– У тебя же не виски, мой друг, – сказал Ахмед и рассмеялся. – Водку пьют совсем по-другому!
– Откуда ты знаешь?
– Ну, у меня же были русские партнеры, – Ахмед снова рассмеялся. – Они пили залпом, причем помногу! И что интересно: они всегда хотели меня напоить!
Афолаби покосился на товарища и скрыл улыбку. Тот никогда так не веселился. Но все объяснялось просто: нервная встряска не прошла даром – в обоих всколыхнулись эмоции, которые следовало либо выплеснуть, либо как-то умерить. Шейх не любил адреналиновое возбуждение. В его системе ценностей невозмутимость при любых обстоятельствах стояла на первом месте. Тотальный контроль над собственными чувствами отличал возможного наследника престола с юных лет. Иногда, например сегодня, достижение невозмутимости – умиротворённой тишины, в которой можно слышать голос ангела, – превращалось в довольно непростую задачу. Но для таких случаев в запасе у шейха всегда были волшебные смеси из Пенджабской долины. И тогда эмоции вырывались из-под замка, и он вел себя, как обычный человек, не связанный узами условности и обязательств.
– Послушай, Джелани, давай пометаем ножи на пари? – это предложил, конечно, не образец сдержанности и хладнокровия шейх Ахмед бин Касим, а насыщающий его организм дым колдовских трав.
– С удовольствием, Ахмед, но не сейчас, – снисходительно улыбаясь, ответил Афолаби. – Я хочу расслабиться и отдохнуть. Пожалуй, и тебе тоже это не помешает.
– Да, ты прав. Я бы с удовольствием прокатился на ковре-самолете… Лежишь, отдыхаешь, куришь кальян, а внизу проплывают города, караваны в пустыне, пасущиеся в саванне стада животных…
– Это было бы здорово, – согласился хозяин. – Но, к сожалению, ковров-самолетов еще не придумали…
– Ты ошибаешься, мой друг. Ковры-самолеты были уже в глубокой древности, недаром их упоминают во многих арабских сказках… Может, один и сохранился в каком-нибудь старинном, обветшалом дворце…
– Может быть, – не стал спорить Афолаби, чтобы не огорчать гостя, который крайне редко пребывал в столь романтическом настроении. – Хочешь, полетим завтра куда-нибудь на моем «Боинге»? Или на «Звезде Африки»?
– «Боинг» и у меня есть, но это совсем не то. Вот дирижабль лучше… На нем я чувствую, как на верхней палубе своего «Ориента»… Но все равно – не хватает бескрайнего простора со всех сторон и вольного ветра…
Вдруг шейха осенила новая мысль, и он пружинисто выпрямился в кресле.
– А давай заставим драться наших охранников? Твой Мадиба против моего Саида! Можно в рукопашную, а можно на ножах… И заключим пари: каждый сделает ставку на своего! Будет интересно!
Афолаби порадовался, что уклонился от курения пенджабской травы. Он покачал головой.
– Это будет несправедливо: парни устали, охраняя нас на охоте. К тому же Мадиба спас нам сегодня жизни!
– Такая у них работа. Если одному не повезет – найдем замену, и новый телохранитель будет нас спасать!
– Извини, Ахмед, но это не вариант развлечения! – твердо сказал хозяин, и гость опять расслабился, откинулся на мягкую спинку кресла и закрыл глаза.
– Тогда я полечу на своем ковре-самолете… Знаешь, сверху твоя усадьба выглядит очень мило…
Было похоже, что шейх заснул. Но хозяин знал, что это не так: просто необходимость выплеснуть адреналиновое возбуждение исчезла, и оно постепенно растворяется в приятных видениях с эффектом присутствия… Афолаби снова насыпал лед в стакан, долил водки и сделал большой глоток. Водка не хуже трав оказывала релаксирующее воздействие, разве что без красочных картинок… Он тоже смежил веки и поплыл по убаюкивающим волнам опьянения.
В атмосфере спокойствия и умиротворения вдруг мелодично прозвонил золотой «Vertu». Это был Бонгани. Афолаби нажал кнопку приема.
– На связи! Здравствуй, Абиг! Как дела?
Некоторое время он молчал, слушая доклад.
– Какие потери? – не выдержав, перебил он. – У вас что, боевые действия?
