взяла ложку и неохотно принялась за похлебку. В благоухающей оранжерее воцарилась тишина. Наевшись, я отложила столовые приборы.
– Ты больше не будешь? – поинтересовался герцог.
– Спасибо, этого достаточно.
– Сказать, чтобы подали десерт?
Я помотала головой. У меня и впрямь не было аппетита.
– Разве можно быть такой малоежкой?! Тогда я велю приготовить сэндвичей: поешь позже в своей комнате.
– Благодарю, отец, не нужно! Меня утомила утренняя прогулка, и потому, как только обед завершится, я хотела бы подняться к себе.
Поняв прозрачный намек, герцог тут же перешел к делу.
– Я собрал вас за этим столом, чтобы рассказать о своих планах: я хочу заказать наш семейный портрет!
Неожиданная новость каждого из нас застала врасплох. Рейнольд даже спросил, не ослышался ли он, а Дерек потребовал разъяснений:
– Отец, но почему?
– Уже через месяц мы будем праздновать день рождения Пенелопы!
Совершеннолетие?! Так скоро? И какого же числа?
– Я надеюсь, семейный портрет будет готов до торжественного приема. Повесим его на главной лестнице.
В этот день вернется родная герцогская дочка, что будет означать конец игры.
– Позаботьтесь о том, чтобы выглядеть безупречно к этому времени, – продолжал герцог, но, испытав потрясение, я едва ли его слышала.
Эпизод, посвященный охотничьим состязаниям, оказался весьма продолжительным, и я не сомневалась, что в запасе у меня полным-полно времени, ведь чувства не могут возникнуть в одно мгновение. Я лишь начала понимать, что творится в душе у Иклиса, и пыталась упрочить его симпатию. Но оставался всего лишь месяц! Если за это время симпатия одного из персонажей не достигнет ста процентов и не прозвучат слова любви, совсем не факт, что я вернусь домой!
С появлением Ивонны я поневоле превращусь в злодейку – таков сюжет этой безумной игры. Ощутив отчаяние, я зажала в кулаке ткань платья. Не хочу умирать! Неужели все зря? И побег из ненавистного дома, и моя учеба?!
– Пенелопа.
Я из последних сил барахталась в этой проклятой реальности! Неужели всему конец?!
– Пенелопа, детка!
– А? Да? – Я чуть не подпрыгнула.
Отец и братья сверлили меня глазами.
– Ты чем-то огорчена? – спросил герцог.
– Что? Нет-нет, все в порядке, – сконфуженно пробормотала я. – Просто задумалась.
– Ты сегодня какая-то странная. То пялишься в одну точку, то внезапно глохнешь. Может, у тебя что-то чешется? Так не стесняйся…
– Рейнольд Экхарт! Ну что за манеры?! Ты же старший брат Пенелопы!
Вероятно, не дождавшись ответной реакции, мерзавец бы сам рано или поздно умолк, но герцог не желал слушать его остроты.
– Непохоже, чтобы она относилась ко мне как к старшему брату.
– Цыц!
Скроив кислую мину, которая явно диссонировала со светло-розовой шкалой, Рейнольд прикусил язык. В оранжерее повисла гнетущая атмосфера.
– Простите, отец. – Мои губы растянулись в виноватой улыбке. – Я погрузилась в свои мысли. Что вы сказали?
– Кхе. Ничего страшного. – Лицо герцога смягчилось. – Я спросил, о каком подарке на день рождения ты мечтаешь. Сделаю что угодно.
«Верните меня домой! Пожалуйста!» – мысленно взмолилась я, ежась под прицелом синих глаз, но вслух сказала совсем другое:
– Благодарю, отец, я ни в чем не нуждаюсь. – Мой голос был полон равнодушия.
– Что?! – Герцог неподдельно изумился. – Но… Как же…
– Белены объелась?! – Рейнольд хлопнул ладонью по столу.
И даже молчаливый Дерек недобро уставился на меня.
– Вплоть до прошлого года… – начал было он, но тут же осекся.
Хм… Что бы это могло значить?
– Пенелопа, я тебя не узнаю! – К герцогу вернулся дар речи. – Ты постоянно выклянчивала то одно, то другое.
– Ну…
Что я могла ответить? В отличие от настоящей Пенелопы, я действительно ничего не хотела. К тому же день совершеннолетия мог обернуться полнейшим крахом. Тут уж явно не до презентов!
Взглянув на меня, будто на незнакомку, герцог напомнил:
– По-моему, ты собиралась заказать наряд у того портного, что шил для ныне покойной императрицы.
– Наряд для празднования моего совершеннолетия?
