а вот я за собой такого не замечаю. Боюсь, что волк может желаемое за действительное принять, – грустно отозвался друг. – После того как почувствовал ее запах, весь мир перевернулся с ног на голову. А теперь… внутри так пусто сейчас. Хочется уже, чтобы хоть кто-то рядом был. Лишь бы не чувствовать себя одиноким.
– Ты думаешь, после Паулины твой волк примет любую? Это сейчас тебе кажется, что да, а по факту… Да он не примет метку, даже если ее и поставят. Только след ненадолго получишь, – он задумался над моими словами, но напряжение так и не ушло. – Прорвемся. В первый раз, что ли? – пытался его подбодрить, хотя хочется так же грустить, как и он.
Но если мы оба станем сожалеть о том, что было, искать оправдания и думать о том, что могло бы быть, поступи мы иначе – все станет только хуже. Нам надо выйти на след отшельников и уничтожить их окончательно, чтобы больше никогда не вспоминать о них. Тогда все встанет на свои места.
– Кстати, почему ты все же от нее отказался? – прервал наше молчание первым.
– Потому же, почему и ты, – он окончательно опустошил свой бокал, и я последовал его примеру.
Что же. Похоже, пока мы оба не готовы к этому разговору. Но если я его правильно понял, то все становится на свои места. Полночь уже близится, пора идти на поляну для начала забега. Волнение прошлось по всему телу, словно я впервые собираюсь возглавить забег. То ли из-за предстоящего «откровения» насчет Луны, то ли из-за страха сорваться с другой самкой, то ли еще из-за чего-то мысли спутались и поселили чувство тревоги в подкорку мозга.
Мы прибыли самыми последними. На сцене уже в сторонке стоял Женя. Вся стая замерла в немом ожидании, когда я начну свою речь. Встав по центру сцены, оглядел своих подопечных, так скажем.
– Вы все знаете, что сейчас настали тяжелые времена, – стая тяжело вздохнула, каждому из них страшно, и именно моя задача успокоить волков. – Все стаи активно помогают в расследовании, но пока отшельники никак не проявили себя. Инцидентов с того дня не было нигде. Я не говорю, что можно расслабляться, но и не прошу вас становиться параноиками и прятаться в домах. Продолжайте жить так, как и жили раньше. Просто внимательнее относитесь к посторонним, не спускайте звоночки на интуитивном уровне на тормозах. Я обещаю, скоро это закончится. Когда именно – не скажу. Насчет новорожденной волчицы на Совете было принято решение, что в течение двадцати лет никто не будет приезжать к ней. С двадцати лет один раз в два месяца будут приезжать волки из других стай. Начнут с альф. Порядок определился следующим образом – от старших к младшим. Очередь в списке сможете узнать позже. И последняя новость.
Все смотрели на меня с нетерпением, а я не мог начать говорить. Слова застряли комом в горле.
– Она и радостная, и печальная одновременно. В большей степени лично для меня печальная. В новогоднюю ночь я обрел пару, – оборотни начали шептаться, недоумевающие от такого заявления. – Из-за нападения отшельников мы с Виктором оказались в неприятной ситуации. Они использовали какое-то средство, которое способно лишать чувств и волчьей сущности на какое-то время.
Все начали причитать. Страх заполнил поляну и все мое нутро выворачивало от бессилия. Как можно их защитить, если мы даже не знаем, с чем конкретно имеем дело? Чувствую себя беспомощным щенком. Не удивлюсь, если они захотят, чтобы я ушел со своего поста.
– Над этим работают наши лучшие исследователи. Определенные успехи уже есть. Скоро эта проблема разрешится. Не спешите паниковать раньше времени. Я вас очень прошу.
Я старался говорить уверенно и одновременно мягко, чтобы слова дошли до них скорее. Когда все немного успокоились, я продолжил.
– Но это не все новости. Сейчас мы подходим к самому важному. Из-за этого воздействия я ее упустил. Она не волчица, человек. Поэтому утром она сбежала от меня. Две недели назад на Совете я снова встретил ее. Девушка – дочь Инейного альфы. Сейчас мы ждем пополнение. Она носит под сердцем двух сыновей, – радостные шепотки начали разноситься в толпе, были и те, кто явно не был рад этой новости. – На этом хорошие новости закончились. Снова возвращаемся к плохим. Хоть моя пара и росла в стае и знает наши законы и то, как для нас важна истинная связь, она попросила дать ей время. Девушке надо свыкнуться с мыслью, что теперь ее привычный мир изменится. Когда Луна приедет в нашу стаю, я не могу сказать. Расстояние дается с каждым днем все тяжелее, поэтому прошу простить мои выпады в ваш адрес. На этом новости закончились. У кого есть вопросы, я отвечу.
Сначала в толпе была тишина. Похоже, все пытаются сначала осмыслить произошедшее. Может, это и к лучшему.
– Мы не примем ее в качестве Луны, – рыкнула Ольга.
И почему я не удивлен? Ах да, потому что после наступления Нового года я по-другому стал смотреть на обыденные, привычные вещи. Все ее обычные повадки, которые раньше считал за желание удержаться на тепленьком месте помощницы, оказались не такими уж и простыми. Она явно метила на место Луны.
– Ты забываешься. Она моя Луна. Моя истинная, не тебе решать, примет ее стая или нет, – отведя от нее взгляд, начал глядеть в глаза всем остальным. Все свободные волчицы были явно с ней солидарны.
– Это ты забываешься! Она предала тебя, отказавшись сразу быть рядом! Как ее можно уважать после этого? Как? Она ведь предаст тебя, стаю в любой момент, – начала истерить волчица.
– Ольга, прекрати. Зависть – плохое чувство, – вмешалась одна из проверенных волчиц.
– Ты будешь решать за каждую из нас? Вот тебя или кого-то другого мы не примем, да, девочки? – вторая обратилась к остальным занятым волчицам.
– Да вы что о себе возомнили? Думаете, вас кто-то слушать двоих будет? – с еще большей силой продолжила Ольга.
– Стоп. Довольно устраивать балаган, – решил вмешаться, пока они не пустили в дело когти. – Кто еще разделяет мнение Ольги? – обратился ко всем.
На мое счастье, согласны были только самки без пары. Остальные не вмешивались, давая понять, что вожак им важнее.
– Как и ожидалось. Против только те, кто свободен и сам мечтал оказаться на месте Анны, – вмешался Витя. – Если вы не готовы мириться с таким положением вещей, можете перейти в другую стаю. Мы подтвердим, что переход доброволен и вас не изгоняли. Есть еще вопросы?
– Да, – сказала
