ответил Джаэнс. — Но я не сдамся, всегда есть другой путь.
— Не надо, Джаэнс, пока мы живы, есть выход и есть надежда, — я уже понял, к чему он клонит.
— Прости, капитан, но я не хочу сдаваться этим тварям. Игрин хотя бы попытался выбраться и погиб достойно, а я не хочу пытаться, всё безнадёжно. Прощай, капитан, было огромной честью находиться в твоей команде! — Джаэнс достал из кобуры пистолет и выстрелил себе в рот.
Я в бессилии сжал свою винтовку, заныли пальцы. На душе было настолько паршиво и тоскливо, что этого не передать словами. Захлестывал бессильный гнев.
«Они все погибли по моей вине, вся моя команда, все мои друзья и соратники! Почему я не послушал Джаэнса и Джину? Ведь Джаэнс не был нытиком, его предчувствия всегда были основаны на логике и на трезвом расчёте! А теперь он лежит на этой планетке, с простреленной головой, и виноват в этом я…» — я с тоской смотрел на тело Джаэнса.
— Нападающие, вы зажаты в тупике и у вас нет выхода. Сдавайтесь, и мы гарантируем вам честный суд! — раздался голос из громкоговорителя.
Я быстренько выглянул из-за угла своего отбойника — броневик продвигался среди улицы в мою сторону, он был уже метрах в ста от моей позиции, за ним виднелись фигурки спецназовцев. На крышах тоже было движение.
[Обнаружен слезоточивый газ], — проинформировал меня имплант, пока я впал в легкую прострацию.
Кто-то из полицейских выстрелил в мою сторону несколькими слезоточивыми гранатами, и не успел я подумать, что же мне делать, как следом прилетели и четыре светошумовых. Я не успел сосредоточиться и через полминуты или больше обнаружил себя распластанным на асфальте за отбойником, с почти невидящими глазами.
«Где винтовка? Надо поступить, как Джаэнс, где же она?» — я приходил в ужас, потому что задыхался, ничего не видел и не мог нащупать оружие.
Я шарил руками возле себя, но ко мне подбежали, с размаху ударили ботинком в бок, потом сразу же — ботинком по правому уху и прикладом по спине, и я окончательно потерял сознание.
Снова начались ярко-фиолетовые блики, и через некоторое я обнаружил себя в плохо освещённой, явно тюремной комнате, сидящим за большим, абсолютно пустым столом. Мои руки были сзади скованы жгучими наручниками, ноги тоже. Я был в этой же тюремной форме, в которой нахожусь сейчас.
[Местонахождение: пространство Эльфийского Технологического Союза, система Тау Эрресиэль, планета Эрресиэлла-Судебная-Два, здание Корпоративного Суда ЭТС.
Статус на текущий момент: арестованный особо опасный преступник, глава клана «Эльфийский рассвет», капитан корабля «Амальгама».
Доступный заряд ксиони-энергии — 84 %. Текущая дата — 28 августа 127 года].
Через полминуты дверь в камеру открылась и ко мне вошёл улыбающийся и довольный знакомец. Тот самый вице-адмирал Леттениаль в своей элегантной и отлично подогнанной униформе.
— Оставьте нас, — не поворачивая головы, жестом он остановил двух вооруженных спецназовцев, которые хотели зайти следом.
— Есть, сэр! — один из них закрыл дверь с той стороны.
Тип в форме вице-адмирала немного походил возле стола, не сводя с меня довольного взгляда, и через полминуты сел на пустой стул напротив, метрах в пяти от меня.
— Очень, очень рад тебя видеть, мой дорогой Хайнц-Кристиан! — расплылся он в приторной улыбке.
— Неужели? — холодно усмехнулся я.
— Ты очень зря сомневаешься. Мы ведь не виделись три с половиной года, после того случая, когда ты организовал нападение на рапторианский супертанкер и на вампирский конвой, — снова усмехнулся он и откинулся на спинку стула.
— Да. А кто мне в этом помог за очень достойную плату и будущую долю в добыче? Некий Гэрриэт Леттениаль, на тот момент первый заместитель главы общеклановой службы безопасности ЭТС. Не знаешь такого?
— ХаКри, ну ты как ребенок, честное слово. Здесь ведь нет аппаратуры прослушивания, а на завтрашнем суде никто не поверит в эту отвратительную, бездоказательную ахинею, — вице-адмирал смеялся довольно долго и искренне.
— Даже если и так, то Верховный Адепт Шлиамиэзиююльсс будет очень заинтересован вновь открывшимися подробностями, разве не так? Я слышал, что он даже объявил за меня награду в три миллиона шекларов.
— Раз ты заговорил так, друг мой, то я ведь могу вспомнить и о твоей почтенной матушке, и о твоей сестре. Дом Пассанте — один из самых уважаемых, но я очень сомневаюсь, что они не были в курсе твоих делишек, — снова засмеялся он, но в его серо-зеленых глазах веселья поубавилось.
— Мать официально отреклась от меня практически сразу, а сестра заняла моё место в совете директоров нашего корпоративного конгломерата, — пожал я плечами.
— Да, Эстеллика — девушка не только красивая, но и очень умная, и не в пример тебе — очень прагматичная. Как ты думаешь, если я на ней женюсь, я унаследую остатки ваших полуразорённых корпораций? — снова расплылся в улыбочке собеседник.
— Тут ещё вопрос, кто будет наследником. Как бы сестрица не унаследовала твою корпоративную долю, а потом и всего вашего клана, — холодно усмехнулся я.
— Ну это мы посмотрим. Моя неразумная, впечатлительная и избалованная кузина услышала, что тебя наконец арестовали и порывается прилететь сюда, на суд, — секунд через десять снова заговорил Леттениаль.
Я замолчал на несколько секунд и отвёл взгляд. Речь шла о принцессе Стелленике. Как оказалось, у нас были с ней зачатки романтических отношений, но они прервались после моего вынужденного и не очень запланированного ухода в подполье после того случая с супертанкером.
— Да, вот поэтому ты меня и подставил, Гэрриэт, из-за Стелленики! — вздохнул я. Хотя я прекрасно знал, что это было не так. Всё было гораздо сложнее и было ясно задолго до самой подставы. Хотя сама по себе она была неожиданная в тот момент.
— Хе-хе-хе, — вице-адмирал смеялся несколько секунд. — Конечно же нет, мне совершенно плевать на твои отношения с ней, как будто такие браки — впервые между нашими семьями. Я был вынужден сдать тебя, потому что ты идеалист, а поэтому — в некотором роде идиот, и не понимаешь сложившихся реалий такими, какими они есть и останутся на долгое время. А ещё тобой двигала жажда наживы, ты возомнил, что спасешь свои основные корпорации от разорения, если изменишь политическую ситуацию в нужную тебе пользу.
— Что ты от меня хочешь?
— Во-первых, меня интересуют все те средства, которые ты успел награбить за годы своей веселенькой деятельности, во-вторых, ты должен выдать своих оставшихся подельников, ваши секретные базы и сеть агентуры, и в-третьих — мне нужна «Амальгама», ты перепрограммируешь её лично на меня.
— А
