Невыносимый и резкий скрежещущий звук разнесся эхом в белой комнате. Не отрываясь от своих дел, говорящий с призраками кивнул на одного из своих слуг: проверь.
Но тот не успел даже подойти к двери: она вылетела с петель, и на пороге возникли три черные фигуры: мужчина с черными вьющимися волосами достал два меча из-за спины. Его глаза, казалось, метали молнии. Бородатый блондин погладил лезвие своего серебряного топорика и с ревом бросился на ближайшего противника. Девушка с аккуратно уложенными золотыми локонами натянула тетиву и пустила первую стрелу.
Меньше, чем за минуту, враги были повержены. Говорящий с призраками понял, что проигрывает. Торопясь, он попытался зачерпнуть из чаш под подлокотниками Насти хоть немного ее крови. Трясущимися руками он закрыл бутылочку и бросился к стене, которая раздвинулась перед ним и проглотила. В следующую секунду серебряный топорик ударился об стену в то место, где только что была голова мужчины, и со звоном свалился на пол.
Джонни вытащил нож и освободил Настю от веревок. Лика стала закрывать ее порезы. Свет снова выровнялся, призраки исчезли. И Настя увидела, как граф Виттури подошел к Диего и руками порвал на нем железный ошейник. Настя помотала головой и снова вгляделась, но тут граф размахнулся и залепил Диего пощечину.
— Что она не знает, куда лезет, я еще могу понять! Но ты мог бы сообразить!
— Я не думал, что это зайдет так далеко, ясно?! — парень дрожал перед графом, как лист на ветру.
— Ты вообще не думал, она же человек, за которым они следили, и ты сам привел ее к ним! Лучшего подарка и придумать невозможно. Безответственный! Твой опыт ничему тебя не научил! Она могла погибнуть!
— Ты только и делаешь, что напоминаешь мне об этом! Сколько я могу раскаиваться? Сколько? — Диего чуть не плакал.
— Всю жизнь, ясно? И думать, прежде чем подвергать опасности кого-то другого!
— Хватит уже! Прекратите! — голос Насти звонко разнесся по подвалу. — Достаточно! Если у вас какие-то нерешенные споры не надо выбирать причиной для ссоры меня. Я сама пошла. Это был мой выбор.
Он развернулся к ней и столько ярости было в его энергичном движении и взгляде, что Настя онемела.
— А с Вами я отдельно поговорю, и о выборе тоже, — потом срываясь на ты, потому что гнев в нем клокотал: — Ты обязана известить агентов о любом своем движении, если оно касается агентства.
— Это не касалось агентства! Это были люди, которые следили за мной. Это был мальчишка-призрак, который пытался меня ограбить в первый день в Барселоне. Я не думала, что это связано с агентством.
— Все, что есть в твоей жизни ненормального, связано с агентством! — огрызнулся он. — Ты обязана сообщать о своих планах посещения местной банды призраков, но если ты решишь записаться в кружок кройки и шитья, то меня об этом извещать не стоит.
Лика помогла Насте встать, и только сейчас граф заметил, что девчонка в одном нижнем белье. Он снял с себя плащ и бросил Лике. Настя от слабости почти не чувствовала пола под ногами. Граф заговорил более спокойно:
— Я обязан знать о ваших расследованиях, потому что, если что-нибудь случится с вами двумя, то получится, я не могу вас защитить, не могу остановить, не могу прислать подкрепление, черт вас подери обоих. Мне хватило потерь в Венеции, я не хочу, чтобы мои агенты стали гибнуть один за другим. Вы обязаны делиться информацией. Здесь нет супергероев, мать вашу. Диего, прости, что сорвался на тебе. Но ты знаешь, что я прав. А теперь в машину.
Джонни понес Настю на руках, Лика хлопотала вокруг. Девчонка даже не представляет, как ей повезло. Лика способна заживить ее раны, если только они не смертельны. Не всем так везет, не всех охраняет ангел, способный исцелять. Оборотень, поджав хвост, шел, понурившись, рядом. Граф потрепал его по плечу. Парень с надеждой поднял глаза, и граф кивнул. Чувство вины и так тяжелая ноша. Легче он ее не сделает, но зла на него не держит. Он понимал, что Диего еще слишком молод, чтобы здраво оценивать опасность.
