На утро я «поговорил» со стаей, и направился к северной границе обитания своего прайда. За ней располагались владения «хорошей хозяйки» — гончие видели, как их прежний господин иногда взаимодействовал с ней. Ну, а раз так, значит она не станет нападать на меня сразу же, как я пересеку невидимую черту.
Так и вышло. Выйдя к границе, разделяющей наши дачные участки, я остановился, постоял для порядка минут десять, и двинулся вперед. Сразу же отметив, что буквально за сотню метров местность неуловимо поменялась. Если раньше я шагал по мягкой прелой земле фиолетовых джунглей, то теперь словно бы оказался в прериях Дикого Запада. Местность очень быстро избавилась от деревьев, сменившись на высокую зеленую траву и виднеющиеся вдалеке горы.
— Что еще за чертовщина! — пробормотал я. — Не может ландшафт меняться так резко. Вообще же никакого перехода!
Тем не менее, это было именно так. Сто метров — и ты в другой климатической зоне. Влажность исчезла, сменившись сухим и горячим ветром, а фиолетовое небо посинело и стало выглядеть почти земным.
Стая шла вокруг меня, охраняя с тыла, флангов и выдвинув вперед несколько разведчиков. Они-то и донесли, что навстречу нам двигается «хорошая хозяйка». Через пару минут я уже смог разглядеть Высокую, двухметровую демонессу, с антрацитово-черной кожей и золотыми накладками на плечах. Из-за высокой травы я не мог разглядеть, сколько у нее рук и ног, но то что видел, было вполне гуманоидным.
Вот только походила самка саваранов на оживший ночной кошмар. Лицо, точнее, морда, было словно бы рассечено пополам огромной пастью, из которой вполне отчетливо проглядывали очень крупные и острые зубы. Глаза у дамы были похожи на органы зрения у насекомых, вроде стрекозы, и занимали добрую половину черепа. А венчала голову росшая изо лба корона. Сама по себе являвшаяся оружием — шипы или рога выглядели чертовски острыми и прочными.
Так же, как и меня, ее сопровождала стая. Не такая многочисленная, но состоящая из более мощных особей. Всего десяток, но каких! Дозорный, например, был ростом с моего «медведя», но обладал пропорциями «гончей». Чем она их кормит, интересно?
Завидев меня, хозяйка остановилась. Взглянула на псов, крутящихся у нее под ногами, перевела взгляд своих жутковатых глаз на меня, и произнесла.
— Ты поглотил Шано.
Не спросила. Озвучила, как свершившийся факт.
— Да.
— Забрал его стаю.
— Да.
— Пришел сделать меня частью своего саварана?
Тут я немного замешкался с ответом. Демоница не выглядела сильным противником, но это ни о чем не говорило. Она могла обладать сильными псионическими способностями, и вообще, судя по виду, это какая-то номерная Ведьма. С одной такой я уже дрался, противник не простой. К скорости и «магии» могут прилагать еще и разные подлые приемчики. Типа, паралитического яда. А у меня тут нет команды, которая будет охранять тело, пока то не переработает отраву.
К тому же, подраться я всегда успею, а сейчас, раз уж вообще разговор начался, можно и сведений собрать. Знание, как говориться, сила. И это правда.
— Нет.
— Тогда, зачем ты пришел?
Сама, что характерно, она меня на поединок звать не спешила. И в целом рвала шаблон поведения, согласно которому савараны друг друга исключительно грызут. С другой стороны, как-то же они в Гнездо объединяются? Да и сама возможность мутировать в Наставника, предполагает возможность взаимодействия особей.
— Поговорить.
В языке саваранов, возможно, было слово «познакомиться». Скорее всего, оно где-то в голове у меня имелось, но вот беда — никто из моих прежних собеседников его не использовал. Видать, не в ходу было. А я, по этой причине, его никогда не слышал, и, значит, не мог применить в разговоре.
— Говори. — по своему поняла меня демоница. Как, если бы я пришел к ней с посланием.
— Говорю. Я не хочу поглощать твою плоть и дух. Я хочу говорить слова. Как говорил Шано.
«Май саваран нот гут». — мелькнула мысль.
