магических каналов ученицы и взмахнул мечом, открывая портал. Лину будто какая-то невидимая сила вдруг притянула к охотнику и в одно мгновенье они оказались за стенами форпоста.
Глава 43
— В-вы… Да вы с ума сошли! — Лина вывернулась из рук охотника и упала на еще влажный зеленый мох.
Виль нахмурился.
“Она права. Я точно сошел с ума”, — с горечью подумал охотник.
Вся его броня трещала по швам с того самого момента, как он увидел ее.
И это было страшно. Куда страшнее, чем встреча с ларгами.
— Не бери в голову, ученица, — жестко сказал охотник. — Это было совершенно необходимо. Или ты не поняла, что чуть не подожгла форпост?
Лина схватилась за грудь, где все еще пекло и с ужасом почувствовала под руками круглую, будто циркулем обведенную, дыру с оплавленными краями.
— М-мамочки… — всхлипнула Лина в ужасе. — Что, опять?! Когда же это закончится…
Виль хмыкнул и пожал плечами. Что он мог ей сказать, этой девушке из другого мира? Ведь любое сильное эмоциональное воздействие для новообращенного охотника грозило прорывом энергетических каналов.
И в очередной раз Виль понял, что наставник его опять был прав.
Прав был, Одинокий возьми их всех!
Как Виль только что выяснил на собственном опыте, от такого рода прорывов не застрахован и он сам. Черт бы побрал все эти эмоции..
Лина огорченно посмотрела на свою испорченную рубашку.
— Кстати, мастер. Что вы там говорили про единое целое?
Девушка прищурилась.
Виль вздохнул и огляделся. Они находились совсем рядом с форпостом, но вести серьезные разговоры здесь, на незащищенной территории, он не собирался.
Но что-то ответить нужно было прямо сейчас.
— Между наставником и его учеником после обращения возникает нерушимая связь, — нехотя сказал он. — И прекращается она только со смертью одного из них.
Лина обняла себя руками и закрыла глаза.
Тихо-тихо прошептала:
— Она…она умерла, да?
Виль вздрогнул.
— Кто? — глухо переспросил охотник и плечи его напряглись. А перед глазами сразу встала Лисса. Невысокая, с ладной фигуркой. Короткие рыжеватые волосы и веселые веснушки.
Лина вздохнула:
— Простите…Простите меня. Но… я должна знать. Должна. Ведь в ее комнате я сейчас живу?
Охотник отмер.
— Это долгий разговор, ученица. Вечером. Да. вечером в зале с очагом мы поговорим. Обещаю.
Он серьезно посмотрел на Лину и резкие морщины очертили упрямый подбородок и линию рта.
— Да, — медленно сказал он. — Я расскажу тебе все. А сейчас мы вернемся в форпост.
Виль вовсе не собирался отступать от своих намерений. Тем более сейчас, когда боль тугой пружиной скрутила его изнутри. Лисса… За что, Одинокий? За что?!
Он нахмурился, взмахнул мечом и Лина опять оказалась прижатой вплотную к нему, ощущая всем телом мощь, исходящую от охотника.
Мгновение, и они опять на территории форпоста.
— Можешь пока начать отрабатывать тот удар, который вчера плохо получался, — буркнул он и поставил ее на ноги.
Критичным взором оглядел себя. Парадная рубашка пришла в негодность, и вряд ли теперь сгодится на что-нибудь, кроме тряпок.
Впрочем, действительно, что это он так вырядился? Для веселых девочек сгодится и что попроще.
Виль отвернулся и быстро вошел в дом.
Схватил первую же попавшуюся чистую рубашку и быстро переоделся.
Вышел на крыльцо и достал меч из-за спины.
Лина хмуро наблюдала за охотником. До сих пор одна она в форпосте не оставалась. Ей что, страшно? Да быть не может. Лина не маленькая девочка, которую оставляют дома и не берут в гости. Сказать по правде, она бы не отказалась побывать в здешнем поселке. Увидела бы других людей. Да и интересно, как тут у них жизнь устроена.
Судя по тому дядьке, что привозил провизию, мало чем. Таких вот дядек она насмотрелась в селе, где бывала летом в гостях.
И, на самом-то деле, сколько можно сидеть в четырех стенах!
Она уже вполне себе натуральная охотница. Вон, даже синго свой пробудила.
Почему, кстати, он не берет ее с собой? Неужели там действительно так опасно… Ведь с тех пор, как Лина стала охотницей, что-то ничего об этих ларгах и слышно не было.
“А ведь он явно принарядился, мать твою! — вдруг опять разозлилась Лина. — И рубашку вон, сбегал, поменял.”
“Да что со мной такое? Я его что, ревную?” — сердце у нее упало. “Точно, ревную. Я полная дура. Вот полная! Кого?! И к кому?”
Лина сделала каменную физиономию, но и слепому было ясно, как она зла.
Что там слепому.
Виль почувствовал нарастающую в его ученице ярость и быстро взглянул на хмурую девушку. Нужно было срочно переключить ее внимание. Срочно. Сегодня он больше не хотел рубашек со сгоревшими рукавами. Хватит.
Их у него и так по пальцам пересчитать можно. Кстати, нужно наконец собраться и послать запрос в гильдию. В форпосте новая охотница, а ходит в одинокий знает в чем. В сердце опять кольнуло. Нет, он не будет сейчас думать об этом. Веселые девочки ждут его уже неделю. В их притворных, но теплых объятиях он растворялся и снимал все скопившееся напряжение.
— Погоди, ученица, — буркнул Виль и мгновенно оказался опять в доме, откуда быстро вернулся с изящными небольшими ножнами в руках.
Лина увидела их и глаза ее заблестели. Неужели мастер нашел наконец для нее заплечные ножны?
— Держи, ученица. Как обещал. Твои, — Виль едва заметно улыбнулся и протянул девушке чуть потертые, но от этого не менее чудесные ножны.
Лина приняла из рук мастера явно старинную перевязь и попыталась надеть на плечи.
Виль только хмыкнул.
— Дождись вечера, ученица. Покажу.
Он вытащил свой фамильный меч и резко крутанул в руке. Меч раскрылся подобно мерцающему и быстро вращающемуся вертолетному пропеллеру и Виль исчез в образовавшемся портале.
Лина с завистью проводила его взглядом. Неужели она тоже когда-нибудь научится раскрывать порталы?
Ведь ее меч ничуть не хуже, чем у Виля. Она в этом совершенно не сомневалась. Взглянула на долгожданные ножки и опять постаралась приладить перевязь через плечи, но очередной раз потерпела поражение.
Проклятые ножны, такие красивые, напрочь отказывались закрепляться на спине. В конце-концов Лина стащила их и отправилась в дом. Про Виля она упорно старалась не думать.
Сказал, что поговорим вечером? Вот и поговорим. А пока…
Лина ласково коснулась синго, мирно покоящегося на ее талии.
Пока она подумает, как же его назвать.
Девушка неожиданно улыбнулась, почувствовав ответ на свое прикосновение. Нежное, ласковое, такое бархатистое, прямо как кожица у персика. Персики Лина обожала.
“Назову-ка я тебя Персиком! Как тебе такое имя, нравится?” —
