— Можно ещё?
— Можно.
Я падаю на диван, едва слежу за дочкой. Зарываюсь пальцами в волосы, понимаю, что сам про*бал своё счастье.
Слишком увлекся происходящим. Словил кураж. Крупный город, столица. Больше денег, меньше рамок. Не заметил, как поддался. Переступил ту грань, к которой клялся никогда не приближаться.
— Ты маму обидел? — малышка забирается на мои колени. — Да?
— Да, солнышко, обидел, — притягиваю дочь к себе, целую в висок. — Очень сильно обидел.
— А ты игрушечку подали! Она забудет.
— Боюсь так не получится. Но папа что-то придумает, не переживай.
Я виноват. Готов до смерти платить за то, что не был идеальным мужем. Не был рядом. Не додумался первым предложить Юле помощь.
Этот список ошибок можно продолжать бесконечно.
Но на самом вверху красным выделена моя измена. Одна интрижка, которой я перечеркнул весь свой брак.
Сейчас я тоже поступаю эгоистично. Потому что не готов отступить. Не могу просто. Нутро скручивает от мысли, что ничего не исправить.
А я не могу сдаться так просто.
Не могу потерять Юль.
Жаль, что осознание этого приходит, когда уже слишком поздно.
Глава 27
Шесть дней.
Почти неделя.
Именно столько времени прошло с момента, как я ушла от Ромы. Окончательно и навсегда. А ощущение такое, что всего час назад.
Всё ещё непривычно. Рома не спит на другой половине кровати. Не бурчит из-за того, что Кира разбросала игрушки.
Кофе нужно готовить только на одного, завтрак я могу вообще пропустить. И теперь на это никто не жалуется.
Иногда я ловлю себя на том, что накрываю стол на троих. Злюсь, убираю тарелку на пол. Пусть Снежок с неё кушает, мне не жалко.
Привычки искоренить сложно. Девять лет жизни просто так не вырвать.
Вроде, двадцать один день продержаться нужно?
Шесть уже прошло.
Телефон вибрирует, сообщая о входящем сообщении. Я лезу проверять. Улыбаюсь, рассматривая Киру, измазанную в каше.
Вчера вечером я завезла малышку к Роме. Его три дня. Без дочери рядом тоже непривычно.
Но я справлюсь.
Игнорирую остальные сообщения мужа. Он же всё ещё упрямо игнорирует разговоры о разводе!
Ну что за мудак?!
Ему нравится изводить меня?
Хорошо. Тогда будет суд, раз Алимбаев настроен на то, чтобы окончательно испортить между нами отношения. Его право.
Я наливаю себе кружку ароматного чая, забираюсь в ванную. Пена лопается, пахнет розами. В разгар дня я себе небольшой релакс устраиваю.
Нужно отвлечься. Забить голову всякой ерундой, а не развалившимся барком.
Женщины в процессе развода чувствуют себя плохо? Мучаются? Переживают из-за того, что вся их жизнь закончена?
У меня ощущение, что я сбросила старую кожу. Беспощадно избавилась, а теперь учусь заново дышать.
Я включаю ненавязчивую музыку, прикрываю глаза. Боже, как хорошо!
Такая мелочь, а я сто лет не могла этим заняться. Оставлять Киру в одиночестве было опасно. А когда она спала…
Находились задачи важнее, чем полежать в ванной.
Сейчас же я просто расслабляюсь. Бездельничаю. Кажется, разучилась даже этому.
Горячая вода щиплет кожу, я медленно проваливаюсь в сон. Но мне мешает настойчивая трель мобильника.
Блин!
У меня тут релакс и перезагрузка. Кто не может без меня прожить пару минут?
Я вытираю ладонь о полотенце, но пару капель попадает на экран. Ответить на звонок Саши получается не с первого раза.
— Привет, красавица, — по голосу мужчины слышу, что он улыбается. — Соскучилась? Ладно, я знаю, что да.
— Ни капли, — фыркаю, закатываю глаза. Ну что за наглец? — Ты что-то хотел? Или просто изводишь меня?
— Извожу я конкурентов. А красивых девушек добиваюсь.
— Кольцо на моём пальце видел?
— Даже мужа твоего видел. Пока не впечатлён настолько, чтобы отступать.
Нервный смешок вылетает из груди. Нахал. Пока не могу понять: отталкивает это или нет.
