ровный и даже разящий некоторым хладнокровием, ввел Трития в небольшое замешательство, так как с таким настроем доктора сталкеры еще не сталкивались.
– Возьмите приборы, – научник отцепил с пояса пару устройств, – и будьте любезны, сходите проверьте обстановку наверху. Обычно аномальные бури не длятся больше получаса, однако фон все еще завышен…
Дезертир без лишних слов забрал электронику и вскоре скрылся из виду, выбравшись по завалу наружу.
Ливень буйствовал, отыгрываясь за все жаркие деньки, что устраивала Зона, издеваясь над климатом.
– Скажите… Равлик?
– Да?
Погрузившись в монотонный стук и лязг, ветеран отреагировал не сразу.
– Мне нужно, чтобы вы вспомнили все подробности, касающиеся леса.
Сергей не отозвался, хмуро уставившись в одну точку.
– Понимаю, это может быть сложно по тем или иным причинам, но поймите, – Алексей говорил мягко, но уверенно, – чем больше я смогу узнать от вас, как от очевидца, тем выше шанс, что мы сможем что-нибудь придумать, чтобы решить вашу проблему… и другие, с которыми нам предстоит столкнуться на обратном пути.
– Лучше спрашивай, – старожил с усердием помассировал лоб, – так проще.
– Хорошо. Вы наблюдали какие-нибудь знакомые вам аномалии? Гравитационные или электромагнитные?
– На окраинах было много гравитационных. В одну из них даже угодил, когда спасался от мутанта…
Равлик принялся вспоминать, стараясь не задерживаться на самопроизвольно всплывающих перед глазами образах.
– А в самом лесу… Кажется, как выяснилось позже, там было строение, которое на деле должно располагаться в совершенно другом месте. Вы назвали эту аномалию «пазлом».
– Так, так, хорошо…
Научный сотрудник выдал серию неразличимых междометий, свидетельствующих о бурной мозговой деятельности.
– Допустим, пространство-время в том месте действительно «скомкано», и вы могли наблюдать себя в будущем. «Пазл» также укладывается. Но вот эффекты, которые вы наблюдали с появлением мутанта, этот пистолет и…
Доктор запнулся. Ему потребовалось немного времени, прежде чем собраться с мыслями.
– Нет.
– А что ваша теория?
Алексей, поморгав, воззрился на сталкера, в лике которого читалась надежда, пусть и не самая явная.
– Насчет Зоны, – на всякий случай пояснил Сергей.
Покачав головой, ученый глубоко и шумно вздохнул.
– Поторопился я, коллега.
Проворчал со скрежетом, точно вскрыв небесную жесть, гром. Равлик молчаливо выждал, пока Чайкин не продолжил.
– Как бы ни звучал красиво и слаженно тезис, что Зона «подстраивается» под нас так же, как мы под нее, похоже, все это лишь глупые корреляции…
– Почему вы так решили?
– Ключевым моментом, свидетельствующим в пользу применимости теории Уилера, – взялся за разъяснения совсем не так оживленно, как это бывало ранее, доктор, – я считал ответную реакцию Зоны на людское присутствие. «Перестройка» спровоцировала бурю, а пара-тройка сталкеров не должна… Вот как я думал. Но теперь, сидя здесь уже второй час, я оглядываюсь на свои прошлые домыслы и понимаю, что попался на простую корреляцию, как…
Не договорив, научник тихо усмехнулся, уронил подбородок на грудь. Неубранные волосы упали на складки комбинезона, полностью скрыв лицо ученого. Ветеран надолго потонул в шуме беспрестанно клокочущих дождевых потоков.
– В этом вся Зона, – подал голос Сергей. – Когда кажется, что ты ее понял, тут же все меняется. Мне это знакомо.
