Спешно погрузив вещи на лошадей, они двинулись в путь. Сурра шла рядом со Штормом. Он двигался осторожно, посвечивая поставленным на минимум фонариком. Энергию следовало экономить, в запасе осталась всего одна батарея. В слабом свете фонарика вскоре стало видно: скальная красноватая порода кончилась, вместо естественной пещеры они теперь двигались по туннелю, сплошь состоявшему из того же чёрного материала, что и «рельс».
— Хорошо, что эта вибрация не добралась до туннеля, — хмыкнул Логан. — Иначе нас бы запаяло окончательно.
Теперь атака завоевателей казалась Шторму всего лишь прелюдией к этому бесконечному кошмарному хождению. Отряд шёл обычным шагом, но создалось впечатление, будто они двигаются сквозь некий тягучий густой поток, причём невероятно медленно. Наверное, на них так действовал удушливый тяжёлый воздух, притупляя реакцию, замедляя мысли. Сколько они шли по этой черноте, высасывающей воздух из лёгких и энергию из фонарика, — неизвестно.
И вдруг Сурра рванулась вперёд, мелькнув в пятне света от фонарика, и скрылась в темноте. Индеец позвал её, но чуть не упал: в его спину ткнулся Дождь, тоже заспешивший вперёд. За жеребцом — остальные лошади.
— Воздух!
Тут и Шторм уловил слабое дуновение. Это был не просто поток свежего воздуха, разрезающий духоту пещеры. Ветер нёс какую-то особую свежесть и незнакомые запахи. Приятные, впрочем. Шторм споткнулся, потому что его в спину торопливо подталкивали остальные.
Коридор привёл к повороту, раньше они шли только прямо. А за поворотом ярко сиял свет! Всё впереди было буквально залито светом. Шторм выключил фонарик. Невдалеке топтались убежавшие лошади, едва не наступая на Сурру. Та, стоя на задних лапах, тянулась вперёд, пытаясь пролезть сквозь отверстие в решётке, перегородившей дорогу. Шторм, подойдя к ней, тоже вцепился в прутья и попробовал разглядеть, что же там дальше.
И оказалось, что они вышли вовсе не на открытое место. Впереди раскинулся сад, где росли какие-то незнакомые землянину растения и кусты.
А чуть дальше… Не может быть! Индеец был потрясён. Так же, как в тот миг, когда развернул посылку, присланную его дедом, Нат-Та-Хеем. Нет, даже сильнее, чем тогда. Впереди виднелась полоска зелёной травы, из которой высилась — не дерево-свеча, не колючка-спайзер, не куст Лэнгфула — сосна! Настоящая сосна с Земли!
Это название было как далёкая песня, это название было так прекрасно, что его могли расслышать Далёкие боги. Сосна! Шторм принялся искать замок на решётке. Дайте ему пройти туда, дайте прислониться к этому дереву!
— Шторм! Засов с другой стороны решётки.
Но юноша и сам уже увидел по ту сторону решётки замок с перекладиной. Большой замок, неизвестной конструкции. Но ведь как-то он должен был открываться.
Просунув руку сквозь решётку, Шторм кулаком ударил по замку. В нескольких шагах лежало море свежести, а какая-то упрямая железка не давала выбраться из этой тёмной норы. Однако землянин не мог позволить себе разозлиться и вынул из чехла нож.
Сначала он пробовал под деть самые мельчайшие зазоры в замке — вдруг тот поддастся. Ковыряя замок, тыкал нож во все щели. В это время Логан и Горгол удерживали рвущихся вперёд животных. Но вот руки индейца вспотели от напряжения и он выронил нож. Тот упал далеко по ту сторону решётки и достать его теперь было невозможно. Нож, предложенный Горголом, был слишком длинный, орудовать им было неудобно. А у Логана ножа не было, отобрали в плену. Пытаться же разрезать материал ворот выстрелом из бластера Шторм не стал ввиду явной бесполезности.
Но когда в отчаянии Шторм принялся колотить по решётке кулаком, неожиданный тоненький писк с той стороны привёл его в чувство. Хинг проскользнул через отверстия в решётке и весело поглядывал на землянина, ожидая указаний.
Хинг! Шторм опустился на корточки и через решётку погладил зверька.
Повелитель зверей может отдавать команды, только когда сам находится в здравом уме. Только таким его воспринимают звери, а Шторм почти забыл о своей команде, забыл первое правило управления, перестал контролировать собственные чувства. Потеря контроля над собой испугала юношу, пожалуй, сильнее, чем увиденное давеча оружие завоевателей с Ксика. Последний раз Шторм так терял контроль над собой ещё будучи новичком-курсантом в Службе.
Он почувствовал себя виноватым. Землянин сделал глубокий вздох, отгоняя прочь волнение и страх. Он сможет управлять животными. Сейчас самое время для работы Хинга. Проворные лапки, мощные коготки, природное любопытство. Пусть зверёк займётся тем, чему его обучали. Шторм сосредоточился на этой мысли, посылая безмолвный приказ, столь же мощный, как зов, который он издавал прошлым утром, когда искал Баку.
Хинг привстал, свесив передние лапки. Он будто прислушался. Затем на всех четырёх лапах Хинг засеменил к решётке, взобрался на неё по ту сторону и припал к замку. Зверёк ворчал, и в его голосе слышалось привычное любопытство.
Шторм не мог подсказать Хингу, где именно нужно нажать лапкой, куда сунуть коготок. Раньше, при раскопках, скажем, механических мин, землянин мог дать точные указания, потому что раскапываемые механизмы были ему знакомы. Он заранее практиковался с Хо и Хин том на образцах, показывая зверькам, как действовать. Но теперь Шторму ничего не было известно о замке на решётке. Оставалось только надеяться, что любопытство Хинга победит, позволит решить задачу. Это было довольно сомнительно, учитывая, что Хинг всё-таки не так разумен, как Сурра, и не так проницателен, как Баку.
Индеец сконцентрировал всю свою волю на усилении приказа. Лицо его выражало крайнюю степень измождённости, но ему было не до внешнего вида. Горгол и Логан, видя его напряжение, хранили почтительное молчание, хотя и не понимали, в чём причина этого нечеловеческого напряжения.
Хинг распластался вдоль засова и тянул лапками какое-то кольцо из замка. Шторм не слышал звяканья металла. Но видел, как дрожит от усилия тело зверька. Хинг взвизгнул. То ли на него слишком давила воля Повелителя, то ли его злил упрямый замок. Однако меркот не сдавался, вцепившись в замок теперь уже и зубами и шипя, как раздосадованная Сурра. В конце концов, может, Хинг нажал в нужную точку, а может быть, его силёнок наконец хватило, чтобы сдвинуть засов, этого Шторм так никогда и не узнал, но что-то вспыхнуло, звякнуло, и Хин с воплем скатился вниз на землю одновременно с падающим засовом.
Решётка распахнулась. Землянин ввалился в сад и понял, что больше не может стоять на ногах. Он хотел было сказать Горголу, чтобы тот вёл лошадей, но не смог даже поднять руки для жеста. Горгол заботливо уложил Шторма на дёрн. Тот бессмысленно смотрел перед собой, не видя ничего кроме кружащихся туманных пятен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
