Читаем без скачивания Энни с острова принца Эдуарда - Люси Монтгомери

– Прошу прощения, не хотите ли воспользоваться моим зонтом?

Перед ней стоял высокий, красивый и импозантный молодой человек с тёмными глазами, полными тайны и легкой грусти. Голос его звучал мягко и музыкально. Ей на мгновение показалось, что это – её мечта во плоти, её оживший идеал. Этот молодой мужчина словно был сделан по образу и подобию Прекрасного Принца, которого она столько раз себе представляла.

– Благодарю вас, – сказала она в смущении.

– Давайте спрячемся вон в тот павильон, – предложил незнакомец. – Там можно переждать, пока кончится этот ливень. Такой сильный дождь должен прекратиться.

Слова его были совершенно обычными, но голос и эта улыбка могли привести в замешательство любую девушку. Энни почувствовала, как забилось её сердце.

Они помчались к павильону и в изнеможении опустились на скамейки, расставленные под его гостеприимной крышей. Энни со смехом подняла вверх свой сломанный зонтик.

– Когда он вышел из строя, я убедилась в ненадёжности неодушевлённых предметов,» – весело сказала она.

Капли дождя блестели на её огненных волосах; мокрыми были её шея и высокий лоб. Щёки Энни горели, а глаза сияли, как звёзды. Её спутник смотрел на неё с восхищением. Она почувствовала, что краснеет ещё больше под его взглядом. Кем же мог быть этот незнакомец?

На отвороте его пальто красовалась красно-белая ленточка Редмонда. А она-то полагала, что знает всех редмондских студентов в лицо. Кроме первокурсников, конечно. А этот любезный молодой человек едва ли на первом курсе.

– Мы с вами сокурсники, как я погляжу, – заметил он, рассматривая значок Энни. – Неплохо для начала! Вы… мисс Энни Ширли, не так ли? Ведь это вы читали Теннисона на вечере, посвящённом его творчеству пару дней назад?

– Да, но… вас я не припоминаю, – честно призналась Энни и спросила:

– Так что же вы, собственно, изучаете в Редмонде?

– Пока я изучаю обстановку… Я учился здесь два года назад, и после окончания второго курса, отправился в Европу. А теперь я вернулся, чтобы окончить в Редмонде курс по искусствоведению.

– Это тоже мой предпоследний год в Редмонде, – сказала Энни.

– Так мы не только сокурсники, но и будущие коллеги, полагаю! Это примиряет меня с тем, что я потерял эти два года, так сказать, «унесённые ветром», – заметил её новый знакомый, многозначительно взглянув на неё.

Дождь продолжал моросить еще не меньше часа, но время пролетело быстро. Когда тучи рассеялись, и косые лучи солнца осветили гавань и стволы сосен, Энни и ее спутник отправились домой вместе. Когда они подошли к воротам Пэтти-Плейс, молодой человек попросил разрешения когда-нибудь нанести Энни визит, которое он немедленно и получил.

Войдя в дом, девушка почувствовала, что горит, словно в огне. Биение ее сердца отдавалось в кончиках пальцев. Она рассеянно гладила Расти, который, обрадованный ее возвращением, прыгнул к ней на колени и попытался лизнуть в губы. Но Энни, охваченная душевным трепетом, ни с кем не хотела делиться своими переживаниями, даже со своим корноухим котом.

В тот же вечер в Пэтти-Плейс была доставлена посылка на имя мисс Ширли.

В нее упаковали дюжину сказочно-прекрасных роз. Фил бесцеремонно выхватила визитную карточку, выпавшую из нее, и прочла имя и поэтическое обращение, написанное на обороте.

– Ройал Гарднер! – воскликнула она. – Но Энни, я и не знала, что вы с ним знакомы!

– Мы познакомились с ним в парке, во время дождя, – поспешно объяснила Энни. – Мой зонтик сломался и он предложил мне свой.

– О! – Фил с любопытством взглянула на Энни. – И именно поэтому он посылает нам роскошные розы на длинных стеблях дюжинами и пишет сентиментальные стихи?! Да вы сама стали пунцовая как эти розы, после того, как прочли то, что написано на обороте! Энни, твое лицо тебя выдает!

– Какую чепуху вы сейчас несете, Фил! Вы знаете мистера Гарднера?

– Я знакома с двумя его сестрами и наслышана о нем. Гарднеры – одни из самых состоятельных аристократов; в жилах членов этой семьи течет настоящая «голубая кровь». Рой – потрясающе красив и умен. Два года назад у его матери были проблемы со здоровьем, и он, оставив учебу в колледже, повез ее за границу. Отец его давно умер. Конечно, ему пришлось бросить колледж, но тогда это его мало волновало. Фи-фо-фум, Энни, здесь быть роману! Я почти вам завидую. Но только самую малость! В конце концов, Рой Гарднер это не Джонас!