– Меняется… – проговорил научный сотрудник и вдруг встрепенулся. – Ну, конечно! Если мы изменим начальные условия… Если предположим, что пространство-время не просто «комкается», а «расслаивается» под действием аномалий, тогда…
Убрав волосы небрежным движением, Чайкин уцепился за свою мысль и принялся тараторить:
– Тогда квантово-механические эффекты, связанные с мутантом и пистолетом, имеют место! «Расслоение» пространства-времени сказывается на существе, которое долгое время обитало там, из-за чего вы могли видеть множество копий его самого… Даже наблюдение ваших собственных копий могло быть тому свидетельством!
Равлик, стараясь поспевать за ходом размышлений ученого, хмурился все больше.
– И сохранение информации тоже внесло свой вклад! Этот пистолет… Он неким образом связывает вас с лесом, и неспроста. Возможно, он и вправду является неким артефактом, получившим свои свойства от аномалии, «расслоившей» саму ткань реальности, и именно поэтому возвращается к вам раз за разом…
– Док…
– Конечно, в таком случае оперировать терминами теории Уилера о взаимном участии мы не можем, и на смену ей годится другая…
– Док, – громче позвал старожил, и Алексей замолк. – Артефакт-пистолет нас сейчас беспокоит в последнюю очередь. Нужно понять, как тварь из леса может воздействовать на меня.
– Да, конечно, воздействие, – пробормотал научник, похмыкал, сплел пальцы вместе, подперев ими подбородок.
– Тогда в лесу, – Сергей невольно поежился, – ее влияние казалось сильнее. Она будто… не просто так лезла в голову. Даже сейчас ее наваждения что-то сулят, пытаются что-то донести…
– Ваши сознания могло «запутать» так же, как вышло с артефактом, – проигнорировав опасения бывалого, заключил Чайкин. – Мы имеем дело с весьма сложной по своей структуре аномалией… Все остальное – наваждения, панические атаки, эмоциональные вспышки – могут быть следствием наличия электромагнитных полей небольшой интенсивности, по-разному влияющих на рассудок. Что ж, это многое может прояснить…
Вздрогнув от резкого шума, исследователи повернулись в сторону входа, через который в укрытие спешно спустился Тритий, чуть не навернувшись. С амуниции, с лица и со слипшихся в невыразимое месиво волос бывшего военного обильно капало.
– Цепляйте защиту, – вымолвил он, отдышавшись. – Нужно выбираться.
Замешкавшись, ученый переглянулся с Равликом. Причина заминки была ясна – наверху все еще хозяйничал шторм, однако дезертир стоял на своем, поторапливая собирающихся товарищей:
– Поймете чуть позже! Быстрей, быстрей!
Дождевые иглы впились в ткани комбинезонов, забарабанили по забралу и линзам лицевых средств индивидуальной защиты, когда сталкеры гуськом ринулись наперерез хлесткому ветру. Стараясь двигаться размеренно, чтобы грамотно расходовать силы, ориентируясь в пространстве лишь благодаря знанию Тритием хоть какого-то маршрута, мужчины постепенно преодолевали один десяток метров за другим.
Прижав к себе автомат, Сергей замыкал отряд, периодически убирая разводы со стекол противогаза рукавами, уже прилипшими от влаги к коже. Видимость оставляла желать лучшего: за плотной стеной ливня, бросающегося на людей под разными углами, сталкер смог различить только череду ходящих ходуном зарослей да порванный сетчатый забор, который тянулся уже добрую часть пути, не желая заканчиваться. Маячащая впереди спина научника то терялась, то проявлялась в фыркающей, плюющейся, огрызающейся вспышками молний пелене.
Резкое затишье ударило по ушам сильнее всякого грома, дезориентировав и замедлив Равлика. Похоже, то же самое ощутили остальные, потому как старожил врезался во что-то шевелящееся, не удержавшись на ногах.
В помутненном сознании еще гудело, когда ветеран не с первого раза смог нащупать и содрать с себя противогаз, отплевавшись.
Придя в себя, Сергей обнаружил полный состав экспедиции в низинке, на остатках рабицы, погрязшей в бурьяне. Охая, пытался подняться, придерживаясь за плечо дезертира, ученый, а сам Тритий слепо шарил вокруг
