дан обзор практических вопросов греко-советских отношений, по которым не было найдено общего решения – это учреждение генконсульств, введение новой линии «Аэрофлота» Москва–Киев–Салоники– Афины, подписание протокола об эквивалентности документов об образовании, учёных степеней и званий[386]. Соглашение о создании генконсульств было достигнуто ещё в сентябре 1978 г., однако, греки считали, что учреждение советского консульства в Салониках и греческого в Одессе являлось неравнозначным обменом, ибо Одессе они предпочитали Москву. Учреждение же советского консульства в Салониках, наиболее чувствительном месте Северной Греции, считало греческое Посольство, было противопоказано. Относительно предложения СССР по введению поправок в Соглашение 1973 года о введении новой линии «Аэрофлота», греческое Посольство заявило, что эксплуатация внутренних линий, в данном случае линии Салоники-Афины принадлежит только национальной кампании. Оно считало, что первый и второй вопросы связаны с особым интересом Советского Союза к Северной Греции[387]. Что же касалось третьего вопроса, то ещё в мае 1982 года советская сторона направляла дважды в Афины проект протокола об эквивалентности документов об образовании с учётом замечаний греческой стороны, однако с тех пор ответа из Афин так и не поступало[388]. Масштаб этих вопросов был, конечно, несоизмерим с политическими проблемами международной политики, но и он свидетельствовал о не совсем ровных отношениях двух государств.
24 июля 1988 года в газете «Эксормиси» была опубликована статья А. Папандреу «ПАСОК перед настоящим и будущим Греции». Внешнеполитический раздел назывался «На пороге нового мира: направление национальной стратегии». Греческий премьер писал о том, что от периода отсутствия исконно национальной стратегии страна переходит к всеобъемлющей национальной стратегии эллинизма. «Мы платили и продолжаем платить до сих пор дорогую цену за многостороннюю зависимость и положение в роли сателлита «Западного Союза», – писал А. Папандреу. – Сегодня мы можем реализовывать национальную стратегию эллинизма наступательного характера»[389]. Суть и направления этой стратегии: мир и сотрудничество, Европа, территориальная целостность и национальный суверенитет, новые производственные планы, возрождение культуры и образования страны. Цели и лозунги – это: «Дух разрядки и сотрудничества», «Европа без блоков», «Балканы без ракет», «Средиземноморье, свободное от присутствия иностранных флотов», «Греция, свободная от ядерного оружия». Было заявлено, что Греция борется за Европу без границ, которая явится естественным геополитическим и культурным пространством страны не только в силу современной ситуации, но и многовековой истории. Участие же в НАТО премьер непосредственно связал с укреплением национальной безопасности Греции[390]. Продолжая тему защиты национального суверенитета, в своём выступлении на II Всемирном конгрессе понтийских греков 31 июля 1988 года А. Папандреу решительно заявил, что Греция будет энергично противостоять любой угрозе национальному суверенитету в Эгейском море. «Любая попытка расширения оккупации Кипра, что невозможно сегодня, говорил он, – означает войну. – Мы не допустим повторения утраты Родины»[391]. Кипр считался им исторической родиной греков.
Оценивая материалы по вопросам внешней политики правительства А. Папандреу, мы видим, что в центре внимания постоянно находились греко-турецкие отношения, кипрская проблема, греко-американские отношения, связи с Европой. Греко-советские политические отношения на этом фоне были гораздо скромнее. Тем не менее некоторые современники считали, что взаимоотношения с Москвой оказывали немалое влияние на внутриполитические дела в Греции.
Так, в газете «Акрополис» от 23 октября 1988 года появилась статья, подписанная автором под псевдонимом «Дипломат», в которой указывалось, что развитие греко-советских отношений было особенно активным в период парламентских выборов в Греции. ПАСОК было вынуждено ставить на «советскую карту», так как контакты с СССР всегда привлекали левых избирателей[392]. Далее автор задавался вопросом, почему Советский Союз был удовлетворён политикой А. Папандреу, который, вне зависимости от своей риторической и декларативной «поддержки» СССР, не выводил Грецию из состава НАТО, а американские базы с территории страны. Отвечая на поставленный вопрос, он указал три мотива, по которым Советский Союз положительно относился к политике А. Папандреу. Первый – это «миролюбивые инициативы» А. Папандреу, которые усиливали внешнеполитические шаги Кремля, особенно на пропагандистском уровне. Второй мотив заключался в том, что разногласия, которые высказывал А. Папандреу по различным позициям западного союза «изнутри», были важны для СССР и оценивались Кремлём как особо «смелые». Наконец, оба вышеуказанных момента были полезны для СССР, считал автор, и в его внутренней политике, представляя неоценимый пропагандистский материал: «даже премьер-министр страны-члена НАТО не согласен с милитаризмом западного союза и признаёт миролюбивую роль СССР», как могли бы утверждать советские средства массовой информации[393]. По всем этим причинам СССР проявлял особую «симпатию», писал автор статьи, в отношении ПАСОК. В качестве аргумента он привёл поведение Посла СССР в Греции В. Ф. Стукалина, который на празднике молодёжи ПАСОК публично и откровенно аплодировал выступлению А. Папандреу[394].
Уже через месяц тот же автор в газете «Акрополис» от 13 ноября 1988 года назвал свою статью «Кремль дистанцируется от ПАСОК», в которой комментировал интервью нового советского посла в Афинах А. А. Слюсаря, охарактеризовав это интервью «холодным душем». Он указал, что А. А. Слюсарь был весьма сдержан в своих оценках правительственной внешней политики в Греции, «признавая общность усилий по укреплению мира и безопасности»[395]. В нейтральном тоне советского посла автор усмотрел дистанцирование посольства СССР по отношению к ПАСОК. Очевидно, писал автор, советское посольство пришло к выводу, что «правительственный корабль идёт ко дну»[396]. Таким образом автор этих статей пытался дискредитировать взаимоотношения двух государств и преуменьшить их развитие.
Однако другая, более реалистичная картина греко-советских отношений была дана в секретной справке греческого посольства в Москве, которая была опубликована в газете «Калами» 6 апреля 1988 года, практически к концу пребывания ПАСОК у власти. В ней отношения СССР и Греции подразделялись на два периода: первый – с октября 1981-го до конца 1982 года, характеризовался явной сдержанностью, а в некоторых случаях и резкой критикой советской стороны в отношении политики греческого правительства. Во второй период, начавшийся в январе 1983-го и прдолжавшийся по 1988 год, напряжённая сдержанность и критика советской стороны уменьшились и их заменили «чётко выраженные моменты общего удовлетворения»[397]. На первом этапе советская сторона представляла Грецию при новом правительстве как страну, которая борется, насколько это в её силах, конечно, в рамках НАТО и ЕЭС за проведение своей собственной, независимой политики, отличающейся от курса других участников Атлантического блока. В то же время советской стороной проявлялась крайняя осторожность, беспокойство и даже энергичная критика в отношении греческой политики по конкретным вопросам: НАТО-базы-ЕЭС. На протяжении второго периода ситуация изменилась коренным образом: определяющей позицией советской стороны стало общее удовлетворение греческой внешней политикой и позицией греческого правительства по международным общим и региональным вопросам, таким
