Зачем ты её смущаешь?
— Пусть привыкает! — махнул он рукой. — Моя невестка не должна так смущаться.
— Да Туся всегда была стеснительным ребёнком, — подал голос её отец.
— Гор, — обратился я к другу. — Что с тем пришибленным?
— А что с ним? Сходит к врачам, я прослежу, — вставила свои пять копеек Аня. — Он вполне адекватный. Просто одинокий, вот и напридумывал себе всякого…
С ней я был категорически не согласен, и буду разговаривать с этим Игнатом по-мужски! На этой самой мысли Ками, которая тоже побежала готовить чай, сообщила нам, что всё готово!
Глава 22
Маргарита
Пока готовили лёгкий перекус, Камилла рассказывала Ане, как ей папа принёс в подарок котят, которые как заводные носились сейчас по кухне.
— Это же здорово, что у тебя появились такие замечательные друзья. Ты сама за ними ухаживаешь? — спросила Анюта.
— Нет, я пока только учусь, — немного сникла она. — Но я обязательно буду делать всё сама! Правда, Рита?
— Да, моя хорошая! Обязательно всему научишься!
— Камил, беги, скажи, что всё готово, сейчас будем пить чай.
Аня отправила малышку явно для того, чтобы она не услышала, что предназначалось для моих ушей.
— Так, Милка моя, — вот это обращение мне очень не нравилось, оно означало, что Аня сейчас будет что-то выговаривать или рассказывать. — Ты поняла, почему здесь Игнат?
И смотрит на меня так выжидательно. Я покачала головой.
— Нет, даже удивилась, увидев его, — беря тарелки с канапе и бутербродами, отозвалась я.
— Ммм, ясно. А догадок нет?
— Анька! Перестань ходить вокруг да около! — чуть ли не топнула я ногой.
— Я и не хожу, — подхватив чайник, сказала она. — Это он типа маньяк.
Хорошо, что реакция у Нюськи отменная. Она успела поставить свою поклажу на стол, забрать мои тарелки и усадить мою тушку на стул.
— Ты в обморок-то не падай, — как сквозь вату услышала я. — Туська!
— Всё хорошо, — проговорила я, едва шевеля языком, он будто прилип к нёбу и отказывался ворочаться.
— Точно? — Анюта смотрела на меня с подозрением.
— Да, — начала подниматься, и меня немного повело. Присела обратно на стул. — Так это Игнат меня так “любил”?
— Угу, — Аня смотрела на меня с прищуром, заглядывая, казалось, в душу. — Представляешь?
— Ужас полный! Как так-то? — взялась я за голову. — Даже мысли не проскользнуло, что это может быть он. И тогда, на теплоходе? — я с ужасом смотрела на подругу. Анька знала, как я сходила с ума после той ситуации, она меня и успокаивала всё время, пока жила рядом.
— Тусь, ты только не волнуйся, а то опять будет приступ, — Аня уже с испугом смотрела на меня.
Слёзы катились по щекам, я не могла унять этот поток. Меня трясло от осознания того, что именно наш друг был тем маньяком, который меня гнобил.
— Он просто болен тобой, — тихо сказала Анька.
— А мне от этого должно быть лучше? — горько спросила у неё. — Как он мог? — просипела я. Горло саднило, захотелось прочистить его и выпить воды.
— На, попей, — протянула мне стакан подруга.
С благодарностью приняла его и осушила мгновенно, я была очень благодарна Ане за то, что она поддерживает, и рассказала мне про Игната. Было ощущение, что мне не собирались говорить, хотя… я не знаю, что думать.
— Ань, пошли к гостям, — я встала и, подойдя к раковине, умылась так, чтобы тушь не растеклась, просто слегка промокнув глаза. Видок, конечно, ещё тот, но мне сейчас не до красоты.
Вышла в гостиную вслед за Нюсей и поймала на себе взгляд моего мучителя. Покачала головой, выказывая своё разочарование.
Этот огромный мужчина сразу сник, с его лица в момент сползла улыбка, и смотрел он теперь на меня глазами побитой собаки. Но мне его не было жалко. Почему? Да потому что он третировал меня столько лет! Я толком не спала, не ела и практически не жила.
— Пап, — я сглотнула образовавшийся ком. — Хочу поговорить с тобой.
Отец без слов дождался, пока я поставлю на стол тарелки, взял меня за руку и повёл в сторону оранжереи. На улице дул сильный ветер, и только ступив за панорамные окна, я поняла, что меня трясёт очень сильно. Отец, так и не выпустив моей руки, повёл меня вниз по лестнице, ко мне домой.
Заведя меня в кабинет, который я и не заметила за короткие минуты пребывания в апартаментах, усадил меня в белое кожаное кресло, сам сел напротив. Комната была отделана под стать отцу, только белым островком выделялись кресла и белый овальный ковер с серым рисунком.
— Слушаю тебя, малыш, — папа смотрел на меня с грустью и одновременно с любовью.
— Пап, — подняла на него взгляд, схватив за руки. — Я понимаю, что многого прошу, но, пожалуйста, не надо его садить за решетку.
— Почему ты решила, что я его посажу? — гладил меня по руке, успокаивая. — Аня сказала, что ему нужно качественное лечение. Но я подумаю, а пока он побудет под присмотром.
— Спасибо большое! — поднявшись, я обняла родителя.
— Послушай, раз выдалась минутка с тобой побыть наедине, я спрошу, — он крепко меня обнял и усадил на колени. — Я очень надеюсь, что ты подружишься с Идой. Она для меня так же важна, как и ты. Я не могу вас делить. Да и малыш скоро родится, а она уже не так молода. Я не хочу, чтобы две мои любимые женщины нервничали.
— Пап, я всё понимаю.
— Не перебивай, — покачал он головой и уложил мою голову на своё плечо. — С Жорой тоже не будь строга, он видел твою подавленность и не стал говорить про то, что твой брат. С ним у нас была основательная беседа. И раз ты не хочешь вести бизнес, он будет пока правой рукой, как и был, но как только Идусик родит, я хочу полностью отойти от дел и посвятить себя семье. И да, я очень надеюсь, что Виталий твой далеко не глупец, и сделает тебя счастливой.
При упоминании любимого мои щёки заалели.
Умеет папа быстро переводить тему и не сыпать соль на рану, но только когда это нужно ему.
— Я же вижу, как он на тебя смотрит, как ты в него стреляешь глазками. Всё у вас будет хорошо, я уверен!
— Спасибо, папуля, — потёрлась об его плечо щекой, как в детстве. Стало сразу легко, и чувство защищённости будто коконом обволокло меня.
— Значит, пошли наверх. И да, Рит. Эта квартира твоя, так что…
— Я поняла, пап, спасибо тебе большое за всё! — искренне
