тебя?
— Всеслав. Меня зовут Всеславом.
— Что ж, будем знакомы, Всеслав. — Мужчина задвигался всем телом. — Ух, холодрыга! До зари, далеко, замёрзнем. И у меня вопрос к тебе: тебе не кажется, что нам можно дать дёру? Хотя бы для того, чтобы не замёрзнуть! Как ты смотришь на такое предложение?
— Мы же связаны по рукам и ногам.
— Это так, но восьмилапые не обыскали меня и не заметили моего ножа под поясом. Ещё в прошлые ночи я переместил его поближе к рукам и теперь всегда могу воспользоваться им. Вот так!
Варец завозился, сквозь слой паутины показалось стальное лезвие, которые легко перерезало нити…
Уже скоро Варец освободился, брезгливо отбросив от себя липкие нити и подошёл к Всеславу, принялся резать паутину на нём. Она уже давно присохла к одежде, телу и кое-где от неё удавалось освободиться только с клочками ткани и частью волосяного покрова человека. Хорошо, что он был не слишком обильный.
— Ну, в путь! — сказал Варец.
— Подожди немного, — остановил его Всеслав. Он вспомнил, что совсем близко пауки уложили запасы вяленного мяса. Выбрал увесистый кусок, ножом нового знакомого разрезал пополам, обернул листьями лопуха, а сверху обвязал остатками паутины, выбрав самые длинные нити.
Варец одобрил его действия:
— Молодец! Вовремя сообразил! Нам-то нужно мчаться со всех ног и как можно дальше отсюда, пока не очнулись эти сони, так что времени на охоту не будет…
И они помчались прочь от паучьего привала. Лишь иногда останавливались, чтобы отдышаться, и снова продолжали бег. Пауки-то двигались в разы быстрее и легко могли их догнать. Единственная надежда на то, что потеряют след. На остановке Варец заметил:
— Они могли сразу плюнуть на нас после того, как обнаружили наш побег, и не преследовать.
— Это ещё почему?
— Они же к нам забрели с юга, холодов не любят. Намёрзнувшись ночью, они могли решить поскорее вернуться в свои тёплые края, а не искать нас.
— Наверное, мы могли бы перерезать ночью их всех, — предположил Всеслав.
— Наверное, да. Не уверен, что они бы смогли очнуться и оказать нам сопротивление. Эх, не пришла мне эта мысль раньше! — воскликнул Варец.
— Уже поздно жалеть об этом. Хорошо, что сами спаслись.
— Очень уж заманчивая мысль — порешить всех этих раскоряк!
— А вдруг угроза смерти заставила бы их шевелиться. А они таковы, что способны убить нас одним ударом лапы или укусом своих клыков. И они жутко ядовиты! Правильно, что не тронули никого. Известна мудрость, не буди лихо, пока оно тихо…
— Но на всякий случай нужно отдалиться от восьмилапых как можно дальше. А вдруг они всё же нас примутся искать.
Путники продолжили свой путь. А к вечеру наткнулись на отряд Одура, который возвращался из похода. Великий князь самолично допросил их, а затем решил их участь:
— Вы смелые и решительные люди, такие мне нужны. Поступите под начало моего сотника, у него недобор ратников.
Варец особо спорить не стал, как он потом признался, сразу понял, что это бесполезно, а Всеслав яростно запротестовал. Но что последовал равнодушный ответ Одура:
— Решай сам: если не пойдёшь с нами, то прикажу раздеть тебя догола и связанным положить на муравьиную кучу. Там будут рады поживиться.
Всеслав замолчал.
Признался, что позже он пытался убежать, но был пойман и закован в цепи. Его принудили выполнять различные работы. Пока не пришёл Росс.
— Недавно краем уха я слышал про великого князя Росса, но меня даже и мысли не было, что это ты, — рассказывал Всеслав. — А потом издали разглядел тебя и забыл обо всём. Порвал цепь, я давно подпиливал её, готовясь к новом побегу, и бросился к тебе, даже не думая, чем мне и тебе это грозит… И случилось то, что случилось…
Глава 13
Глава 13. Тяжесть шапки Мономаха
— Теперь мне можно идти в Лунный котёл? — спросил волхва Росс.
— Да хоть сию минуту, — улыбнулся Сечень. — Только там ты можешь задержаться на несколько дней, а потому следует прежде утрясти тут кой-какие дела. Ты же признан и градичами своим Великим князем. Не все этому рады, но их меньшинство, и они не посмеют выступить против тебя. Но большая власть — это и большая ответственность: ты в ответе за благополучие всех. Это — тяжесть шапки Мономаха. То есть, тяжесть полученной власти.
— Начинаю понимать это, — вздохнул юноша. — И что же мне следует прежде сделать?
— Нужно найти хорошего управленца. Был такой у Одура, но вчера убит. Как и его младший воевода! Дружиной командовал Одур сам лично. Правда, она у него фактически состояла из двух частей: с одной он сам ходил в походы в качестве воеводы, а меньшая оставалась в городе под руководством меньшего воеводы, как бы в запасе и на случай возможных волнений, уничтожала вредных тварей, они же постоянно проникают в город. В этом у них дел невпроворот, хотя им обязаны помогать и все горожане, которые ответственны за свои участки домов и земель. Предлагаю сделать временные назначения троих: для городского управления и для двух групп войск.
— Хорошо, давай посоветуемся с некоторыми из местных видных граждан, а потом встретимся и обсудим, — решил Росс. — И моего отца пригласим, он тут прожил какое-то время, тоже имеет какое-то представление о достойных.
— Так и сделаем, вполне разумная мысль. Нужны люди не только компетентные в своём деле, но и верные. А то в один не прекрасный день могут ударить в спину…
Юноша не пошёл ни с кем советоваться, ему показалось, что это произведёт странное впечатление: Сын Богини и выспрашивает что-то мелкое, малозначащее. Он решил действовать иначе.
Вспомнил про дворецкого, который накануне
