разительна разница между авторитетом Сергея и моим. Моего попросту не было. Дети ни во что меня не ставили, а отца были готовы слушаться с первой команды.
Сергей взял чистое полотенце из шкафа, аккуратно положил мне на рану и поднял с колен.
— Пойдем, Нин, не бойся. Сейчас съездим в больницу, и все будет хорошо.
В частной клинике врач осмотрел мою рану и, качая головой, начал ее обрабатывать.
— Рану придется зашивать, — сказал он. — Не переживайте, будет не больно. Сделаем под местной анестезией. Аллергии на лидокаин нет? — Я помотала головой. — Собака привитая?
— Да, конечно, — ответил за меня Сергей. — Привита, стерилизована, полностью здорова.
— Рекомендую все равно отвезти собаку в ветклинику, чтобы ее поставили на учет. Пронаблюдаете в течение двух недель — если симптомы бешенства не проявятся, то все хорошо. А вот вам, — врач обратился ко мне, — мы все равно обязаны сделать укол от бешенства. Далее необходимо будет ставить по уколу на третий, седьмой и четырнадцатый день после укуса. Если к тому времени ветеринар подтвердит, что ваша собака здорова, уколы можно будет прекратить. Так, а теперь будем зашивать…
Пока врач колол мне анестезию и накладывал швы, Сергей держал меня за здоровую руку и приговаривал, как он переживает, какая я у него смелая и какая умница. Я пропускала этот бред мимо ушей.
Мне наложили девять швов. Ситуация с рукой оказалась не такой ужасной, какой я ее себе вообразила. Крови было действительно много — острые клыки повредили вену, — но по итоге рана вышла совсем небольшой, максимум три на три сантиметра.
В машине, на пути домой, я отключилась. Потом опять проснулась, когда Сергей сказал, что мы приехали. Прихожая выглядела просто идеально: казалось, что все аж скрипит от чистоты. Собаки и детей не было видно. Лишь тихие звуки, доносившиеся из комнат, сигнализировали о том, что все четверо мирно сидят по местам.
Сергей помог мне переодеться в домашнюю одежду халат, после чего я без сил рухнула в кровать.
— Завтра я усыплю чертову псину, — пообещал он.
Мне вдруг стало жалко собаку, даже жальче чем себя. Я приподнялась на локтях и, морщась от боли в руке, сказала:
— Не смей! Это не ее вина, что ее игрушку запихнули мне в сумку.
— Я не понял, ты сейчас защищаешь собаку?
— Да. Потому что она тут не при чем. Она не собиралась меня кусать, просто хотела отнять игрушку. Я повела рукой и… В общем, оставь животное в покое, эта несчастная собака испугалась сильнее, чем я. Слышал, как выла?
— Как скажешь, Нин. Если ты против усыпления, то оставим ее у нас дома.
— А нельзя вернуть ее обратно в приют?
— Нельзя. Выбирай: либо усыпляем, либо она остается с нами.
— Тогда второе, — вяло отозвалась я.
— Хорошо. Ты отдыхай, а я принесу тебе попить.
Видимо, я отключилась сразу, как Сергей вышел из комнаты. А наутро, когда я проснулась, оказалось, что меня снова оставили с собакой один на один. И это после всего случившегося.
Муж оставил мне записку, которую по обыкновению прикрепил к зеркалу: «Уехали с детьми на дачу, приедем в воскресенье вечером. Надеюсь, ты хорошо без нас отдохнешь. P.s. и не забудь выгулять собаку».
— Подонок, — беспомощно взвыла я, глядя в потолок, — как же я тебя ненавижу…
Тепло
Я была разочарована и чувствовала такое отчаянье, что вышла из спальни, совершенно забыв о своем страхе. Пройдя в кухню, настроила кофемашину и достала себе печенье. Мне срочно нужно было сладкое, чтобы хотя бы немного прийти в себя. Когда кофе был готов, я наполнила кружку, вывалила всю пачку с печеньем в тарелку и уселась у окна. Почему-то мое сознание на время вытеснило из памяти факт существования собаки. А ведь она по-прежнему была где-то в доме.
Глядя из окна на детскую площадке во дворе, я сразу вспомнила, что мой муженек присылал мне видео, на котором я устроила сцену на капоте чужой машины. Мне вдруг стало интересно, кто был тот старичок, который протянул мне руку и помог слезть с капота. Я взяла телефон, нашла то видео и принялась внимательно смотреть. Оказалось, Влас начал съемку сразу после того, как крикнул мне вслед и отпустил собаку с поводка.
Вот как оборачиваюсь и вижу животное, мчащееся в мою сторону. Сначала я замираю в страхе, а затем неловко забираюсь на капот и начинаю истерически кричать. Сижу, машу Власу, чтобы тот отозвал собаку, но тот хихикает в динамик, увеличивает приближение и снимает мое испуганное лицо крупным планом. Собака с лаем бегает вокруг машины, я кричу и рыдаю одновременно, народ начинает глазеть. Влас переводит камеру смартфона на детскую площадку и снимает выражения лиц соседей. Кто-то качает головой, кто-то просто наблюдает, а кто-то активно обсуждает разыгравшуюся сцену и даже смеется. Вот женщина с маленькой дочерью, а вон подросток на лавочке, который тычет в мою сторону пальцем и отпускает колкие шуточки. Значит, совсем скоро должен появиться старичок. Тем временем собака потеряла интерес и перестала кружить вокруг капота. Она отошла на пару метров и мирно села у разноцветного заборчика возле площадки. Я продолжаю плакать и даже нашептываю что-то себе под нос. Выгляжу, как форменная сумасшедшая, не меньше. Гляжу по сторонам, замираю, тянусь рукой в сторону дома, а затем резко слезаю с капота и мчу обратно к нашему подъезду.
— А где же дедушка? — сказала я вслух.
Пришлось еще раз пересмотреть видео. Оказалось, что никакого дедушки не было и в помине. Я просто протягивала руку в воздух. Видимо, мне настолько нужна была помощь, что больное сознание подкинуло мне образ добродушного старичка из сказки. Я раз за разом пересматривала тот фрагмент, совсем забыв о времени. А когда решила обновить чашку уже с холодным кофе, до моих ушей донесся тихий шуршащий звук и клацанье по полу.
Я увиделаее.
Принцесса сидела в кухонном проеме и наблюдала за мной. Ее взгляд был умным и серьезным, но в нем не было злого умысла. Мое сердце замерло также, как рука с чашкой, поднятая над столом. Я так и осталась сидеть на кухонном диване, забыв про кофе. Мне было страшно сохранять с ней зрительный контакт, поэтому я отвела взгляд. Периферическим зрением я видела, как собака кротко переступает с лапы на лапу. Будто хочет подойти ближе, но никак не решается.
«Может быть, она сожалеет о том, что укусила меня…»
В памяти всплыли слова Сергея. Я совсем забыла, что, когда