– Именно! Я даже обратился к Его Величеству, чтобы исполнить твой каприз! – Довольный собой, герцог расправил плечи, примерно так же он выглядел, вручая мне арбалет.
Перспектива обзавестись очередным платьем прельщала меня еще меньше, чем покупка драгоценностей, но делать было нечего. Раз уж Пенелопа грезила обновкой, надо быть последовательной.
– Полагаю, новые туфли и украшения тоже не повредят. Давненько мы не приглашали в дом ювелиров…
– Э-э… – Я покосилась на братьев – они сидели напротив.
Оранжевый и светло-розовый. Теперь, в отсутствие цифровых значений, индикаторы стали куда более заметными, но что означают эти цвета?.. Не желая тратить деньги (даже игровые) на проверку, я решила воспользоваться благосклонностью герцога.
– Благодарю, отец, но в качестве подарка на день рождения я бы предпочла деньги.
– Что?! – У герцога отвисла челюсть.
– Сами посудите, у меня до сих пор нет личных средств. Быть может, настала пора регулярно выделять мне определенную сумму?
– Ох…
Герцог не знал, что ответить, но ему на помощь тут же пришел Рейнольд:
– Объясни, зачем тебе деньги!
– Ну…
– Если хочешь новое платье, просто позови портного. Если украшения – ювелира. Дворецкий все устроит. К тому же отец давал тебе чеки! А вот я, обратившись к нему с аналогичной просьбой, получил отказ: у нас, видите ли, туго с финансами!
Ну что за детский сад?! Однако от этого проныры ничего не утаить.
– Кхе-кхе… – откашлявшись, герцог обратился непосредственно ко мне: – Действительно, Пенелопа, мотивируй, пожалуйста, свое желание. Прежде ты о подобном даже не заикалась.
– У меня изменились интересы, теперь деньги нужнее, чем драгоценности.
– А как же призовые?
– Мне жаль их тратить, ведь это первые золотые монеты, которые я заработала своим трудом.
– Хм… Пожалуй, ты права. – Герцог кивнул.
Собравшись с духом, я продолжила:
– Я желаю иметь собственный капитал – на всякий случай пущу его в оборот.
– Какой еще «всякий случай»?! Ты же единственная герцогская дочь!
– Ну… У меня должно быть приданое. Мало ли что случится после замужества…
– Замужества?! – выкрикнули разом все трое.
И чего они так удивились?
– Даже слышать не желаю! – вскипел герцог. – Ты же несовершеннолетняя!
– Но уже совсем скоро…
– Пенелопа Экхарт! – Герцог цокнул языком, и я умолкла.
– Никаких денег! – отрезал Дерек. Будучи старшим сыном, он принимал непосредственное участие в финансовых делах семьи. – Ты не умеешь разумно тратить. И что за авантюрное желание заняться бизнесом? Разве тебе это по плечу?! Изволь объясниться!
Что же тут сказать? Я лишь хотела иметь свободные средства для проверки симпатии. Мои украшения, безусловно, представляли определенную ценность, но продать их было не так уж просто. Вдобавок я прекрасно осознавала: как только вернется Ивонна, я, скорее всего, окажусь на улице.
Герцог и Рейнольд, разумеется, поддержали Дерека. Ну и скряги! И зачем было спрашивать, чего я желаю?! Тьфу! Я молча надула губы, и, желая меня отвлечь, словно маленького ребенка, герцог пустился в уговоры.
– А знаешь, Пенелопа, что мы сделаем? В южной шахте недавно добыли великолепный алмаз. Как только его огранят, закажем для тебя тиару!
– Не нужно, я уже выросла из того возраста, когда играют в принцесс. – Пользуясь тем, что после скандального судебного процесса мне многое сходило с рук, я звучно отодвинула стул и демонстративно встала.
– Пенелопа?! – Тон герцога перестал быть ласковым.
Все, довольно лебезить перед каждым персонажем!
– Я поела и теперь вернусь к себе.
– Пенелопа! – окликнул меня герцог вновь, но я была непреклонна.
Войдя в комнату, я увидела Эмили – девушка поправляла мою постель.
– Госпожа, вы уже здесь?!
– Позови-ка дворецкого. Прямо сейчас! – велела я и с шумом села за стол.
Эмили побежала исполнять мое поручение.
Глядя в пустоту, я нервно барабанила пальцами – тук-тук-тук. Я приказала позвать Феннела с одной лишь целью – чтобы узнать, как обстоят дела с пошивом мехов для Иклиса. Надо как можно скорее вручить подарки! А как иначе повысить уровень его симпатии?.. В последнюю нашу встречу я так удивилась исчезновению цифровых значений, что даже забыла снять с него ошейник.
Феннел явно не спешил. Куда же он запропастился?! Наконец в дверь постучали.