Но хозяйка здешних земель, кажется, уловила послание. Не знаю, была ли она расстроена тем, что я схарчил эссенцию ее соседа, или в целом не очень позитивно относилась к гостям, но ее рука взлетела, указывая пальцем мне в грудь. То ли обвиняя, то ли предлагая валить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хочешь взять меня, как Шано? Вместо Шано?
Что, блин? Взять? В том смысле, что… Нет! Да ни за какие коврижки! Она видела себя в зеркало, вообще? Это же ужас — увидишь такой ночью и гарантированно заикой останешься. Хотя, фигурка ничего так, ладная. Грудь не очень большая… Эй! Ты о чем думаешь, парень! Разведданные не нужны мне любой ценой. Вот такой — точно нет!
По своему истолковав мое длительное молчание, демоница произнесла.
— Не сегодня. Я не в поре. Приходи через двое суток. Мое имя Зарад.
После чего развернулась и пошла прочь, в глубину своих владений. Здоровенные псы этой самки фыркнули в сторону моих, и устремились за хозяйкой. А я остался стоять посреди травяного моря с отвисшей до колен челюстью и полным душевным раздраем.
«Мне, что, демоница предложила быстренько, по-соседски, перепихнуться? Так у них все устроено? Бред какой-то!»
Рекс, почувствовав или «услышав» мои хорошо оформленные мысли, подтвердил предположение.
«Хорошая хозяйка!» — пришел от него образ, где ушедший в края вечно охоты Шано покрывал Зарад. А та стояла на коленях, распахнув свою гигантскую пасть так, что туда можно было без труда арбуз положить.
Как мне теперь это развидеть?
Глава 18
Я, конечно, не ханжа. К сексу отношусь положительно, даже если чувств между партнерами нет. Физическая и эмоциональная разрядка в некоторых обстоятельствах лучшее лекарство. Но настолько свободных взглядов — чтобы переспать с ночным кошмаром, я не придерживался.
Поэтому после предложения Зарад я был немного растерян. Как-то не вязался у меня в голове образ сношающихся демонов с их репутацией суровых одиночек, убивающих друг друга во имя возвышения и изменения. Да и вот эти охотничьи угодья с границами и соседскими отношениями… Так и представлялось, как через несколько лет этой своей робинзонады, я прихожу к забору и кричу в прерию: «Зарад, солью не поделишься?»
С другой стороны — чему я удивляюсь. Это живые существа, пусть и со странностями. Они не сожрали друг друга за восемь тысяч лет саварана, значит какие-то правила общежития у них имеются. Могут жить рядом с друг другом, может быть даже детей делать — откуда-то же берутся новые демоны.
Вопросов, в общем, было больше, чем ответов. И с тем я территорию Зарад покинул. Внутренний голос настойчиво рекомендовал воспользоваться соседскими отношениями демонов — не в том смысле, чтобы покрыть самку, а напасть и выбить сведения. Но я их, по зрелому размышлению, отогнал. Что-то мне говорила, что добрым словом я добьюсь большего, чем кулаком или разрубающим ребра клинком.
Следующие пару дней, я продолжал изучать свой надел. Побывал на пяти других границах, но новых соседей не встретил — видать, те вели совсем уж затворническую жизнь. Или меня испугались и спрятались. Каждый раз, пересекая незримую черту, я отмечал тот же феномен, что и на землях Зарад. Обновление ландшафта до полной неузнаваемости за какие-то сто метров.
В одном месте мои джунгли превратились в пески, в другом — в хвойный снежный лес. Вулканическая пустыня — такой, классический адский пейзаж — встретил меня за четвертой границей. Ледяные торосы и бескрайние поля снега были у пятого соседа, а вот шестой жил в джунглях, только нормальных, земных, а не в наркоманских, как у меня.
Объяснения этому у меня не было. Но предположений — целый вагон. Пересекая незримую границу между участками, принадлежавшим разным демонам, я словно бы оказывался на другом континенте. А то и на другой планете — так разительно отличались охотничьи угодья друг от друга. Возможно, это были такие своеобразные порталы, которые я пересекал, не замечая самого факта перехода?
