увлеклась бальными танцами, я думала, что это наконец привлечет одобрение мамы. Бальные танцы считаются серьезным видом искусства, не таким банальным, как современный и хип-хоп танец, которые мне нравились в детстве. Но, похоже, одобрение матери не предначертано мне. Если честно, занятия бальными танцами делают меня ещё более легкомысленной в её чрезмерно серьезных профессорских глазах.
Слушай, не пойми меня неправильно. Академическая среда — это уважаемая область. Я искренне в это верю. Но она также порождает множество очень претенциозных людей, и моя мать оказывается одной из них. Кажется, она стала ещё более невыносимой с тех пор, как оставила MIT и начала читать лекции в Колумбийском университете. Хотя, наверное, плюс в том, что теперь она не в том же штате, что и я.
Понимая, что я в двух шагах от того, чтобы повесить трубку, мама меняет тему на ещё менее приятную.
— Ты говорила с Персивалем?
— Нет. — Я не упоминаю, что он пытался принести мне завтрак на прошлой неделе, и я, по сути, сказала ему убираться.
— Не понимаю, почему ты с ним рассталась.— Недовольный тон возвращается.
— Потому что мы не совместимы.
Следует длинная пауза.
— Что? — говорю я, раздражение растёт.
Когда она снова заговорила, в её голосе слышна осторожность. — Диана, я знаю, что встречаться с интеллектуалами может быть сложно...
Интеллектуалы? О Боже. Это полная чушь. Конечно, Перси мог бы вести продвинутый курс по физике во сне, но когда дело доходило до эмоционального интеллекта или навыков межличностного общения, у него был полный ноль. Я однажды попыталась вывести его на встречу с моими друзьями, и он весь вечер отвечал односложными фразами.
Я лично считаю, что существуют разные виды интеллекта.
Моя мать, однако, придерживается теории, что существует только один показатель интеллекта, и его определяет тест IQ.
— ... считаю, что он был для тебя хорошей парой.
О, она всё ещё говорит.
Я заставляю себя слушать, перебивая её, прежде чем она успеет продолжить восхвалять интеллектуальные достоинства Перси. — Мы плохо общались, мама. И он был слишком неуверенным в себе. Это самое непривлекательное качество в мужчине.
К моему удивлению, она соглашается. Хотя, как говорится, даже сломанные часы показывают верное время дважды в день.
— Да, я понимаю, что это может раздражать. Уверенность — ключевой аспект в развитии человека.
К счастью, разговор заканчивается вскоре после этого, и я могу снова сосредоточиться на сегодняшних более простых и приземлённых планах.
Ужин и усадьба, детка.
Как всегда, в эпизоде полно драмы, пота и сексуального напряжения. Когда приходит время голосования, мне предстоит принять важное решение. Двум участникам Sugar Shack с наибольшим количеством голосов разрешается вернуться, но они не могут разрушить пару или воссоединиться со своим бывшим партнёром. Они сами становятся парой, так что иногда приходится голосовать стратегически. Это шоу очень глупое.
Когда мои голоса отданы, телефон снова звонит, и на этот раз это Шейн.
— Чего ты хочешь? — спрашиваю я вместо приветствия.
— Привет, мне нужна твоя помощь. Его голос странно приглушён.
— Нет.
— Ты даже не знаешь, что мне нужно.
— Да, но я думаю, мне это не понравится.
— Я думаю, тебе это понравится. Это вроде как игра, которая тебе точно по душе.
— Ну ладно, я заинтригована.
Он что-то бормочет.
— Прости, что? Я не слышу тебя.
Он снова бормочет.
— Шейн! Я не слышу тебя.
— Я пытаюсь говорить тише. Они в другой комнате.
— Кто в другой комнате?
— Моя бывшая девушка и её новый парень, — бормочет он, как будто сквозь стиснутые зубы. Я слышу шипение воздуха.
— О. О, нет.
— Я слышу, как ты улыбаешься, Диксон.
— Ну, ты убрался в доме ради неё.
— Нет, похоже, я убрался в доме ради них. Но ничего, я уже кое-что предпринял.
— Что именно?
— Я сказал, что у меня есть девушка.
Я начинаю смеяться. — Это лучший день в моей жизни.
— О, Диксон, есть кое-что получше. Я сказал, что это ты.
Моя челюсть падает. Я на мгновение ошеломлена. — Я?
— Да. Я сказал, что ты живёшь по соседству, но что сегодня вечером ты ушла с подругами. Он тихо стонет. — Я думаю, они мне не поверили.
— Конечно, не поверили. Это явно ложь.
— Да. И теперь я выгляжу ещё большим идиотом. Так что, пожалуйста, помоги мне. Ты можешь прийти, но, типа, приоденься. Я сказал, что ты собиралась в клуб.
— Ага. Понятно. Ты хочешь, чтобы я надела клубную одежду, пришла к тебе и... сделала что?
— Побыла моей девушкой, Диана! — рычит он. — Пожалуйста.
Он назвал меня Дианой. И сказал пожалуйста.
Дело, похоже, серьёзное.
— Это очень неловко.
Многие мужчины слишком горды, чтобы признать это. Шейн звучит так расстроенно, что я проникаюсь его положением.
— Каковы правила? — медленно спрашиваю я. — Как мы познакомились?
— Мне всё равно. Можешь придумать любую историю. Просто сделай мне одолжение.
— Почему я не в клубе?
— Не знаю. Скажи им, что Джиджи отравилась едой или что-то в этом роде.
— Джиджи должна была пойти со мной в клуб?
— Мне наплевать, кто... — Он вдруг снова понижает голос, и его следующие слова звучат едва слышно. — Мне всё равно, какую историю ты придумаешь.
— Где ты сейчас?
— Я в своей спальне. Притворяюсь, что ищу старый школьный альбом, чтобы показать его её парню.
— Оу.
— Да.
— Хорошо, так что, чтобы резюмировать: я твоя подставная девушка, и у меня есть свобода в том, что я говорю? Я могу создать богатую историю нашей любви?
— Если ты придёшь и поможешь мне, можешь говорить что угодно.
Я не могу перестать улыбаться. — Дай мне час.
Глава 14
Диана
Топ десять причин, почему тебе нужно встречаться со мной
Ровно через шестьдесят минут я влетаю в квартиру шейна и
