– Что с тобой? – мягко спросила она.
Он ничего не ответил. Ни одно слово не могло сорваться с его уст. Он продолжал сидеть и молча смотреть на нее, широко открыв умоляющие, испуганные глаза.
– Что же с тобой все-таки происходит? – спросила она и провела своей великолепной рукой по его горячей щеке, короче говоря, лаская его. Пойдем же, пойдем со мной, – прошептала она, беря его за локоть и пытаясь приподнять его.
Он почувствовал, что привстает, поднимается все выше и выше. И вот он уже стоит полностью на ногах. Перед ней. Во весь рост. Во всем своем бесстыдстве… и славе.
Она не показала виду, что это непристойное зрелище хоть чуточку оскорбило ее. Внезапно Понс с волнением подумал, заметила ли она вообще что-нибудь? Как могла она не замечать такого? В глубоком отчаяньи, понурив голову, он стоял перед ней, дрожа всем телом.
Теплые руки богини все еще касались его. Она стояла здесь, перед ним. Он был немного выше ее ростом.
– Боже мой, да ты же весь дрожишь, как осиновый лист, посочувствовала она. – Что случилось? – спросила она снова.
Голос у нее был мягкий и чарующий. Такого прекрасного, нежного голоса нет больше ни у кого, во всей вселенной. Это еще более углубило его отчаянье.
– Я полагаю… – сказал он. – Возможно… Это… Я думаю…проговорил он, сбиваясь и заикаясь, – и умолк.
Он стоял перед ней смущенный, как в воду опущенный. Она продолжала утешать его мягко и нежно:
– На твою долю сегодня выпало огромное испытание. Я уверена, дело все именно в этом. Мне самой все это крайне неприятно. – Она все еще держала его за руку. – Возможно, мне не следовало приглашать тебя сегодня вечером к себе, Понс… Это было не очень благоразумно с моей стороны… возможно… – Она снова сделала паузу. – Но если ты хочешь уйти…
– Я не хочу никуда уходить, – ответил он определенно.
Она улыбнулась ему и он был почти уверен, что она слегка пожала ему руку.
– Прекрасно… в таком случае, пойдем и выпьем какао, – почти пропела она.
Он кивнул, и она пошла вперед. Ведь путь до кухни, имея в виду его тяжелое состояние, она держала его за руку.
– Шок, который ты перенес сегодня, продолжится еще некоторое время, он сразу не проходит: для этого нужно время, – ворковала она, включая электроплитку. – Я не уверена, смогла бы я что-нибудь делать сегодня вечером… если бы я… обнаружила ее, – сказала она.
Понс ничего не говорил, он просто старался подавить свой стыд.
– Надеюсь, что скоро найдут того негодяя, – сказала она ему.
Понс немедленно устроился на кухонном табурете и сразу же почувствовал себя уверенней. Сперва он молча наблюдал за ней. Наконец он расхрабрился и рискнул завязать беседу:
– Так вы полагаете, что основная канва сочинения у меня уже сложилась? – спросил он, восседая на своем насесте, обеспечившем ему более безопасное и морально устойчивое положение.
– О, конечно, – подтвердила она, повернувшись к нему лицом. Осталось только написать прекрасное сочинение!
Понс кивнул, почувствовав удовлетворение от ее ответа. Он знал, что она говорит искренне, от всего сердца. Она разлила какао по чашкам. И в каждую чашку положила веточку алтея. Он с удовольствием наблюдал, как они плавали на поверхности. Какао пахло великолепно. Как у его матери…
– Угощайся, пожалуйста, – сказала она, подавая ему чашку.
– Большое спасибо, – пробормотал парень, сразу же отхлебнув из чашки.
– Ну, как? – осведомилась она.
– Очень вкусно, – подтвердил он.
– Это тебя успокоит, – сказала она, садясь на другой табурет, рядом с ним.
Она была создана для того, чтобы быть хорошей хозяйкой.
– Вы из Нью-Йорка, не так ли, мисс Смит? – отважился спросить юноша.
– Да, я там ходила в школу. О, но я очень счастлива здесь. Я люблю этот город, – успокоила она его.
– Я тоже люблю Соерсвилль, – попытался поддержать светскую беседу Понс. – Но иногда мне становится здесь довольно скучно, правда, мисс Смит. – Он умолк, подыскивая слова, чтобы продолжить разговор. – Много времени… – Он запнулся.
Она улыбалась. Он очень любил ее улыбку.
– Чем вы будете заниматься в будущем, Понс? – спросила она. – Ведь в следующем году вы заканчиваете школу…
Он маленькими глотками пил какао, смакуя его.
– Это какао такое вкусное, – заметил он. – О, я еще не знаю, кем я буду после окончания школы. – Он сделал паузу и осмотрелся. Кухня была чистая и уютная. – Я хочу стать писателем… – спокойно сказал он. – Я полагал, что вам известно об этом…
– Я думаю, что из вас выйдет неплохой писатель… – предположила она.
– Но мне нужно найти способ зарабатывать себе деньги на жизнь, не так ли, мисс Смит? Ведь писательский труд, особенно на первых порах, много денег не приносит, – сказал он, проявив благоразумие.
– А почему бы вам сперва не стать преподавателем? – спросила она.
– Видите ли… я очень боюсь выступать перед классом, серьезно, мисс Смит… И не уверен, что смогу преодолеть когда-нибудь эту робость… признался он.
Это чувство было ей хорошо знакомо.
– Ну, Понс, это со всеми случается… Все мы поначалу очень пугливые, признаюсь я тебе, – сказала она. – Что со мною творилось, когда я проходила практику! Боже мой! Я так боялась появиться перед классом! Иногда этот страх преследует меня и сейчас. – Она сделала паузу. – Ты от этого обязательно избавишься… или, по крайней мере, научишься переносить это, – убеждала она.
Понс кивнул и отхлебнул какао: алтей остался у него на губах, он с удовольствием пожевал его.
– Чем занимается твой отец, Понс? – поинтересовалась она, наблюдая за ним.
– Он работает на фирме «В. А.», – ответил Понс. – В Китстоне, Там находится большое предприятие этой фирмы. А вы знакомы с моим отцом? спросил он.
– Я встречалась с ним на собраниях учительско-родительской ассоциации в прошлом году. Он мне показался ужасно приятным, Понс, – ответила она. – А как ты с ним ладишь?
– О, прекрасно… Мы с ним очень дружим, – ответил Понс.
Повисло молчание. Он дожевывал алтей.
– Я больше люблю маму, – признался он.
Мисс Смит слегка улыбнулась.
– Все мальчики всегда больше привязаны к своим матерям, чем к отцам.
Понс продолжал смаковать какао.
– А еще я очень люблю Пеппи…
– Пеппи? – переспросила она.
– Это моя кошка… мисс Смит. Видели бы вы ее! Что за удивительное создание!
Она снова весело рассмеялась.
– Мне бы тоже очень хотелось завести кота.
– Хорошо, я вам принесу кота.
– Ты говоришь правду, не шутишь?
– Конечно, мисс Смит.
Они еще помолчали.
– Это было бы чудесно!
– О, коты такие умные и смешные животные.
– Когда я была еще маленькая… дома… у нас всегда был кот, призналась она смущенно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