– Глупая! – надменно сказала Энни. Но в ту ночь она долго лежала без сна. Сны наяву оказались еще прекраснее, чем сама Мечта. Не дождалась ли она, наконец, своего Принца? Вспоминая, как горели его темные очи, когда он смотрел в ее глаза, Энни склонялась к тому, что это – именно Он.

Глава 26. Появление Кристины

Девушки из Пэтти-Плейс готовились к вечеру, который студенты третьего курса устраивали в феврале для выпускников колледжа. Они с особой тщательностью продумывали детали своих туалетов. Энни разглядывала себя в зеркало в голубой комнатке; в конце концов, она осталась удовлетворена своим внешним видом. Одета она была в красивое платье из гладкого кремового шелка с шифоновой накидкой. Фил в свое время настояла на том, чтобы взять его с собой на рождественские каникулы и расшить шифон розовыми бутончиками. Проворные пальчики Фил сделали свое дело, и платье вышло великолепным, на зависть всем редмондским студенткам. Даже Олли Бун, чьи наряды прибыли прямо из Парижа, провожала долгим взглядом Энни, когда та поднималась в нем по главной лестнице Редмонда.

В волосы Энни воткнула белую орхидею, и осталась весьма довольна результатом. Орхидеи ей прислал Рой Гарднер, специально для этого вечера, и она знала, что только у нее во всем Редмонде есть эти чудесные цветы. Вошла Фил и окинула подругу восхищенным взглядом.

– Энни, сегодня вы будете настоящей королевой бала! На девяти из десяти вечеров я без особых усилий затмеваю вас. Но во время десятого вы вдруг начинаете сиять, словно солнце, а я теряюсь в тени. Как вам это удается?

– Все дело в платье, родная! Такая роскошная вышивка!..

– Нет и нет! Вчера вы были так красивы в той старенькой фланелевой блузке голубого цвета, которую для вас сшила миссис Линд. Если Рой еще не потерял голову из-за вас и не сделал вас своей Дульсинеей, – сегодня вечером это неминуемо произойдет! Но вот орхидеи на вас, Энни, мне не нравятся. Нет, я вовсе не завидую! Просто… это перебор. Они слишком экзотичные, слишком «знойные», слишком кричащие… Не советую вам оставлять их в волосах!

– Ладно, я их выну. Честно говоря, это и в самом деле не мои цветы. Я от них не в особом восторге. И Рой ведь присылает их не так часто, зная, что я предпочитаю наши, обычные цветы, с которыми можно уживаться вместе. А орхидеи ведь – только на выход!..

– Джонас прислал мне несколько хорошеньких розовых роз, чтобы я взяла их с собой на вечер. Но сам он не сможет приехать. Говорит, ему нужно провести молитвенное собрание в каких-то трущобах. Не думаю, чтобы ему уж очень хотелось сюда приехать. Энни, я страшно боюсь, что ему вообще никакого дела нет до меня. Уж не знаю, зачахну ли я от этой любви или… стану умненьким-благоразумненьким бакалавром искусств.

– Ну, умненькой-благоразумненькой вам не стать, Фил! Так что можете преспокойно умирать от любви! – немилосердно заявила Энни.

– Бездушная Энни!

– Глупая Фил! Вам же прекрасно известно, что Джонас любит вас!

– Только он в этом НИКОГДА не признается! А я же не могу просить его об этом! Но смотрит он на меня довольно выразительно… Впрочем, красноречивый диалог двух глаз – еще не повод для того, чтобы вышивать свадебные салфетки и скатерти. Вот когда он сделает мне предложение, – тогда самое время засесть за работу! А так – только бросать вызов Судьбе!

– Мистер Блейк не решается просить вашей руки, Фил. Он же беден, и вы не сможете жить в таких домах, в каких жили раньше! Это единственная причина того, что он замалчивает этот вопрос. А так бы он давно «раскололся»…

– Я думаю то же самое, – печально призналась Фил. – Вот соберусь с духом и… сама сделаю предложение этому молчальнику! Нужно же привнести в наши отношения свежую струю! Я нисколько не волнуюсь!.. Кстати, вам известно, что Гильберт Блиф, вроде бы, ухаживает за Кристиной Стюарт?

Энни пыталась расстегнуть тоненькую золотую цепочку, – и никак не могла. Замочек не поддавался. Что стряслось с ним или… с ее пальцами?

– Нет, – сказала она как можно беззаботнее. – А кто такая эта Кристина Стюарт?

– Сестра Рональда Стюарта. Она приехала в Кингспорт зимой, чтобы заниматься музыкой. Я-то сама ее не видела, но говорят, что она – очень хорошенькая, и Гильберт от нее – без ума. Энни, как же я разозлилась, узнав, что вы «намахали» Гила! Но Рой Гарднер – герой вашего романа, уж я-то теперь это ясно вижу! Итак, вы оказались правы, в конце концов!