Первым начал Сэмюэль, — что касается меня, приношу свои глубочайшие извинения, — он поклонился Шеридан, — меня задержала мадам Оттбери, интересуясь, кто эта прекрасная дама рядом со мной. И не одна она, эти дамочки обступили меня со всех сторон, — он закатил глаза к небу, — даже не представляю, как мне удалось удрать от них. — Закончив, он посмотрел на Викториана, дав понять, теперь его очередь.
— А что касается его светлости, — не дав возможности ответить самому, начала Шеридан. Хотя, судя по всему, он и не собирался отвечать. — Это я, не захотела, чтобы его светлость сопровождал меня сегодня, — округлившиеся глаза Дебуа говорили о том, что он сильно удивлен. Лорд Харрисон, как истинный джентльмен не выказал никакого удивления, выражения же лица Викториана, Шеридан не видела, вернее даже не хотела видеть.
Но всё же невольно взглянула в эти глаза, после фразы. — В самом деле?
«Как всегда невозмутим» подумала девушка, «за исключением приподнятой брови»
— Да, — ответила Шеридан, глядя на него, а затем обратилась к учителю, — видите ли, Месье Дебуа, с его светлостью нас почти ничего не связывает, за исключением нескольких бумаг. Но вот с Лордом Харрисоном, мы практически родственные души и понимаем друг друга буквально с полуслова, — она перевела взгляд на Сэмюэля. Он согласно улыбнулся. — А теперь, прошу нас извинить, мы бы хотели вернуться в ложу, уж очень интересно, чем всё это закончится. — От взгляда, которым она одарила Викториана, фраза получилась двусмысленной.
— Ещё бы понимать, о чём там идёт речь, — недовольно отозвалась Мисс Торентхилл. — Французский не мой конёк.
— А вы попросите его светлость, пусть переведёт вам.
«Весьма не плохо Мисс Мелиорас» подумала Шеридан довольная собой. Левой рукой грациозно приподнимая подол платья, — приятного просмотра, — пожелала она с малюсенькой толикой злорадства и собралась проследовать в ложу. Но, не успели они с Лордом Харрисоном отойти и на полметра, как Шеридан услышала, жалобный голос Анники.
— Не могли бы вы, оказать мне такую услугу, объяснить всё происходящее на сцене. И простите что обратилась к вам, кто знает, возможно в будущем мы станем подругами?
Шеридан обернулась и увидела перед собой девушку, которая мило на неё смотрела, прося о помощи. Чувство вины не заставило себя ждать, ведь может же быть такое, что Мисс Торентхилл, самая обычная девушка, а неприязнь к ней вызвана элементарной ревностью. И не смотря на то что, чувство вины пустило свои корни, разумом Шеридан прекрасно понимала, что провести столько времени в одной ложе с ними, она не согласна. Доля секунды борьбы и чувство вины, всё же взяло верх над разумом.
— Да конечно, тем более что в нашей ложе имеются свободные места. — Она посмотрела на Сэмюэля, тот согласно кивнул, ещё больше восхитившись ей.
Сам же, конечно был не особо счастлив, нарушенным уединением с Шеридан, когда во время представления он мог спокойно наблюдать или вернее сказать, любоваться ею. Теперь же Викториан с Анникой усядутся рядом. «И что вообще Викториан задумал»? Рассуждал Лорд по дороге в ложу, «с чего это он припёрся сюда именно с Анникой Торентхилл? Всем известно, что более избалованной и заносчивой девицы не сыскать во всём Лондоне». В ложе Анника села рядом с Шеридан, герцог с Сэмюэлем, заняли места позади. Погас свет, началась вторая часть представления.
Шеридан немного наклонила голову к Аннике, — В первой части говорилось…
— Ох, избавьте, — тихо произнесла Анника, обернулась и улыбнулась Викториану, — Не думали же вы, что я в самом деле хочу знать, что там происходит, тем более от вас, — она скорчила гримасу брезгливости, — мне приходится любезничать с вами, исключительно ради Вики.
Ошарашенная Шеридан, посмотрела на эту, как оказалось не такую уж и милую девушку. Обида от унижения сыграла свою роль, у себя в поместье она никому не позволяла так с собой разговаривать. — Тогда я бы на вашем месте, сейчас не спектакль этот смотрела, а отправилась бы учить французский. Его светлость или Вики как вы выразились, не любит необразованных пустышек. Того и гляди потеряет к вам всякий интерес.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что! Как вы сме…
— Тсс, не мешайте смотреть представление, в отличие от вас, я прекрасно понимаю о чём здесь идёт речь, — она посмотрела на герцога, улыбаясь, давая понять что всё хорошо.
