
«Привет, соня!»
«Привет, Джойс».
«Может, приготовим ужин?»
«Может, сначала в душ?»
Мы вскочили и быстро залезли в душ вместе, смеясь, щекочась, тискаясь и вообще ведя себя как маленькие дети под струями воды. На этот раз мы высушили друг друга и оделись, когда закончили.
«Это было весело! Это действительно было весело».
«Возможно, ты захочешь постирать простыни на кровати Конни. Я думаю, что очевидно, что мы там были».
Она засмеялась: «Я хотела бы оставить их, но у меня могут быть большие неприятности. Я сделаю это до того, как они вернутся домой».
Джойс приступила к приготовлению ужина. Она готовила курицу Марсала и жареный картофель. Запах стоял фантастический. Она накрыла на стол и поставила хлеб, оливковое масло и тертый сыр, открыла бутылку вина и налила небольшое количество в каждый бокал. Затем приготовила салат и подала его в мисках. И, наконец, положила на каждую тарелку немного курицы и картофеля и предложила мне сесть.
Еда была фантастической, как и всегда. Я ел с упоением. Это было еще одно измерение Джойс, которое было очень привлекательным. Дженнифер никогда не проявляла никакого интереса к готовке. Мы с Бекки готовили вместе, и мне это очень нравилось. Эта мысль вызвала поток воспоминаний о моих отношениях с Бекки. Меня осенило, что каждая из девушек, с которыми у меня были серьезные отношения, могла предложить совершенно разные вещи. У меня не было таких воспоминаний о Биргит, и это меня огорчало.
Но когда я задумался об этом, мне стало интересно, как я смогу принять решение. И вдруг я понял, что Бекки была приемлемым выбором для моего будущего. Я не мог возобновить отношения с ней сейчас, не создавая значительных осложнений, но будущее было широко открыто. Я также подумал, не исчезнет ли какой-нибудь из этих вариантов, когда я уеду на год. Сейчас меня это пугало. Год вдали от девушек, которых я любил. Что, если они найдут кого-то, пока меня не будет?
Мои мысли снова блуждали, и по какой-то причине я чувствовал себя неуверенно. Мне нужно было быть осторожным, чтобы не попасть в ловушку неуверенности. Все, что я мог сделать, это принимать каждый день таким, каким он приходит. Ни в чем нельзя быть уверенным; смерть Биргит научила меня этому. Все, что я мог сделать, — это любить каждый день и жить каждым днем.
«Что случилось?» — спросила Джойс.
«Извини, мысли блуждали. Я думал о том, что меня не будет целый год, что я не буду с тобой, что я могу потерять тебя».
«Каждый день рискован», — сказала она. «Ты, как никто другой, знаешь это. Все, что ты можешь сделать, это любить меня и принимать все так, как оно приходит».
«Джойс, я люблю тебя».
«И я люблю тебя, Стив».
Мы убрали посуду и прибрались
