Он крепко сжал ее худые плечи и строго произнес: — Еще раз повторю, здесь нет ни капли твоей вины. Даже не смей корить себя за это. Пообещай мне.
Арина пристыженно увела взгляд в сторону.
Он слегка тряхнул ее и заставил обратить на себя внимание.
— Арина, пообещай мне.
— Хорошо, — тихо ответила она.
— Ты должна быть сильной, сестренка. Особенно сейчас, понимаешь?
Она тихонько кивнула.
— Эй, глядите, что нашел исландец! — послышался веселый голос Йована.
Все начали стягиваться к дальней стене убежища.
Матвей еще раз взглянул на Арину.
— Сильной, — вновь повторил он и отошел от нее.
Ему захотелось подбодрить ее, и он не придумал ничего лучше кроме как сказать:
— А тебе идет серый цвет.
— Вот как? — она попыталась выдавить из себя улыбку, разглядывая новый свитер.
— Были бы только волосы на месте…
— Даже не начинай.
Матвей погладил ее по голове, ощутив приятное покалывание щетины на ладони.
— Матвей, Арин, где вы там? Идите сюда! — не унимался Йован.
— Ладно, пошли уже посмотрим чего они там откопали.
— До сих пор не могу поверить, что это твой дом. Точнее, его часть, — прошептала на ходу Арина.
— Я тоже, Арина, я тоже.
Как только они вышли к остальным, Матвей заметил, как Йован торжественно положил на единственный в убежище столик ящик с коричневыми бутылками.
— Поосторожнее! — воскликнул на него Вадим Георгиевич. — Это тебе не глыбы со льдом!
— Матвей, гляди! — Йован достал одну из бутылок и передал ее собирателю. — Лейгур нашел все это там, в шкафу, которой в стене.
Матвей стал разглядывать бутылку. Этикетка потускнела, разобрать написанное на ней за исключением парочки букв не представлялось возможным. Он откупорил крышку, поднес горлышко к ноздрям и услышал сладковатый древесный запах.
— Так чего это, а? — спросил с любопытством Йован, разглядывая другую бутылку. — Эх, мне бы такую в коллекцию на мой Полярный переполох!
— Это виски, — ответил Матвей и протянул бутылку остальным, принявшимся по очереди вдыхать пьянящий аромат. — Одна такая обеспечит ваттами как минимум на следующие три месяца, если знаешь кому продать.
Когда очередь дошла до Вадима Георгиевича, он, вдохнув запах, сказал:
— Да, отец у тебя точно знал, что понадобиться в бункере для коротанья деньков на случай ядерной войны.
— Какой войны? — поинтересовался Тихон.
— Книжек по истории больше читай, — отмахнулся от пацана старик и обратился к собирателю. — Матвей, все же ты хозяин и владелец этого добра. Не будешь ли ты против, если?..
— Валяйте, — ответил он.
— Тут еще есть куда налить. — Йован достал из того самого шкафа четыре алюминиевые кружки и заметил, как Вадим Георгиевич уже потянул пересохшие губы к горлышку. — Эй, дедуля, чего ты как животное из горла пить собрался. Мы люди или кто?
— Верно говоришь. — Он с усилием заставил себя положить бутылку на стол. — Сержант, достань наши кружки из мешков и закусить чем-нибудь. Мне нужно кое-что сказать.
— Всем разливать? — уточнил Йован.
— Да, — подтвердил Вадим Георгиевич.
— Я не буду, начальник, — ответил сержант, брезгливо посматривая на бутылку.
— Будешь. Это приказ. Выпьешь немного, не убудет.
— А мне можно? — спросил Тихон, поглядывая на разливаемую по стаканам коричневую жидкость.
— Так тебе же Братство твое запрещает?
— Ну оно далеко…
Вадим Георгиевич захихикал.
— Ха-ха, далеко… ну чего, нальем нашему несовершеннолетнему? А черт с тобой! Йован, наливай ему, но совсем с ноготок.
Арина посмотрела на Матвея.
— А мне, Матвей? Могу я…
Собиратель заметил, как на него взглянула Надя, будто припоминая их последний разговор.
— Тебе решать, Арин. Пей, если хочешь.
Она едва заметно кивнула и пошла за своей кружкой.
— Сегодня всем не то что можно, нужно! — заявил Йован, наливая Домкрату, заинтересованный взгляд которого не сходил с таинственной жидкости. — Конец света, все дела, можно и пригубить немного. Попробую наконец что-то помимо этой дрянной картофельной бурды.
К Матвею неспешно подошел Лейгур и передал ему нож с гравировкой на лезвии «Беляев В. Н.» и аббревиатурой «ВМФ» на рукоятке. Нож, несмотря на то, что пролежал тридцать три года в ящике, превосходно сохранился. На нем не было и пятнышка ржавчины.
— Полагаю, ты захотел бы себе его оставить, — произнес Лейгур.
— Спасибо, — тихо поблагодарил исландца Матвей.
— ВМФ? А что это такое? — Тихон с любопытством разглядывая нож.
— Военно-морской флот. Мой отец служил там.
Матвей спрятал находку в карман.
— Эй, исландец, и ты давай, раз уж здесь. — Йован ловко управлялся своей единственной рукой, не пролив и капли мимо. Сказывался многолетний опыт в «Полярном переполохе».
— Вот ему не стоило бы, — пробормотал Вадим Георгиевич, уже держа в руках налитый до середины стакан.
Но Йован все равно налил исландцу и вручил ему выпивку, несмотря на безмолвный протест старика.
Все собрались вокруг стола.
Тихон изучающее поглядывал на всех и, взяв кружку, поднял ее вверх как и все остальные.
— Я хочу выпить за человека, которого мы сегодня потеряли, — произнес Вадим Георгиевич, придерживая на весу кружку. — За Ясира, превосходного врача и отличного солдата. Эта не только наша утрата, но и… боюсь, утрата для всего остального человечества, поскольку сегодня подобных ему днем с огнем не сыщешь.
Надя тихо кивнула.
— Он… — начала она тихо, потупив взгляд. — Он был хорошим человеком. Возможно, лучшим из нас.
— Да… — тихо согласился начальник.
Матвей обратил внимание, как Арина виновно опустила голову, посматривая на содержимое стола.
— В общем… за Ясира Раджани, да примет Аллах его душу, — подытожил Вадим Георгиевич и поднес кружку к губам, а за ним и все остальные.
Тихон сделал глоток и поморщился. Йован же напротив стал смаковать напиток, облизывая губы. Арина потянулась к куску мяса и отложила кружку в сторону, будто бы намекая, что с нее на сегодня хватит.
— По-моему, очень даже ничего. — Надя пыталась распробовать напиток.
Сержант сделал несколько глотков, протер губы и выплеснул остатки на пол.
— Ох, хорошо… — Вадим Георгиевич почесал нос и закусил выпитое мясом.
Йован с грохотом положил пустую кружку на стол.
— Ну что, старина, это будет получше твоей бормотухи из картошки? — спросил товарища Матвей.