Шеридан повернулась и сосредоточила всё своё внимание на сцене, по крайней мере попыталась, насколько это было возможно, с рядом сидящей, почти что огнедышащей Анникой.
Возможно, после этого вечера у неё и будут проблемы, так как естественно, она нажалуется герцогу, но ей совершенно на это плевать. Она должна была за себя постоять, жаль только, спектакль окончательно испорчен.
— Послушай, ты в своём уме? — спросил в полголоса, Викториана Сэмюэль.
Так как представление не имело особого интереса, они сели сзади, к тому же это было удобно, наблюдать за девушками.
— Ты о чём? — спросил Викториан пристально следя за Шеридан. Что-то происходит между ними, но судя по гордой осанке Шеридан, всё под контролем.
— О чём я? — он ещё понизил голос, чтобы не привлекать внимание девушек, — чем ты думал, когда пригласил в оперу Аннику Торентхилл?
Викториан пожал плечами, откинулся на спинку стула, наслаждаясь тем, что ещё около часа, сможет спокойно за ней наблюдать. Если бы ещё Сэмюэль не приставал со своими расспросами.
— Ты же знаешь что надменней и взбалмошней девицы нет, возможно и не только в Лондоне.
— Зато, она красива — спокойно ответил герцог.
Сэмюэль закинул ногу на ногу и также спокойно, — Согласен.
— И, пожалуй, это единственная положительная в ней черта. — Констатировал сам Викториан.
— С этим я тоже согласен, — он задумался, — но тогда зачем?
— Я пригласил её, почти два месяца назад, — все также тихо ответил герцог и пожал плечами.
Сэмюэль вопросительно на него посмотрел. Он догадался, что это связано с очаровательной Мисс Мелиорас. «Почти два месяца назад, как раз был день рождения Шеридан. Вероятнее всего то, что произошло между этими двумя на корабле, не прошло бесследно». Да и Викториан, после возвращения с острова сильно изменился, всё указывало на одну причину. И имя этой причине Шеридан Мелиорас. Судя по всему, Сэмюэль единственный, понимает это. Отчасти он, поэтому и крутился всегда около Шеридан, пытаясь таким образом вызвать ревность Викториана. Но, пытаясь всячески вызвать друга на ответные действия, сам того не осознавая, вывел свои дружеские чувства к Мисс Мелиорас, за рамки таковых. И осознание этого пришло не в особняке, когда он увидел её сегодня вечером и, даже не во время спектакля, когда он не сводил с неё глаз. А тогда, когда возвращаясь с шампанским в руках, он увидел Шеридан в компании с Викторианом. И не взирая на то что рядом с ним была девица Торентхилл и надоедливый Дебуа, он заметил лишь взгляд с которым друг, смотрел на Шеридан. Именно поэтому Сэмюэль и задержался, не потому что мадам Оттбери его расспрашивала, как он сказал всем. Стоя за колонной с бокалом в руке, Лорд Харрисон Барон Фарклайн, мучительно осознавал, что чувства, которые он испытывает в данный момент, это не что иное, как ревность. Осознание было ужасным, никогда ещё в жизни он не испытывал таких чувств, ни к одной женщине, а их у него было достаточно. Теперь перед ним стало две дилеммы, с одной стороны друг, который судя по всему, не может разобраться в собственных чувствах, а с другой стороны, милая Шеридан, которая считает его своим другом. Имеет ли он право добиваться её, зная всё это? Если бы Викториан не был его другом, Сэмюэль приложил бы все усилия, для завоевания сердца девушки. Сидя всё в той же ложе, рассуждал он, «Викториан старается держаться как можно дальше от Шеридан, являясь её опекуном он не будет сближаться с ней, это претит его морали, вероятнее всего он и пришёл с Анникой по этой же причине».
К концу представления, Лорд Харрисон пришёл только к одному, единственно правильному решению. Необходимо поговорить с Викторианом и выяснить всё. Их дружба крепка уже не один год и ни каким чувствам, даже к прекрасной Мисс Мелиорас, он не позволит разрушить её.