Бонгани долго что-то объяснял. Про Бессмертную Анаконду, которая беседовала с ними и отпустила, хотя могла убить, про крокодила, который напал на Жака и чуть не откусил ему ногу, а когда это не удалось, то другой крокодил, в другом месте, но в то же время, откусил ногу сержанту Зэмба, и тот умер…
– Абиг, ты что, пил в походе?! – снова перебил Афолаби. – Что за чушь ты несешь?!
– Это не чушь, босс, это кантерия…
– Ты что, веришь в мистику диких племен?!
– Вы сможете спросить самого Жака… Похоже, даже он поверил…
– Какого Жака, черт подери?!
– Французские участники – Жак Бойер с женой. Помните, она была королевой бала, потом вы приглашали ее обедать на дирижабле? Кира Бойер!
– Что?! Она с вами?!
– Конечно, босс. Французы включили их со своей стороны. Они же наши партнеры и имеют на это право. Скажу вам, что партнеры нам не очень-то доверяют…
– А мы бы на их месте доверяли?
– Нет, конечно. Но мы – это одно, а они – другое…
– Как там эта русская? Кира Быстрова? Как переносит поход?
– Гм… – Бонгани был явно озадачен. – Она здорова. Слышал только, что натерла ноги… Но на это в экспедициях никто не обращает внимания…
– Много ты знаешь, кто на что обращает внимание! – Афолаби перешел на крик. – Прими все меры для ее безопасности! Чтобы с ее головы не упал ни один волос! И чтобы ей было удобно! Она все-таки королева!
Ошарашенный собеседник молчал.
– Полковник Бонгани, как меня слышишь?! – рявкнул Афолаби.
– Слышу вас хорошо, босс! Приказ понял!
– Как пробы? Есть следы алмазов?
– Да, босс! Следы появились. Точки сброса мы отработали. Дальше нас поведет Рафаил. Он сказал, что вспомнил маршрут.
– Пусть ведет. Но держи ухо востро с этим предателем!
– Есть, босс!
– И помни про безопасность и удобство женщины! – Афолаби отключился. И тут же поймал любопытный взгляд шейха.
– Не обращай внимания, это отчет нашей алмазной экспедиции, – сказал он.
– Как я слышал, основной темой были не алмазы, а эта русская красотка?
Афолаби махнул рукой.
– Без переводчика трудно правильно понять разговор на чужом языке. Но ее фамилия действительно упоминалась. А пока пойдем ко мне в кабинет, посмотрим трофеи…
– Пойдем, – покладисто согласился шейх, выпустив очередное облако дыма. Афолаби показалось, что от въедливого аромата у него кружится голова. А может и не показалось – дым пенджабских трав пропитывает тело, мозг и проникает прямо в душу…
Двустворчатая дверь, оборудованная невидимыми сканерами, автоматически распахнулась. Стены кабинета, покрытые панелями из дорогой древесины, были сплошь увешаны охотничьими трофеями и фотографиями сцен охоты.
– О, какая симпатичная канна! – воскликнул Ахмед бин Касим, показывая пальцем.
Афолаби вслед за ним посмотрел на висевшую над столом желтовато-песчаную голову самой крупной африканской антилопы, с витыми у основания рогами.
– Добыл в прошлом году, – он то ли отсалютовал великолепному экземпляру почти пустым стаканом, то ли изобразил желание с ним чокнуться. – С одного выстрела, прямо в глаз!
Допив водку, Афолаби повернулся к шейху.
– Я не выставляю здесь трофеи, на которые ушло больше одной пули.
Ахмед понимающе кивнул. Его губы скривились в саркастической улыбке.
– Экономия! Это правильно. Хорошие патроны дорого стоят. То-то смотрю – ты все богатеешь и богатеешь!
Афолаби пропустил шутку пенджабских трав мимо ушей. Вымуштрованный слуга занес в кабинет кальян и водку, вновь наполнил шот наполовину и так же бесшумно исчез.
– Здесь, разумеется, не все… Слоны, бегемоты и носороги слишком загромождают пространство. Их чучела у меня в специальной комнате. В основном, я выставляю головы со следом королевского выстрела… И это не подделка.
– Не сомневаюсь…
– Хотя некоторые стреляют в упор в лоб уже убитого зверя…
– У каждого человека есть своя репутация, и подделать ее невозможно, как невозможно подделать королевский выстрел, – философски произнес шейх. – Если его знают, как труса, никто не поверит, что он рисковал своей жизнью…