Я вытягиваю свободную руку вперёд. Рассматриваю палец, на котором больше нет кольца. Осталась только небольшая полоска.
Как напоминание.
— Я звоню, чтобы напомнить о долге, — произносит Саша. — Ты мне обещала свидание.
— Когда это?! — от неожиданности я чуть не ухожу под воду. Настолько уверенным звучит мужчина. — Не было такого.
— Ладно. Пойти со мной на один праздник, притворившись невестой. И не обещала, а лишь хотела подумать. Но это всё детали.
— Вот. Я ещё думаю.
— Отлично. У тебя ещё есть время. Я заеду через час. Дай мне свой адрес.
— Тебя ничего не смущает? Может ещё у мужа меня отпросишь?
Я фыркаю, а сама пытаюсь понять: идти мне или нет? Насколько мне вообще хочется провести время с Сашей?
Альтернатива тоже манит. Включить сериал, запастись ведёрком с мороженым. И целый вечер посвятить себе любимой.
Я не могу раскусить мужчину. Чего он добивается? Знает и про мужа, и про дочь. А рядом ошивается. Выглядит заинтересованным…
— Проясним кое-что сразу, Юль? — Власов словно мои мысли читает. — Тебе необязательно играть незаинтересованность во мне. Сэкономим время.
— Играть? Ты настолько в себе уверен, да?
— Да нет. Я скорее в тебе уверен. Если бы моё внимание тебя напрягало — ты бы меня отшила. Кинула в чёрный список. Игнорировала. Даже этот звонок — не приняла бы.
— Я просто вежливая.
— Ты просто скромная и чуточку трусливая. Это не плохо. Мне нравится. Но давай ты не будешь выставлять меня настойчивым сталкером, который в счастливый брак пытается влезть. Если моё внимание настолько тебя напрягает, то я прямо сейчас отвалю.
Я кусаю губу, не зная, как реагировать на подобное. Саша прав. Наверное, нет ничего плохого в том, что он проявляет настойчивость.
Из памяти уже стирается то, как именно начинались наши с Ромой отношения. Он был таким же настойчивым? Или я не так отталкивала?
Не знаю. Сложно.
Я ещё с мужем не развелась. Не привела мысли в порядок, чтобы вступить в новые отношения.
Боже! Я даже не уверена, что этот нахал мне нравится!
Но сказать ему отступить язык не поворачивается. Не сейчас, когда он готов услышать и принять мой отказ.
Как вообще мужчины женщин понимают? Если я сама в себе разобраться не могу?
— Ну и отваливай, — язвлю, лишь бы не показаться уязвлённой. Получается жалко.
— В лицо мне скажешь, — громко смеётся Саша. — Жду адрес, красавица. Надень платье, ладно?
Заканчивается разговор, не попрощавшись. Я сжимаю телефон, но вместо злости — улыбаюсь.
Ладно. Одна встреча ничего не значит? Мне не помешает развеяться. Тем более, я действительно должна Саше.
Ещё недолго я нежусь в ванной, а после начинаю собираться. Копошусь в чемодане.
Тут шкаф небольшой, всё заняли тёплые вещи. Поэтому часть нарядов осталась неразобранной.
Натягиваю колготки, зажимаю телефон между ухом и плечом. Отвечаю мужу.
Неужели почувствовал, что я на встречу с другим иду?
— У Киры истерика, — сообщает Рома, хотя я и так слышу плач. — Не могу понять, что не так.
— Она ударилась? Что ты сделал? — застываю испуганно. — Ром?!
— Нет. Мы играли. Всё было нормально. Я отошёл на минуту за соком.
— Она могла куда-то влезть и…
— Не могла. Я установил камеры. Чтобы наблюдать на всякий случай, если отхожу. Я пока не справляюсь, как ты. Она сидела на месте, а потом расплакалась.
Я поджимаю губы. Злюсь на себя. Почему я сама не додумалась до того, что можно установить камеры? Это бы сэкономило мне кучу времени.
— Значит, ты что-то сделал не так, — внутри лавина злости от мысли, что моя малышка плачет. — Может, она просила что-то? Или ты наругал?
— Нет.
— Дети не плачут просто так!
— Юль, я пытаюсь, — вздыхает муж. — Я понимаю, что просрал много времени. Тратил не туда. Сам виноват, что сейчас не могу справиться с Кирой. Но я пытаюсь, правда. Учусь. Просто… Дай мне подсказку.
— Позови малышку.
