со вчерашнего вечера. Если они приехали, значит, с ней что-то случилось. Если это так – никогда себе этого не смогу простить.
– Да говорите вы уже, что стряслось, что как волчицы на смотринах мнетесь, – зло рыкнул бета.
– Мы отслеживали ее место учебы. Сегодня она там объявилась. На сайте вывесили список дат досрочной защиты и кто из студентов допущен. Она там присутствует. Мы посчитали, что вы должны знать.
– Адрес есть? – рыкнул я.
– Да. Мы можем сами съездить и привезти Луну. Не волнуйтесь, мы сделаем все тихо. Никто не узнает о ее присутствии.
– Нет, мы поедем сами. Следите за территорией. Нам нельзя допустить вторжение чужаков.
Быстро отдав команду, сел в машину. Ребята не отставали от меня и уже вбивали нужный адрес в навигатор. Спортивные костюмы не самый лучший вид для того, чтобы заявляться в учебное заведение, но на переодевания нет времени. Не побоялась же, зараза малолетняя, объявиться. Настолько считает себя неуловимой? Да ее же могут и другие найти. Вдруг предатели и вправду есть и среди вожаков? Тогда отшельники в курсе, кто моя пара и как можно быстро избавиться от меня.
Липкий страх окутал сознание, подстегивая к активным действиям. Главное, не опоздать. Гнал как сумасшедший, ребята даже пытались немного осадить меня, но то было бессмысленно. Мне казалось, что я все равно еду слишком медленно, что не успеваю.
На входе нас не хотели пропускать, пришлось хитрить, чтобы обойти пожилого мужчину, сказав, что девушка психанула, сбежала из дома. Отказывается ребенка сохранять. А я такой хороший гоняюсь за ней, чтобы глупостей не натворила. Мужчина расчувствовался и пропустил нас.
Мы опоздали. Подбежали к нужной аудитории, но ее уже закрывали.
– Простите, а где студентка? – задыхаясь от страха, спрашиваю у женщины.
– Защита закончилась двадцать минут назад. Уже ушла, наверное. Я не слежу. А вы кто?
Прищурилась пожилая дама в очках. Внимание привлекли игрушки в ее руках. Пара взрослых волков: белый большой волк и меньше в размерах золотая волчица с белой мордашкой. И еще два волчонка золотого цвета. Сразу понятно, что все же двадцать минут назад она была тут и была цела.
– Да нас братья ее просили присмотреть за ней, а мы не уследили, – пришел на выручку Женя.
– Ну, хорошо тогда. До свидания, молодые люди.
– Подождите, – она обернулась ко мне, – можно забрать игрушки?
– Это дипломная работа, они хранятся у нас в течение года. Потом приходите, – недовольно ответила дама.
– Пожалуйста, – не отрывая взгляд от игрушек, прошу ее надломленным голосом, ведь они хранят ее запах.
Не знаю, что на нее повлияло: то ли пожалела, видя мой взгляд, то ли просто добрая душа, а ответила так из-за правил. Принял мягкое чудо из ее рук и поспешил в машину. Ребята расположились сзади, потому что спереди я посадил игрушечную семью – на макете родители приглядывают за резвящимися детьми. Устало опустил голову на руль, собираясь с мыслями.
– Егор, все будет хорошо. Они знают, что делают. Их никто не нашел до сегодня, да и сегодня не нашли бы, если бы не сайт, – попытался меня успокоить Витя.
Я был согласен с его словами, но это не отменяет того факта, что я ее упустил. Надо набраться духу и позвонить ее семье. Откинувшись на спинку сиденья, подношу телефон к уху.
– Да? – послышалось на том конце.
– Аня была сегодня в институте. Защитилась. Но я не успел, они снова ускользнули.
Глава 21
Сказав короткое «Спасибо, что сообщил. Я это запомню», Александр повесил трубку. Видимо, он тоже чего-то опасался, раз не стал долго разговаривать. Как-то не верю я в то, что он был причастен к их исчезновению. Слишком пришибленный вид был у него.
Проверенные волки были недалеко от поста на въезд в поселок. Это место их обычного пребывания, так что не вызывает подозрений. Увидев нас без девушки, они уныло опустили головы, даже плечи, кажется, поникли. Их можно понять: Луна – это большая радость. Значит, стая жива, а не в застое. Им есть ради кого сражаться.
Парней высадил около их домов. Сегодня я хочу побыть в одиночестве. Оставив машину в гараже, направился в дом. Куда же мне поставить плюшевую семью? Взгляд метался по гостиной. Тут слишком примечательно, да и не так много времени я здесь провожу. В кабинете тоже не захотелось их оставлять. Хотя именно там я провожу большую часть времени. Спальня – вот самое подходящее место. Но тогда я не смогу уснуть. Непрошенные мысли будут лезть в голову.
Нет, надо уносить их отсюда. Однако руки не слушаются. Ставлю их на комод напротив кровати, чтобы видеть всегда. Интересно, почему бело-золотые? Я гладил волчицу по спинке и получал удовольствие. Похоже, она мечтала о такой семье. Мечтала быть волчицей, чтобы мы могли вот так вот играть с нашими детьми. Значит, подсознательно приняла меня. Взял лежащую волчицу в руки и пошел к постели. Милая игрушка заняла почетное место на соседней подушке. Это последняя слабость, которую я себе позволяю. Завтра все будет по-другому.
Мартин
Со дня Совета прошло две недели. Изучение документов стаи Белозарова идет слишком медленно. Нельзя привлекать лишнее внимание к этому вопросу, иначе можем спугнуть врага. Столько лет прошло, я уже надеялся, что о них можно забыть, но нет – зло снова встало на свои уродливые лапы.
От воспоминаний о похищении детей мурашки до сих пор пробегают по телу. Нет ничего страшнее, когда твоему ребенку угрожают, а ты должен сидеть сложа руки. Чудом удалось обойтись тогда малой кровью. Отказ от власти, передача этим… И все это тогда, когда мы уже знали, кто они, где их искать. Эти твари оказались на шаг впереди, словно среди нас был предатель, который спонсировал их информацией.
Возвращение власти, истребление отшельников – все это в прошлый раз прошло мимо меня. Даже не помню, как не сошел тогда с ума. Вроде и руководил всеми, но все равно был в стороне. Вермутов с тех времен стал единственным, кому я верил безоговорочно. Даже жаль, что его дети не превзошли его по силе. Видеть кого-то из них своим преемником я бы не отказался. Пока первый в очереди молодой и близкий мне волк, но ему я такой участи не желаю. Ведь Верховный – это не только самый сильный. Это тот, кто сможет довести все до конца, сохранить холодный ум, собрать всех вместе и, главное, способен принять тот факт, что кто-то может
