Выслушав заявления двадцати с небольшим соискательниц, Лина начала отвечать, что холостяк сбежал, скрылся в неизвестном направлении и больше на рынке знакомств не фигурирует.
— Но в таком случае фотография не должна была появиться в газете. Фальшивая реклама! — возмущенно воскликнула одна из разочарованных соблазнительниц.
Скучать на рабочем месте не приходилось: Лина постоянно что-то делала. Если не отвечала на звонки и не встречала клиентов, то немедленно переключалась на обустройство приемной, развешивая на стенах красочные постеры: с одной стороны — желтый плакат с предупреждением: «Повышенная температура может оказаться опасной для вашей собаки». С другой — голубой с изображением сидящей в машине симпатичной таксы и призывом: «Не оставляй меня здесь, мне жарко!» В середине оказался восхитительный групповой портрет щенков золотистого ретривера. Все эти прелестные картинки она обнаружила в кладовке. Произведения искусства терпеливо дождались участи украшать ветеринарную клинику.
К сожалению, ни серые пластиковые стулья вдоль стен, ни стандартные венецианские жалюзи на окне не поддавались живительному воздействию творческой личности. Однако в благотворительном магазине удалось приобрести симпатичную желто-голубую шторку, которая заметно украсила унылый интерьер. Кроме того, администратор благоразумно передвинула ящик для сбора пожертвований на приют для бездомных животных ближе к конторке. Каждый, кто рассчитывался за лечение, мог тут же бросить в прорезь часть сдачи.
Да, Лине нравилось приводить в порядок рабочее место. Легкая суета отвлекала от разлагающих сознание мыслей о Коуле и приглушала воспоминания о вчерашней сцене взаимного соблазнения. Лина и раньше ощущала подспудное действие опасных химических процессов и все же не могла взять в толк, почему взрыв произошел так быстро, мощно и дико. Размышления заводили в тупик, волновали, тревожили. Так что не думать казалось проще и надежнее.
Закончив обустройство приемной, остаток трудового дня Лина провела в работе над папкой с ответственными финансовыми документами, в которых фиксировались сведения об оплате лечения. Время от времени Лина любовалась, как великолепно выглядит ее новый маникюр; Мей из салона «Мейз нейлз» подобрала очаровательный малиновый лак. Обращали на себя внимание многочисленные оригинальные счета и своеобразные пометки доктора. Например, встречались такие записи: «оплачивает свежей продукцией из собственного сада» или «оплачивает чисткой снега».
Интересно, как ветеринар собирался удержаться на плаву с таким отношением к материальной стороне дела?
Лина машинально провела пальцем по написанной Коулом строчке и спохватилась. Налицо чрезмерная сентиментальность. Еще немного, И можно начинать писать его имя рядом со своим и окружать виньеткой из сердечек.
Нет, ни в коем случае! Необходимо помнить о главной цели — о скорейшем возвращении в модельный бизнес. А еще нельзя позволить сердцу в очередной раз разбиться.
Сью Эллен упорно смотрела в вазочку с мороженым «Близзард». Где же тренер? Договорились встретиться в кафе «Дейри куин» в четыре. Четверть пятого, а его не видно. И это при том, что Расс всегда ценил время и был чрезвычайно пунктуален.
Может быть, она в чем-то ошиблась? Что-то сделала не так? Чем-то его обидела? В выходные Сью Эллен и Расс ходили в «Тиволи» смотреть фильм, и все складывалось просто прекрасно. На прощание Расс поцеловал и погладил ее по груди, как делал всегда. Ничего необычного. Ничего нового.
Сью Эллен нравилась стабильность в их отношениях. С тренером она чувствовала себя абсолютно счастливой. И совсем забыла о том внезапном трепете, который испытала, когда Донни стер с ее губ шоколад.
Прошло еще десять минут. Наконец в окно кафе Сью Эллен увидела, как тренер выходит из машины.
— Извини за опоздание, — произнес он вместо приветствия и сел напротив.
— Ничего страшного. Надеюсь, не обидишься, что я без тебя заказала мороженое?
— Конечно, нет. Все равно в нем слишком много калорий. Я слежу за своим весом.
Сью Эллен мгновенно утратила аппетит.
— И мне тоже давно пора взять себя в руки.
После этой реплики тренеру следовало встрепенуться и начать уверять, что она и так выглядит просто великолепно. Но он этого не сделал, а предложил:
— Может быть, присоединишься к моим утренним пробежкам на школьном стадионе?
Сью Эллен резко оттолкнула мороженое.
— Что-то не так? — поинтересовался Расс.
Сью Эллен покачала головой. Пока еще она не чувствовала себя готовой к серьезному разговору, но понимала, что дальше откладывать некуда. В ближайшие неделю-другую разговор должен неизбежно состояться. Важный разговор о том, куда идут их отношения — если эти отношения вообще куда-то идут; Но для начала надо было сбросить вес.
А еще предстояло понять, как пользоваться коварным и недружелюбным «Мегамаксом». Если прибор устраивает сестру-модель, значит, наверняка должен пригодиться и ей. Тем более что оргазм сжигает калории. Интересно, относится ли это утверждение к сексу с вибратором? Вопрос казался актуальным, поскольку секс с мужчиной в ближайшем будущем явно не предвиделся.
Расс Спирс считал себя истинным джентльменом и, очевидно, именно поэтому не спешил затащить ее в постель. Правда, существовал и другой вариант: он считал ее слишком толстой и не хотел видеть обнаженной.
Сью Эллен с тоской посмотрела на мороженое. Во рту пересохло. Сердце учащенно билось. И вовсе не из-за близости тренера, а из-за утраты милого сердцу ванильного шедевра. Да, пусть ее считают зависимой, наркоманкой, но она непременно должна доесть оставшиеся в вазочке шарики.
Рука сама собой потянулась к ложке. Но в этот момент Сью Эллен поймала разочарованный взгляд мужчины своей мечты и немедленно положила руки на колени, для надежности крепко сцепив пальцы.
— Что-то не так? — повторил свой вопрос Расс.
Сью Эллен молча покачала головой.
— Так что же ты думаешь о совместных пробежках?
— Хорошо. Я согласна.
Сью Эллен вела два диалога одновременно: один вслух, с тренером, а второй про себя, с собственным разумом. Второй казался гораздо интереснее первого.
«Почему не скажешь ему правду? Ответь честно, что глупая беготня по стадиону привлекает ничуть не больше, чем лечение пульпита. Неужели ты не в силах постоять за себя? Стелешься, будто коврик перед дверью. Смотри, он уже о тебя ноги вытирает!» — возмущался внутренний голос.
«Ничего подобного, — отвечала она внутреннему голосу. — Он заботится обо мне. Беспокоится о здоровье».
