очерчивая языком её губы, посасывая их, как самую сладкую конфету, которую мне доводилось пробовать.
Спустился ниже и слегка прикусил подбородок. Рита так сладко застонала, что я, как мальчишка в пубертатный период, стал быстро стягивать с неё одежду. Моя девочка всячески мне помогала, она извивалась подо мной, пытаясь расстегнуть мою рубашку. Как только у нас получилось избавиться от верхних предметов гардероба, я стал выцеловывать её шею, спускаясь всё ниже, оставляя языком влажную дорожку от ключицы к груди.
Под невесомым и сексуальным бюстгальтером кремового цвета её соски казались вишней в шоколаде. Они манили, предлагали вкусить сладкую ягоду.
Подняв голову, посмотрел в глаза, полные страсти. Рита была сейчас такая желанная, с припухшими губами от поцелуев и приоткрытым ротиком, что мои брюки с трусами грозили вот-вот лопнуть.
Она провела рукой вдоль кромки брюк, царапая ногтями кожу, не разрывая зрительного контакта, слегка сжала член рукой поверх ткани. Расстегнула ремень и запустила свою руку в мои шпаны, прошлась пальчиками по ткани боксеров, разжигая огонь в моей крови. Хотя там уже не кровь, а сплошная лава плещется, грозя меня сжечь, если я сейчас же не окажусь в ней!
Проведя языком по своей верхней губе, Рита слегка надавила пальцем на головку, которая выглядывала из трусов. Размазала им выступившую капельку и в блаженстве прикрыла глаза.
Её грудь тяжело вздымалась, и я наконец-то припал губами к соску, слегка прикусив его сквозь ткань. Моя малышка выгнулась дугой и, обхватив одной рукой мою голову, притягивая к себе ближе, пальцами второй вырисовывала немыслимые узоры на головке члена, так что я боялся не сдержаться. Её всхлипы-стоны ласкали мой слух. Хотелось дарить ей блаженство и не отпускать от себя никогда!
Оторвавшись от одной спелой вишенки, освободил её груди от плена бюстгальтера и стянул с неё юбку. Маргаритка лежала предо мной в одних черных чулках и трусиках. Наклонился к ней и стал целовать внутреннюю сторону бедра, прикусывая и явно оставляя засосы. Рита только вцепилась мне в волосы и ещё громче застонала, больше раскрываясь для меня. Провёл языком по трусикам, слегка надавливая им на клитор.
— О-о-о-о! — вырвался её тихий стон.
Отодвинул в сторону мешающую деталь гардероба и легонько подул, тут же врываясь языкам в её влажные, горячие складочки. Рита металась по дивану, но я крепко удерживал её бедра и неистово доводил языком до оргазма.
Сбросил с себя брюки и, подхватив на руки свою красавицу, направился в спальню, диван сейчас — не место для ночи любви. Может быть, в следующий раз.
Маргарита
Это была не ночь! Это было какое-то волшебство! Лежала в объятиях любимого человека и боялась пошевелиться. Вспомнила всё, что вытворяли с Виталием, и краска стыда залила моё лицо.
— Почему не спишь? Рано ещё, — поцеловал моё плечо мужчина и, зарывшись лицом в волосы, тихонько засопел.
До будильника оставалось полчаса, и я, подождав немного, аккуратно выбралась из таких уютных объятий. Но мне до зуда в кончиках пальцев хотелось приготовить для любимого мужчины вкусный и сытный завтрак.
Приняв быстро душ, направилась в кухню. Яичницу отмела сразу, хотелось чего-то божественного и обалденно вкусного.
— Так-так-так! — постучала пальцем по губам, открыв холодильник. — Из этого может получиться что-то путное.
Куриные маффины с сыром, это просто великолепно! Быстро достав все ингредиенты, разложила их на столе.
Взяв небольшую кастрюльку, ссыпала нарезанную куриную грудку, она так быстрее свариться. Пока она готовилась, натерла в миску примерно стакан твёрдого сыра, добавила два яйца, молока чуть меньше полстакана. Туда же четыре столовые ложки сметаны и специи. Перемешивала все тщательно викой и мурлыкала себе под нос зажигательную мелодию.
Пока готовая курочка остывала, быстро измельчила зелень и добавила в миску вместе с половиной стакана муки. Порезала мясо на мелкие кубики и так же добавила в миску.
Разложила «тесто» по формочкам и поставила в разогретую до ста восьмидесяти градусов духовку на пятнадцать минут. Попутно включила кофемашину и стала накрывать на стол.
— Божественно пахнет, — Виталий обнял меня со спины и пристроил свой подбородок на моём правом плече. — А в моей футболке ты выглядишь ещё аппетитнее чем то, что ты приготовила.
— Это комплимент? — развернулась в кольце рук и утонула в таких родных карих глазах, в которых плескалась нежность вперемешку с обожанием, похотью и любовью.
— Конечно, — потянувшись к моим губам, ответил мужчина.
От Виталия пахло морозной свежестью и его неповторимым мужским запахом. Терпким, манящим и кружащим мне голову. Он углубил поцелуй, врываясь языком в мой рот. Его руки блуждали по моему телу, забираясь под футболку.
Не разрывая поцелуй, Виталя одной рукой пробрался мне в трусики, нежно проводя по влажным складочкам, второй прижимал ещё сильнее, позволяя ощутить всю силу его желания через домашние брюки.
Звук пищащей духовки оторвал нас друг от друга лишь на пару секунд, для того, чтобы выключить её.
— Хочу тебя, — выдохнул мне в губы любимый и, подхватив под попу, заставил обхватить свои бёдра ногами.
Всё так же, не отрываясь от меня, быстрым шагом направился в спальню. Открыв дверь ногой, подошёл к кровати и бережно уложил меня на край. Одним резким движением стянул с меня трусики, следом полетела футболка. Сбросил с себя штаны и навис надо мной.
Я вбирала в себя его образ, каждую эмоцию, мне настолько с ним было сейчас легко и комфортно, что я не прикрывалась стыдливо руками, а давала ему рассмотреть меня всю.
Виталя провёл рукой по моей груди, заставляя выгнуться ему навстречу. Взяв двумя пальцами сосок, стал перекатывать его. Наклонившись, он провёл языком по второму соску, едва его задевая, подул на него. Толпы мурашек устремились по всему телу, собираясь внизу живота.
Провёл рукой по животу, опускаясь всё ниже, одновременно вбирая сосок в свой горячий рот, посасывая его, перекатывая теперь уже языком, оттягивая зубами и слегка прикусывая.
Руки его вытворяли что-то невообразимое, Виталий точно знал, что делать, где погладить и с какой силой надавить. От его прикосновений всё тело дрожало в предвкушении.
Закрыв глаза, отдалась во власть любимого. Его поцелуи будоражили кровь, заставляли стонать и извиваться. Оторвавшись от меня лишь на секунду, развел ещё шире мои бёдра и резко вошёл.
— Посмотри на меня, — услышала я ласковый голос около уха. — Хочу видеть твою страсть.
Мучительно медленно он входил в меня, растягивая, заполняя, хотелось быстрее и всего его в свою власть. Виталя не разрывал зрительного контакта, всматривался в глаза и постепенно ускорял темп, с каждым толчком вознося меня всё выше. К
