дематериализации – противник отступил.
– Похоже я понял, как сюда проникла тварь, отбиравшая у тебя флейту… – сказал Денис. – Сон тут ни при чем.
– Зеркало. – кивнула Фели. – Им не нужно перемещаться по базе, для них зеркало, как портал, как наша пентаграма для «хлопа». Они могут материализоваться у отражающей поверхности!
– Бредоватая теория, но похоже на правду.
– Не знаю… – все еще леденея от страха, качнула головой девушка. – Но я уже чувствую, что все, что мы знаем об экзофизике, можно смело забыть. Точнее наш противник знает что-то такое, чего не знаем мы. Он навязывает нам свои правила.
– Может он просто чего-то не умеет? – Денис осторожно засунул «Люгер» за пояс штанов. – Мне кажется, что он использует естественные порталы, вместо того, чтобы создавать их. Зеркало, сон… Если подумать, то это «тонкие места» между экзофизически наблюдаемым и нашим пространством.
Фели нервно рассмеялась.
– Да? Чего-то не умеет? Я ценю твое чувство юмора! Найди мне хоть в одном справочнике по экзофизике, что зеркало или сон, это естественные порталы.
– Ну… С зеркалами проводили опыты. А Институт снов?
– И чем эти опыты кончились? – девушка не скрывала иронии.
– Ничем. – со вздохом признал Денис.
– Вот именно! Наши не доперли, а этот. – Фели показала рукой на зеркало. – Использует эти фишки, как хочет! Я думаю, он без всяких усилий мог преодолеть барьер зазеркалья. Просто не захотел.
– Клей. – вместо ответа произнес Деня. – Нам нужен клей. И бумага.
– Что? – по инерции спросила девушка, хотя уже все поняла.
– Заклеить это зеркало к чертям собачьим.
– И все остальные. – уверенно кивнула она. – Все до единого. Может быть он действительно не может… Ну, так просто, без зеркала?
Целый час снимали зеркала по всей базе, собрали осколки в ванной и свалили все это в кабинете Его Превосходительства. Потом аккуратно и тщательно стали заклеивать бумагой. Клея не жалели, мазали густо.
Когда закончили, сложили заклеенные зеркала и осколки в сейф, заперли на все три замка.
Потом пришлось снова открыть – Деня вспомнил про сверкающие медицинские инструменты, принес и их. Фели предложила их тоже заклеить, от греха подальше. Возражений не было. Заклеили. Снова закрыли.
Когда сели отдохнуть, Фели вспомнила про хромированный кран в ванной. Толстый, широкий. Настоящее зеркало. В него даже смотреться можно было, только все получалось уменьшенным. Деня пошел его сворачивать и через несколько минут вернулся с осколком раковины, из которого удивленно торчал погнутый кран. Обклеили и его. Закрыли в сейфе.
– В ванной тараканов полно. – поежился вампир. – Откуда они берутся? И в коридоре троих задавил.
– Может у них миграция. – Фели неуверенно пожала плечами. – Сезонная.
Деня вздохнул.
– Как ты думаешь, это надежно? – Он коротко кивнул на сейф.
– Броня. – неуверенно пожала плечами девушка.
– Закопать бы его… – мечтательно вздохнул Денис. – Мне это не трудно. Отрою резаком яму, сброшу его туда, а потом снова материализую грунт.
– Мысль хорошая.
Закопали.
Фели вышла в коридор и замерла от неожиданности – на полу, на стенах, на потолке буквально кишели тараканы. Нельзя было ступить, чтоб под ногами не хрустнуло.
– Деня! – испуганно позвала она.
– Ну что там еще… – Денис распахнул дверь. – Блин! Дихлофосную бомбу бы сюда… Вот бы они брейк станцевали! Ансамблем.
Он брезгливо покосился на потолок.
– Ходить-то теперь как?
– Противно, но можно. – ответила Фели.
Девушка скрылась за дверью медицинского блока, а вампир отстал – не мог отказать себе в удовольствии подавить тараканов. Внезапно резкий крик на границе ультразвука ощутимо ударил в уши – явно кричала Фели. Ничего не понимая, вампир со всей скоростью рванулся на звук.. На голову сразу упали два таракана. Фели кричать не переставала.
– У… Черт! Твари! – Деня завертелся на месте, смахивая назойливых насекомых.
На него упало еще штук пять. Он бросился на крик, успевая скидывать только тех, кто падал на открытую кожу. Подбежав к двери он увидел Фели. Она стояла, вся съежившись, и дико визжала, закрыв глаза. Деня рывком вытащил ее в коридор и достал пистолет. В комнате никого не было.
– Ты чего?! – ошарашено спросил он.
Девушка не реагировала. Орать она перестала, но говорить не могла, только бессвязно тыкала пальцем в сторону двери.
– Там… – захлебываясь словами, выдавила она наконец. – На лампе!
Денис поднял взгляд.
– Ты чего, сдурела совсем? – не удержался вампир.
С лампы на невидимой ниточке свешивался довольно крупный паук-крестовик. Деня брезгливо смахнул его стволом «Люгера».
– Ты что, из-за этого так? Вот дурочка… Все, я его убрал. Ну ты даешь, блин…
Волосы на затылке Фели стояли буквально торчком, на побледневших руках разбежались пупырышки «гусиной кожи».
– Все? – открывая глаза, спросила она. – Ты извини. Просто я совсем не могу себя контролировать, когда вижу этих… мохнатых. В них есть что-то совсем не человеческое. Восемь глаз, наружное пищеварение – жуть! Растения ближе к человеку, чем этот ужас.
– Но они же совсем безопасные! – удивился вампир. – Ядовитых в Питере не бывает.
– Я знаю! Они даже полезные. Я бы никогда не смогла убить паука. Уверена, что они, уничтожая мух и комаров, всеми восемью лапами стоят на стороне Света. И все таки боюсь я их до истерики.
– Да я уж видел… – Деня привычно протянул руку, но Фели шарахнулась от нее, как ошпаренная.
– День! – на гране визга выкрикнула она. – Чего ты пугаешь?
– Чем? – искренне удивился вампир.
– Ну… Руки… Пальцы, как лапки.
– Тьфу на тебя! Сумасшедшая…
9.
Близилась ночь, Фели не спала и не ела. Неусыпный Деня осматривал помещение с помощью помутневшего зеркальца. Было тихо.
Тараканы почему-то кишели только в коридоре – ни в одну комнату так и не пролезли. Денису это доставляло не малое удовольствие.
Время медленно сочилось через мелкое сито мыслей. Хаотичных, бессвязных, ленивых. Если бы можно было вообще ни о чем не думать, Фели бы лучше не думала. Но мысли все равно лезли в голову.
– Знаешь, какое у меня ощущение? – внезапно спросил Денис.
Девушка вопросительно повернула голову.
– Словно нас бросили и мы никому не нужны. Вообще. Мы похожи на мальчика из рассказа про честное слово. Помнишь? Там мальчишки играли в войну и одного поставили охранять штаб. Ну, типа, понимаешь? Игра такая была. Взяли с него честное слово, что он будет стоять на часах и никуда не уйдет, а сами поиграли и слиняли. Забыли про него или специально решили подколоть. Я не помню. Короче, он стоял до ночи, как идиот, и не мог уйти. Потому что слово дал. А потом пришел какой-то военный
