вслушиваясь в дыхание девушки.
Дыхание было.
Одинокий, она дышит!
Но что же здесь произошло?!
Виль прекрасно видел, что ларги исчезли. Вокруг был только пепел. Пепел…
— Она сделала это… Виль. Виль, ты слышишь? — слабый шепот достиг ушей мастера. Охотник обернулся и не поверил своим глазам. Фико сидел, прислонившись к стене и ошалело улыбался. Он тоже был жив. Только багровый шрам широкой полосой проходил через всю левую половину его лица. А еще Фико был совершенно лыс. Роскошные, светлые волосы больше не украшали его голову.
Виль отвернулся и опять нагнулся к Лине. В лице ее не было ни кровинки. С правой стороны груди на рубашке зияла большая круглая дыра. Точнее, рубашки практически не существовало.
Виль снял с себя рубашку и бережно накрыл ученицу.
Фико закашлялся и сипло сказал:
— Жаль, что я так и не понял, как… Как она это сделала!
А ведь я должен, понимаешь, должен, Виль, все записать и отправить в архивы.
Виль даже не обернулся. Он поднял девушку на руки и понес. Лина неожиданно всхлипнула и открыла глаза.
Глаза ее были подернуты пеленой и девушка явно ничего не видела перед собой.
Не видела.
Но очень хорошо чувствовала. Она чувствовала, что находится на руках Виля. Ее приятно покачивало и не хотелось ни о чем думать.
Ведь Виль был жив. И это главное. Она чувствовала его, и связующая нить была тут совсем не причем. Она чувствовала его запах, запах сосновой смолы и почему-то снега.
Виль тоже почувствовал, что Лина очнулась. Его дыхание сбилось на секунду, а потом сердце застучало радостно и уверенно. Виль не думал сейчас об Араксе. Одинокий… До чего же он дошел.
Он думал только о ней, о Лине.
Она жива! Сейчас это было самым важным. Аракс?
Может же он подождать, хоть когда-нибудь.
Виль осторожно распахнул дверь в комнату девушки и положил ее на постель. Грудь ее мерно вздымалась, глаза были закрыты.
И тут Лина вздохнула и открыла глаза.
Виль оторопело взглянул на нее.
Глаза у Лины поменяли цвет и стали зелеными, как изумруды.
Черные волосы и зеленые глаза. Такого сочетания охотник еще ни у кого не встречал.
— А где твой синго, ученица? — вдруг хрипло спросил он первое, что пришло в голову.
— Он ушел, Виль. Совсем ушел мой Персик, — прошептала сухими губами девушка.
— И меч, мой чудесный меч. Его больше нет, — она вздохнула и вдруг улыбнулась.
— Но зато мы сделали это. Я знаю, я чувствую, — Лина светло улыбнулась и вдруг нахмурилась.
— А что с Фико? Он в порядке?
Виль напрягся и в глубине души вдруг очень порадовался, что Фико облысел.
— Жив, — коротко сказал он. — И жаждет написать в архив подробности великого сражения.
— Ты права, ученица. Неведомым и непонятным образом грань между нашими мирами уплотнилась и стала такой же плотной, как и раньше.
Невероятно, но это действительно так.
— Да, я знаю, — Лина потянулась и вдруг посмотрела Вилю прямо в глаза.
— Я никогда первая этого не говорила мужчине. Но сколько же можно уже?
Да поцелуй же ты меня наконец!
Виль вздрогнул и широко раскрыл глаза. В глубине его темных как колодцы глаз зажегся опасный огонек.
Он резко нагнулся и накрыл ее сухие губы. Лина подалась ему навстречу всем телом. Виль обхватил ее руками и прижал к себе, не прерывая поцелуя. Девушка почувствовала, как ее накрывает волна горячего воздуха.
Она застонала и прижалась к Вилю еще сильнее. Волна горячего воздуха уплотнялась на глазах и наконец скрыла обоих.
Неожиданно дверь комнаты отворилась и на пороге показался Фико. Глаза его горели.
— Вот вы где! Я понял. Я наконец-то понял, что произошло. Вы слышите меня, вы, двое?
Фико огляделся по сторонам и прищурился.
— Эй, вы же здесь. Я чувствую вас. Но не вижу.
И это тоже совершенно удивительно!
Виль на мгновенье прервал поцелуй и шепнул девушке на ушко:
— Держись сильнее.
Он напрягся, сжал зубы и Лина почувствовала, как что-то твердое и холодное вклинилось между ними. — Меч? — прошептала девушка и опять потянулась к губам Виля.
— Зачем тебе меч?
— Держись, ученица, — охотник чуть прикусил мочку ее ушка и коснулся меча.
Глаза девушки заволокло туманом и она на мгновение отключилась.
А когда пришла в себя, то с удивлением увидела, что они находятся совершенно в другом месте.
Вокруг шелестели листвой высокие дубы. Пели птицы и было тепло.
— Мы где? — с удивлением прошептала Лина. — И… каким образом? Ты создал портал, да?
Но ведь… Нужно же раскрутить меч, сам меня учил.
Виль хмыкнул и коснулся своего меча:
— Не всегда, ученица. В некоторых случаях достаточно одного касания.
Лина взглянула ему прямо в глаза:
— Знаешь, а мне этого совсем недостаточно, — и щеки ее запылали.
Виль резко выдохнул и нежно поцеловал ее в волосы. А потом… потом Лина уже ничего не видела и не слышала.
Да и было ли оно, это потом?
Перед ее глазами вспыхивали одна за другой яркие звезды, и не было этому конца.
— Вот так все и случилось, Виль, — Фико с удовлетворением закончил свою пламенную речь. Ведь правы были храмовники, правы! И я был прав. Прав с самого начала. Одинокий всегда знал, что такой момент наступит. Знал, что придет нужная ему девушка. Умудрился поместить свою сущность в артефакты! А она, ученица твоя, послужила катализатором. Вот так и получилось, что высвободилась и ее энергия, и сущность Одинокого.
— Но все равно это было невероятно… — потряс лысой головой Фико.
— Такой взрыв энергии! Тут и не такой портал схлопнется.
Фико замолчал и только сейчас понял, что в комнате давно уже никого нет.
— Нашел-таки свое счастье мастер, — грустно улыбнулся он и с тоской потер гладкую, как яйцо, голову.
Конец