А опасность никуда не делась. Она черным облаком вилась вслед за Настей.
Из дневника Насти: «На следующий день меня еще шатало, Лика и Цезарь отвезли меня к какому-то знакомому врачу, тот назначил диету для скорейшего восстановления крови и железа. Переливания делать не стали: стараниями Лики я вообще не чувствовала боли и если бы не слабость и головокружение, то и не поверила бы, что вчера чуть было не стала объектом жертвоприношения. К тому же, никто из моих спутников не был уверен, можно ли делать переливание крови говорящей с призраками. Мне назначили отдых, и я провела его в компании Джонни и Мартина, пока Юка была в отъезде. Мартин потом ушел смотреть футбол с друзьями, и мы с Джонни остались вдвоем. Я поболтала с мамой по скайпу, поделала домашку по испанскому, но вскоре все равно вышла в гостиную, где Джонни сидел на диване и точил свой топорик.
— Ты как?
— Сносно, — пожала я плечами.
— Наши прочесывают город в поисках говорящего с призраками. Так что работы все равно никакой.
— Серж сказал мне, что ты… — я замялась, но все же продолжила, — что ты Локи. Это правда?
— Да. Я — Локи. Но ты не бойся, Настя. Я, можно сказать, одомашненный бог, — Джонни улыбнулся.
— Я и не боюсь. Просто… Это все как-то в голове не укладывается. Все эти призраки, оборотни, вампиры, ангелы… Всего несколько месяцев назад я думала, что это все сказки, — я присела рядом с ним на диван.
— Сказки основаны на чем-то. Всегда. Вот взять меня: чего только про меня не писали… А вся проблема в том, на самом деле, что я потерял семью, друзей, власть, работу, можно сказать. Самого себя, — Джонни задумчиво потрогал пальцем лезвие своего топорика, потом отложил его в сторону.
Он посмотрел на меня своими голубыми глазами, и мое сердце на миг замерло.
— Проиграть главную битву в твоей жизни бывает очень больно, Настя.
Его рука скользнула мне на талию, и он притянул меня к себе. Я послушно прильнула к нему. Странно, но в тот момент в голове мелькнула мысль, что на мне дурацкое нижнее белье. Хотя ничего такого я делать с ним не собиралась. Но когда его пшеничная борода защекотала мне шею, я была готова поменять решение… Его дыхание обожгло щеку, и губы уже тянулись ко мне. Я почувствовала легкое головокружение от волнения и чуть приоткрыла глаза, чтобы оно прошло. Заметив за плечом Джонни Исабель, я мгновенно отпрянула от него.
Исабель смотрела на меня несколько секунд и потом рассеялась в воздухе.
— Что случилось? — Джонни попытался снова обнять меня, но очарование мгновения уже прошло. Сердце билось часто, но я лихорадочно соображала, что означает это появление.
— Они придут за мной, Джонни. Надо позвать остальных.
Через час мы все собрались в агентстве. Граф все еще был тут, он остался после всего, что произошло, в Барселоне.
— Ты увидела призрака за плечом Джонни? А чем вы занимались в тот момент? — его карие глаза с насмешкой посмотрели на меня. Странно, но, встретившись с ним взглядом, я почувствовала стыд за происшедшее с Джонни.
— Мы разговаривали, — увидев, что я покраснела, ответил Джонни.
— И что дальше?
— Она исчезла. Но уверена, что она мне не померещилась, — торопливо добавила я.
— Скоро стемнеет, — Цезарь бросил взгляд за окно.
Молчание воцарилось среди нас.
— Чтобы покончить с этим, надо приманить его, — граф обвел нас всех взглядом.
— Это опасно, — возмутился Диего.
— Значит, теперь ты о ней беспокоишься? — язвительно заметил граф. Парень гневно засопел.
— Я согласна, — я поднялась. — Что надо делать?
— Для начала переодеться для боя, — Итсаску живо поднялась с места и вытащила меня в коридор. В кабинете Цезаря разгорался спор.
— Болтливые мужики, — презрительно повела плечами вампирша. — Все равно граф прав и другого выхода нет. Пойдем, я нашла отличный кожаный жакет для тебя.
Спустя полчаса мы все были готовы. От возбуждения головокружение казалось легким взлетом, как на американских горках прежде чем ухнуть вниз.
