– Спасибо, – сказала Клер, удивленная тем, что Форчен сделал ей подарок. Прижимая к груди кусок материи, она рисовала в своем воображении новое платье. Впервые за долгое время ей сделали подарок, если не считать простеньких поделок из бумаги, сделанных для нее Майклом. До этого времени она отвергала подарки, которые предлагали ей мужчины… Но она знала, что Форчен не потребует от нее ничего взамен.
– Какой красивый, – повторила Клер, ощупывая шелк. – Я спущусь вниз и оставлю вас с Майклом.
– Мы скоро присоединимся к тебе и вместе поужинаем.
Клер кивнула и, положив шелк, вышла из комнаты. Она спустилась вниз по лестнице и села в тень на одну из скамеек.
Выходя из комнаты, девушка посмотрела на них: оба с влажными вьющимися волосами и сверкающими глазами. Кроме цвета глаз, Майкл был точной копией Форчена, только в миниатюре…
Форчен казался красивым даже в помятом кителе, когда они направились в столовую комнату гостиницы. Это была просторная комната с высоким потолком и неброским интерьером, с зеркалом во всю стену позади стойки бара из красного дерева и всего несколькими посетителями, сидевшими вокруг стола. Столы были накрыты белыми скатертями.
Они сели за столик у окна. Клер сидел напротив Форчена, а Майкл – рядом с ним.
Открыв меню, Клер испуганно взглянула на цены, и на ее лице застыл ужас. Она наклонилась через столик к Форчену.
– Здесь все очень дорого, – прошептала она. – Мы можем найти в городе местечко и подешевле.
– Клер, я плачу за ужин, – сухо ответил Форчен. – Это не проблема. После рыбы и кроликов, жаренных на костре в лесу, мы можем поесть нормально.
Он повернулся к Майклу.
– Что бы тебе хотелось заказать, Майкл? Бифштекс, по-моему, звучит неплохо.
– Бог мой! Майкл не ест бифштексов. И посмотри, сколько он стоит! – негромко воскликнула Клер, довольная тем, что никто не сидел поблизости от их столика и мог бы услышать их разговор.
– Держу пари, что Майкл ест бифштекс, и если он захочет его, то и получит. Как насчет бифштекса для всех?
– Я просто не могу есть такое дорогое мясо! Она заглянула в меню: дешевле всего стоило тушеное мясо.
– Я закажу вот это блюдо.
– Только не сегодня. Если бы бифштекс ничего не стоил, ты стала бы его есть?
– Да, но ведь это не так.
Подошел официант, и Форчен заказал три порции бифштексов и два бокала вина. Клер смотрела на Форчена и пыталась представить себе, насколько он богат. Или он делает это только из-за того, что они проделали нелегкий и немалый путь?
Когда перед Клер поставили сочный бифштекс и томатный соус, она посмотрела на свою тарелку так, словно никогда в жизни не ела такого вкусного блюда. Взяв нож и вилку, она, разрезала мясо на кусочки и медленно жевала каждый, закрыв глаза. Клер открыла глаза и заметила, что Форчен наблюдает за ней.
– М-м-м-м, это изумительно! О'Брайен наблюдал за девушкой, потягивая вино и почти забыв о еде. Она жевала мясо так, словно была в экстазе. В каких-то вещах ей также легко доставить удовольствие, как и Майклу, и Форчен понял что она, должно быть, все это время жертвовала всем ради мальчика. Он взглянул на Майкла, сидящего рядом с ним, потом снова на Клер, представляя, какую жизнь они вели все эти годы. Закричи он сейчас, и они мгновенно среагируют… Клер и Майкл привыкли к опасности, как привыкают к ней солдаты. Но роскошь для них непривычна. Форчен был готов биться об заклад, что отрез розового шелка был первым подарком девушки с тех пор, как она сбежала из дома. Он вспомнил Кэла и Рафа, их щедрость, рождественские подарки, когда еще был ребенком, и праздники, проведенные с Мерили… Его засыпали подарками.
– Разве ты не собираешься есть свой бифштекс, которого так хотел? – спросила Клер и, не дожидаясь ответа, снова прикрыла глаза и продолжила жевать.
– Мама, это вкусно!
– Это божественно, – со вздохом ответила Клер. Она провела кончиком языка по губам и промокнула рот салфеткой. Ее манеры были великолепны, и Форчен понял, что она выросла в хорошем доме. Он откусил небольшой кусочек мяса и принялся неторопливо жевать его. Во время еды Форчен продолжал с восхищением наблюдать за Клер. Никогда ему не приходилось видеть человека, который бы так смаковал еду, как она.
Потом подали мороженое. Майкл и Клер ели его с таким наслаждением, что О'Брайен, забыв обо всем, с интересом наблюдал за ними.
– Вы никогда раньше не ели мороженого? – спросил он, удивляясь.
– Нет! Это изумительно! – сказала Клер, облизывая ложку языком. Форчен наблюдал, как изо рта показывался ее розовый язычок, потом вновь исчезал за плотно сжатыми пухлыми губками. Он нервно заерзал на стуле, вспоминая поцелуи, о которых старался не думать.
Наконец обед закончился и прежде, чем подняться по лестнице, они все вместе вышли во двор, где царила прохлада и благоухали цветы. К их возвращению голубое платье Клер, чистое и поглаженное, уже лежало на диване. Она взяла его и отнесла в спальню, радуясь тому, что завтра утром она сможет надеть чистое белье.
Форчен и Майкл растянулись на диване. Форчен читал ему «Джима из Миссисипи». Она долго сидела и слушала, потом поднялась и вышла на балкон, где воздух был прохладнее.
В спальне горела лампа, освещая балкон неярким светом. Клер подняла голову и посмотрела на звездное небо. Следом на балкон вышел Форчен и сел рядом с ней. Он зажег сигару, затянулся и выпустил дым. В воздухе запахло крепким табаком. О'Брайен снял китель и шарф и остался только в рубашке с расстегнутым воротом. Они сидели молча, наслаждаясь вечерней прохладой, и Клер чувствовала еще острее, чем раньше, близость Форчена. С волнением она думала о предстоящей ночи. Она посмотрела на О'Брайена и заметила, что он смущенно поглядывает на нее.
– Клер, я хочу поговорить с тобой.
У нее упало сердце. Неужели он хочет попросить ее уехать и оставить их здесь, в Батон-Руж. Она ждала молча, положив руки на колени. Форчен подался вперед, поставил ноги на пол, оперся руками о колени и сплел пальцы. Черный завиток волос упал на его лоб. Наконец он посмотрел на нее.
– Завтра мы отправляемся в Новый Орлеан, – сказал он густым и спокойным голосом. – Я говорил тебе, что там живет со своей семьей мой брат, и мне хочется, чтобы они познакомились с Майклом. Утром я хочу сказать Майклу правду.
Она задержала дыхание, встала и, пройдя мимо него, направилась в комнату. Клер почувствовала острую боль и не могла сдержать слез. Теперь она уж точно теряет своего Майкла… Это произошло быстрее, чем она ожидала. Девушка подошла к кувшину с водой, смочила полотенце и вытерла лицо, пытаясь успокоиться.
– Клер, Майклу рано или поздно придется узнать об этом, – сказал Форчен, следуя за ней в комнату. – Тревор Венгер расскажет о Мерили. Мне не удастся предотвратить встречу деда и внука. К тому же мне хочется, чтобы Майкл познакомился со своими дядями. Хочу, чтобы он знал, что я – его отец, – ровным голосом говорил Форчен, и Клер чувствовала непреклонность в его голосе.
