— Думаешь, Десс может перевести образы из разума Энджи в координаты?
— Это будет сложновато. — Рекс посмотрел на подругу и нахмурился. — Тебе придется…
Он не стал договаривать.
Они уехали на много миль от психического шума центрального Биксби, стояла поздняя ночь, да и эмоции лились через край. Рекс знал, что Мелисса прочитает такие мысли.
Она улыбнулась и прикоснулась к его плечу рукой в перчатке.
— Не волнуйся, Красавчик. Я бы не стала так порочить твою честь.
Он улыбнулся в ответ и почувствовал, что краснеет. Какой смысл отрицать приступ ревности, который напал на него при мысли о том, что Мелисса коснется Десс и разделит с ней свои мысли так же, как с ним. Хуже того, первый раз она дотронулась вообще до Джонатана, той ночью в пустыне.
«Но другого выбора не было», — напомнил себе Рекс. Если бы она этого не сделала, они все пошли бы на корм темнякам.
«Кстати говоря…»
Он взглянул на часы. Еще есть время благополучно попасть домой до полуночи.
— Может, вернемся с Джессикой? С ней даже оружие не нужно.
— Ах, этот всемогущий огнетворец! Она под арестом — какая жалость!
Рекс вздохнул. Вряд ли хоть одному следопыту в истории доставалась такая пестрая команда полуночников.
— Она, конечно, — продолжила Мелисса, — могла бы остаться ночевать у Констанцы на выходные. Тогда уже ждала бы нас здесь, с фонариком наперевес. Да только теперь она побоится пойти на такое. Зря вы с Летуном так активно чесали языками.
Рекс уставился на нее.
— А что же нам было делать? Нарочно «забыть» и не сказать об Эрнесто Грейфуте? Оставить ее тут на ночь, когда она не ведает об опасности?
— Ты прав. Джонатан все равно бы ей сказал, — усмехнулась Мелисса. — К тому же секретничать — нехорошо. И, к слову, о секретах. Ты ведь не хочешь, чтобы Джессика стала свидетелем настоящего телепатического сеанса? А то еще задумается, почему родители отправили ее на ту вечеринку неделю назад.
Рекс удержался и не ответил, чтобы не затевать скандал. За эти три дня Мелисса так сильно изменилась… Теперь она даже переносила школу и сохраняла хладнокровие в толчее «Талсы», улавливая запах Констанцы каждый раз, когда они теряли ее из виду. У нее словно в голове прояснилось.
Но кое- что осталось прежним. Рекс теперь из первых рук знал, какая Мелисса мизантропка в душе. Еще не зажили раны после шестнадцати лет отчуждения. Не говоря уже о восьми годах одиночества перед тем, как они встретились. Все свое детство она отбивалась от вихря окружавших ее мыслей, совсем одна. Возможно, Мелисса так никогда и не оправится от того, что одна из всего Биксби явилась на свет телепатом.
Рекс посмотрел на часы.
— Ну, еще не так уж поздно. Мы можем позвонить ей из «Семь-одиннадцать»{23} на Сорок четвертой улице и сказать, чтобы они с Джонатаном пришли сюда.
Улыбка на лице Мелиссы снова игриво сверкнула.
— Будешь просить помощи у Летуна?
— Он спас тебе жизнь, если мне не изменяет память.
Улыбка погасла.
— Ах, да. Мой тайный миг позора. — Мелисса с шумом выдохнула. — Отлично. Вот тебе четвертак.
Окно кухни открылось легко, но вот чтобы влезть в него, пришлось проявить чудеса находчивости. Особенно учитывая «Категорически неоправданные законопроекты», которые Рекс потащил с собой на случай, если не будет времени вернуться в машину. Когда он не глядя поставил ногу в раковину, заваленную грязной посудой, звон разнесся по всему дому.
— Господи, Рекс!.. — послышался за его спиной голос Мелиссы. — Скажи спасибо, что ты не настоящий грабитель. Мертвого разбудишь.
— Я думаю не о том, как бы половчее, а о том, как бы побыстрее, Ковбойша. Чувствуешь что-нибудь?
Девочка понюхала воздух, и глаза ее фиолетовой вспышкой уловили серп восходящей луны.
— Их разбирает любопытство, но пока ничего жуткого. Пока. А Джонатан прямо по расписанию бежит к Джессике. — Она сердито сдвинула брови. — Забавно. Не чувствую нигде Десс.
— Может, она нашла свои любимые слепые пятна? — предположил Рекс. — Ладно, пошли.
Дом оказался даже больше, чем выглядел снаружи. В гостиной запросто уместилась бы дорожка для боулинга. Пока Мелисса перебирала клавиши на рояле в углу, Рекс выискивал признаки Фокуса. Но дом и внутри был абсолютно чист.
Следопыт улыбнулся. Может, удастся обойтись без стычки.
— Наверх? — предложил он.
Когда они нашли комнату Констанцы, Мелисса рассмеялась.
— Так вот она какая, единственная подруга Джессики! — Она покачала головой. — Куда уж нам!
Рекс не выдержал и усмехнулся. Повсюду была разбросана одежда, будто бы смерч опустошил два громадных шкафа. Одну из стен полностью скрывали зеркала, перед которыми красовалась застывшая Констанца, примеряя сегодняшнюю обновку. Пол был завален оторванными ярлычками. На каждом стояла сумма, которой Рексу хватило бы, чтобы запастись одеждой лет на десять.
— Не спится, — заметил он.
— А зачем спать, если можно поглядеться в зеркало?
— Ты поосторожнее там с ней.
Мелисса хмыкнула.
— Постараюсь не испортить покупки.
Рекс засмеялся, но отвернулся, когда телепатка потянулась к неподвижной фигуре. Он прекрасно обойдется без восторженного лица Мелиссы, когда та проникнет в мысли Констанцы. С манекенами, конечно, все обстоит совсем иначе: это ведь одностороннее вторжение, а не так, как у них с Мелиссой, когда они вдвоем. Даже днем, если Мелисса случайно прикасалась к обычному человеку, это лишь усиливало ее чувствительность. По-настоящему сильная связь могла возникнуть только между двумя полуночниками.
Но он все равно не хотел на это смотреть.
Коридор на втором этаже привел его в другую спальню, которая оказалась еще больше комнаты Констанцы. В кровати лежали две замершие фигуры, и, глянув всего разок на их бледные пустые лица, Рекс удалился.
Последней комнатой на втором этаже был кабинет. Стол загромождали книги и бумаги. Рекс присел и начал пролистывать документы, разыскивая телефонные номера, письма, хоть что-нибудь с именем Эрнесто. Почти все бумаги касались буровых шахт, норм федерального права и финансовых прогнозов, Длинные колонки чисел не заинтересовали бы даже Десс.
И все же через пару минут его взгляд привлек скоросшиватель с пачкой бумаги. На первой странице значилось:
Удар по общественности: Аварийная посадочная полоса «Эрспейс Оклахома», Биксби, Соляные долины.
Он медленно вдохнул, вспоминая образ, оставленный в мозгу прикосновением Мелиссы на парковке сегодня днем. Длинное черное шоссе, совершенно прямое, оно тянется в мерцающую белизну соляной долины и обрывается посреди пустоты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
