маркиз, сын герцога Йонисского. Обсуждали сложившуюся ситуацию.
— Господа. Я считаю, все наши планы рухнули. Мы рассчитывали на слабого наследника, которому можно бросить вызов и выиграть магический бой. То, чему мы с герцогом Ваверинским были свидетелями, не дает ни малейшей надежды. Этот неизвестно откуда выскочивший принц сильнее отца. И, магия у него бесспорно, императорская. Венец его принял. Он действительно потерянный наследник. Вариантов у нас два. Отказаться от наших планов, или попытаться устранить мешающего мальчишку. Ваше мнение?
— Убийство наследника нам ничего не даст. Тогда магия просто перейдет к второму принцу. Он ее имел такой слабой, только потому, что брат был жив. Так что мы получим может не такого сильного, но вполне способного выиграть бой с вашим сыном мага.
— Я говорил, устраним, а не убьем! Если захватить этого юношу и запереть где-нибудь в таком месте, где он не сможет применить магию, то и наследника Сардон лишиться, и магии второй принц не получит.
— Господа! — заговорил самый молодой участник совещания, — даже если второй принц получит магию, то вряд ли он с ней справится. Нет навыков. Так что, скорее всего, эта магия его просто уничтожит. Так что можно попытаться наследника убрать.
— Но этим мы поставим себя вне закона! Так было бы все просто. Бросить вызов кандидату на престол имеет право каждый маг. А убийство — это уже преступление!
— А почему именно убийство? Есть же вполне легальные пути. Дуэли в империи не запрещены. Вряд ли в приюте обучали магов фехтованию. Вызвать на дуэль и заколоть. Но никто из нас, молодых, этого сделать не сможет. Дойдет до императора, моментально окажемся в уютной камере, совсем по другому предлогу. Тем более, они сами его создали. Сардон вполне может сослаться на короля Нордиана, который предъявляет претензии по поводу оскорбления его дочери. Вот, что за черт вас дернул связываться с принцессой! Я вообще с ним незнаком, и повода вызывать его, у меня нет. Можно, конечно, разыграть любовь с Веллианой, но на это нужно время, как минимум месяц, а за это время он может чему-то научиться! Нет, рисковать нельзя. Так что, господа герцоги, Сальдоран и Ваверинский, ищите повод и вызывайте!
— Маркиз, а почему вы не упомянули вашего отца? У него тоже есть шикарный повод. Как-никак, ваша старшая сестра была похитительницей. Он с ней рос до шести лет и считал матерью! И, если герцог оскорбит ее, вполне может его вызвать!
— Неизвестно. Может, как раз он ее возненавидел за это похищение. И согласиться с герцогом!
— И еще, господа, — вступил в спор до сих пор молчащий Ваверинский, — мы же так и не выяснили кем этот парень был в Гильдии! А если этот Паук ошибается, и он все же Оса, то не подставимся ли мы, сами спровоцировав убийцу на дуэль?
— Паук клянется, что у Осы не было ни капли магии. Иначе он привязал бы его магической клятвой. И парень не смог бы ему сопротивляться. У него было несколько мальчишек — убийц. Просто не все такие успешные, как Оса. Большинство попадались на втором — третьем разе. Так что стражники вполне могли перепутать. И взяли другого, а Оса ушел, пользуясь своими способностями. Так считает Паук. Так что бывший убийца, освободившись от магического поводка Паука, пока он был на каторге, вполне может жить где-то в провинции тихо и незаметно. Кое-какие средства у него были. Гонорары за выполненные задания. Накопил.
— И все равно, — продолжал настаивать трусоватый Ваверинский, — парень обучался у убийц, молодой, так что дуэль с ним все равно риск для нас, людей в возрасте! Я против!
— Не переживайте так, герцог — с улыбкой возразил маркиз Йонисский, — ни вам, ни герцогу Сальдорану не придется рисковать! Вы же пожилые, не очень здоровые люди. У вас от волнения может случиться сердечный приступ.
— На что вы намекаете, маркиз!! — гневно возразил Сальдоран, — я вовсе не старая развалина!
— А должны ею стать! Тогда вы можете вполне легально выставить вместо себя заместителя. Это разрешается дуэльным кодексом. Фехтовальный зал, в котором я часто занимаюсь, регулярно посещает один старый профессиональный бретер. Он известен тем, что зарабатывает именно таким способом. Его нанимают, и он убивает, или калечит соперника, имевшего неосторожность ответить на вызов «немощного» старика. Уверен, он не откажет заместить любого из вас на дуэли, желая хорошо заработать. И, потом, не обязательно изображать сердечный приступ. Я понимаю, это может дать императору повод сместить вас с должностей. Достаточно неудачно ступить, тем более, начинаются морозы. Поскользнулись, подвернули лодыжку, с кем не бывает! А от дуэли отказываться не хотите. Берете заместителя! Все легально. С кем ему надо драться, бретеру не говорите. Сообщаете, что с наглым юнцом. Вряд ли до всех жителей дошел портрет наследника. Но скоро дойдет. Поэтому надо спешить!
— Так, все ясно, — вставил свое слово герцог Йонисский, — надо только определиться, кто из нас бросит вызов этому выскочке! Самый серьезный повод у вас, Сальдоран! У Ваверинского слабее, все-таки поставить на колени, это не то же самое, что разбить лицо. И у меня самый слабый. Давайте или решим полюбовно, или бросим жребий!
— Сальдоран, кажется, вызов бросать придется тебе!
— Да вы понимаете, что я могу лишиться поста! Сардон не моргнув глазом сошлет меня в такую дыру! И хорошо, если только сошлет!
— Тогда тянем жребий. Пусть решают Боги! Все по честному! Берт, приготовь жеребьевку!
Герцоги поочередно вытянули бумажки из большой вазы. И, по команде маркиза, дружно развернули их. Роковой крестик оказался у Ваверинского. Тот вздохнул, и попросил помочь ему придумать, как разыграть всю сцену вызова, что бы было достовернее. За обсуждением прошел остаток вечера.
Глава 17
Занятия в Академии потекли своей чередой. Старый зануда Шелтон оказался очень хорошим преподавателем. С помощью показанных им приемам управлять магией, даже студентам со множественным даром стало легче и проще. Вскоре Лорену уже не приходилось напрягаться, что бы разделить магические потоки дара. Он с легкостью вычленял тот, или иной навык буквально за доли секунды и сразу был готов его использовать с той силой, с которой он планировал. Единственное, в чем он расходился с профессором во мнении, так это с тем, на каком факультете ему продолжать обучение. Шелдон был уверен, что кронпринцу прямой путь на малочисленный и сверх привилегированный факультет магического управления. Лорен видел себя только на боевом. Управление, он считал, можно оставить факультативом. Сильного мага слушаться будут и без всяких уловок. Просто побоятся возражать. Тем
