Два козла переростка появились как раз одновременно с падением за нашими спинами великой металлической двери. Грохоту было. А пыли. В общем, мысль, что пора делать отсюда ноги, стала главной движущей силой. Даже прорвавшиеся в помещение наёмники с опаской поглядывали на две продолбленные дыры и соединяющийся над нашими головами потолок.
- Взять их, - указал на нас колдун и, взмахнув рукой, рассыпал по комнате печально известные кристаллы.
Я зашипела от боли, но замешательство было секундным. Подбежавшего к нам с Повелительницей человека я отшвырнула раньше, чем блок вступил в силу. Рикон тоже успел вытащить из ножен свой шаклар (меч) и разрубил первого нападающего пополам.
Хуже всего пришлось Асуре. Зажав уши руками, та упала на колени и завыла в унисон с пением банши в наших головах.
- Ринка, прыгай, - скомандовал брат, скидывая с себя уже кем-то порезанную куртку и расправляя кожистые крылья. Люди с оружием отпрянули, а он подхватил на руки ребёнка и вслед за мной прыгнул вниз.
К'ярды с легкостью поймали нас на свои спины, разве что Магрид охнул от увеличившейся на треть ноши и тяжело приземлился на землю. От этого удара девочка и распахнула глаза.
В нас полетели беспорядочные стрелы и камни, что усложняло процесс отражения. Рикон вырвался вперёд, а мы с Грехом развернулись обратно, стараясь одновременно защитить и себя, и остальных и активировать заложенные в подземелье маячки.
Череда взрывов, превзошла мои ожидания. Половина скалы буквально просела вниз, выпуская во все стороны лавину пыли. Рикон, решив уберечь от неё девочку, укрыл её своими крыльями, одновременно отправляя своего скакуна в галоп.
- Демон, - гораздо громче прежнего завизжала, оправившаяся от действия кристаллов, Асура.
Не знаю, объяснил ли ей что-то мой брат, или та банально сорвала голос, но минут через пять ор прекратился. Я выдохнула от облегчения, призывая Греха выходить на ровную траекторию и ускорять бег.
Мы не останавливались и не сбавляли темпа, пока не спустились на предгорье и не скрылись за первой полосой леса. За это время вечер сменился ночью, и лишь когда на горизонте небо приняло светло-синий оттенок, к'ярды окончательно устали. Пришлось останавливаться.
У меня руки свело от постоянного удерживания вожжей, а ноги не желали разгибаться. Рикон же не спрыгнул, а буквально сполз с Магрида, оставив вцепившуюся в лошадиную гриву Асуру в гордом одиночестве.
Пройдя несколько неуверенных шагов, маг медленно опустился на колени и, расстегнув ворот рубашки, неожиданно для нас уткнулся лицом в землю, прямо возле тропинки, по которой мы шли.
Я с ужасом смотрела, как непонятно откуда взявшаяся черная паутина проклятья обволакивает тело моего брата. В голове закрутились квалификации и виды магических проклятий, варианты их наведения через вещи, еду, наговор и простейший выброс прицельного пульсара, под который видимо и попал мой брат. Я вспомнила, как их распознать и защититься, но при этом ни единой мысли, как их снимать. Только выделенное красными чернилами предостережение, что неумелые действия мага приведут к ещё более стремительной смерти проклятого.
- Рикон, - подлетев к брату, я перевернула его на бок и подложила под голову свою куртку. - Скажи что-нибудь? Что мне делать?
Тот захрипел, выплёвывая алую кровь, но произнести ничего не смог, как и показать на слабеющих руках. Не придумав ничего лучшего, я попыталась переманить проклятье на себя, но то, почти не поддавалось, всё плотнее сжимаясь на теле юноши.
- Не так, - подала голос девочка, в прямом смысле свалившись со спины белого к'ярда, и, уже на четвереньках, подползая к нам. - Нужно распутать узелки, а потом аккуратно снять все-все черные ниточки. А не дёргать весь комок на себя.
Не дожидаясь моего ответа, Асура дотронулась до правой ноги Повелителя и быстрыми движениями начала его щипать. Словно собирает разбегающихся по брюкам блох и отбрасывает их в высохшую лужу на тропинке.
Я даже дышать перестала, наблюдая, как плотность наложенного проклятья редеет, становится всё светлее, а лужица наоборот чернее и источает неприятный запах. Когда девочка закончила, я сбросила в остаточную магию огненный пульсар, и с заклинанием было покончено. Только вот лучше Рикону не становилось.
Мы расстелили на земле лапник и, накрыв плащом, перетащили на него Догевского наследника. Расправив его крылья, что бы их кости легли аккуратно вокруг лопаток, я укрыла его двумя нашими одеялами. Пока Асура колдовала над моим братом, как она уверяла, выравнивая рисунок его ауры, я разожгла костёр и, скрыв нас и наши следы от посторонних, приготовила скромный завтрак.
- Ты ведунья? - спросила я у девочки, когда мы вдвоём сидели и пили заваренный в небольшом котелке чай.
- Не знаю, - с усилием откусив кусок вяленого мяса, отозвалась девочка. - Я просто вижу, эти ниточки и петельки, а если они путаются, то у меня руки чешутся всё расправить, что бы снова стало красиво.
- Понятно, - потрясённо отозвалась я, совершено не понимая, о чём та говорит. - А кто тебя учил их распутывать?
- Никто, - беззаботно отозвался ребёнок.
- Но у тебя слишком хорошо получается для первого раза. Словно ты часто практикуешься, - допытывалась я.
- Практика, - задумалась Асура. - Я снимала проклятье раз шесть. Властитель насылал его на мою няню, когда она его раздражала. В первый раз было страшно, и она едва не погибла, а дальше пошло легче.
- А твоя няня тоже была Повелительницей?
- Нет, - отложив еду в сторону, девочка подтянула колени к себе, закрываясь в своих воспоминаниях. - Она была оборотнем. Говорила, что в полнолуние станет красивой большой кошкой и расчистит мне дорогу к выходу. Но обезумела и сбежала одна.
- Так сказал колдун? - догадалась я.
Девочка согласно кивнула, стирая с глаз непрошеные слёзы. Я обняла юную Повелительницу за плечи и дотронулась губами до затылка, не зная, как лучше поступить. Стоит ли говорить, что, скорее всего, её няня погибла, а не сбежала. Что причинит ребёнку большую травму: предательство или смерть родного существа?
- А своих родителей ты помнишь?
- Папу совсем нет, - вздохнула Асура. - Няня рассказывала, что он спас маму во время какой-то войны. Увёз её и спрятал. А когда они оба выросли, то поженились, и у них родилась я. Но злые люди узнали, что папа из семьи их бывших врагов и решили убить. Он отвёл их далеко от дома, давая нам время убежать.
- А мама?
- Мама умерла от горя, а няня забрала меня в горы, подальше от злых людей.
- Не весело, - совершенно не зная, что сказать, растерялась я.
- Жаль, я не смогла их вернуть, когда была такая возможность, - всхлипнула моя собеседница.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
