Читаем без скачивания Коридор - rakugan

— Нам это не пришло в голову…

Теперь Гермиона старательно избегала моего взгляда. Я наклонился, чтобы заглянуть ей в лицо. Девочка отшатнулась и уперлась спиной в стену.

— Мисс Грейнджер, я не верю, что вы втроем полезли в люк — да еще в запретном коридоре, — просто потому, что вам что-то показалось. Наверное, вы сейчас о чем-то умалчиваете, чтобы у Гарри не было неприятностей. Но у него и так неприятности дальше некуда, поймите это!

Гермиона сцепила пальцы и упрямо глядела в пол. Наконец она решилась:

— Ладно… Помните, неделю назад Гарри был в Запретном лесу? Там на него кто-то напал. Кентавр сказал, что это был…

Она запнулась, но все же произнесла вслух:

— Сами-Знаете-Кто.

И тут же быстро взглянула на меня. Наверное, ожидала, что, услышав о Темном Лорде, я наброшусь на нее, как по сигналу.

— Гарри мне рассказывал, — ответил я. — А при чем тут люк?

— Кентавр сказал, что Сами-Знаете-Кто стремится добыть одну вещь, спрятанную в подземелье. С тех пор Гарри был сам не свой, но нам ничего не говорил. А вчера увидел открытый люк и сразу собрался в него лезть. Рон схватил его и заявил: «Никуда не пойдешь, пока не объяснишь, зачем тебе это надо». Вот тогда Гарри и признался, что хочет найти Сами-Знаете-Кого. Он собирался у него что-то спросить…

«Узнать, кто в действительности убил его родителей», — мысленно закончил я.

Пришлось привалиться к стене, потому что перед глазами все плыло. Значит, Гарри все-таки поверил кентавру и со свойственной ему прямотой решил получить ответ на вопрос, который, должно быть, мучил его весь год.

— Гарри никогда раньше не говорил с нами о Сами-Знаете-Ком, — послышался голос Гермионы, — но, наверное, все время о нем думал. Теперь я это поняла. Не обижайтесь, — добавила она с вызовом, — но, по-моему, это вы виноваты. Я ведь знаю, кто вы такой, я читала книгу «Взлет и падение темных искусств». Вы с женой были сторонниками Сами-Знаете-Кого, правда? Хотя это не доказано, но все равно. И если бы вы не забивали Гарри голову своими идеями…

— Я смотрю, вы много разговаривали с профессором МакГонагалл, — ответил я, приоткрыв глаза.

— При чем тут профессор МакГонагалл? — Гермиона сразу вспыхнула. — Почему взрослые уверены, будто дети ничего не понимают? Я такой же человек, как и вы, я тоже умею думать!

— Мисс Грейнджер, давайте не будем об этом сейчас, — попросил я. — Расскажите, что было дальше.

— Хорошо, — ответила она, немного помолчав. — Рон пытался не пускать Гарри в подземелье. Говорил: «Что за бред, нет там никакого Сам-Знаешь-Кого! Может, просто Филч решил прибраться. Представляешь, что будет, когда он нас поймает?». Но если Гарри что-нибудь вдолбил себе в голову, этого уже нипочем не выдолбишь… Он хотел, чтобы мы вернулись на факультет, но мы заявили, что пойдем с ним. Спустились в туннель. Там внизу были дьяволовы силки…

От усталости я еле держался на ногах, так что уселся на подоконник и жестом предложил Гермионе сесть рядом. Она устроилась в противоположном углу оконной ниши, целомудренно прикрыв острые коленки полами школьной мантии.

— …Силки чуть не задушили Гарри и Рона. Но я наколдовала огонь, и растение их отпустило. Потом мы…

Чем дольше она говорила, тем больше все это походило на безумную игру. Летающие ключи, ожившие шахматные фигуры … Все равно, как в настольных «бродилках», где надо бросать кубик и передвигать фишки, а временами пропускать ход.

— …Белая королева ударила Рона по голове, и он потерял сознание, но мы кое-как дотащили его до соседней комнаты. Там лежал тролль, которого кто-то оглушил. От тролля страшно воняло, зато Рон от резкого запаха сразу пришел в себя. А в следующей комнате был стол с разными зельями…

С этого момента Гермиона так увлеклась рассказом, что даже попросила меня наколдовать карандаш и бумагу и принялась рисовать схему расположения склянок на столе.

— …Итак, если предположить, что бутылочки под номерами два и шесть не содержат яд, тогда зелье, открывающее путь вперед…

— Находится в самой маленькой склянке, третьей слева?

Она посмотрела на меня с легким удивлением.

— Да, верно… Но там хватило бы только на одного человека. Гарри сказал: «Ступайте в комнату с шахматами, я скоро приду». Нам ничего не оставалось, как вернуться. Шахматные фигуры теперь нас не трогали, все было спокойно. Мы забрались на белого коня и немного посидели на нем, но Гарри не возвращался, и мы стали волноваться. Конечно, никто не верил, что в последней комнате и вправду ждет Сами-Знаете-Кто, но мало ли что могло случиться… Мы решили позвать профессора МакГонагалл — нам бы здорово влетело, но другого выхода все равно не было. Взяли метлы в комнате с ключами и хотели подняться наверх, но Пушинка уже проснулась и не выпускала нас, потому что мы были без Гарри. Мы совсем отчаялись, как вдруг появился профессор Дамблдор. Он просто поглядел на Пушинку, и она сразу заснула. Наверное, Дамблдор уже о чем-то догадывался, потому что только спросил: «Гарри там?». Велел нам возвращаться на факультет, а сам спустился в туннель. У Рона сильно кружилась голова, так что я довела его до лазарета и пошла в гриффиндорскую башню. Там я ждала в общей гостиной, но Гарри так и не появился, и я заснула в кресле. А утром профессор МакГонагалл сказала мне, что в подземелье был Квиррелл…

Да уж, Дамблдор подозрительно вовремя оказался на месте происшествия. Должно быть, установил в подземелье следящие заклятия. Или заранее предвидел такой поворот событий?

Я не знал, что именно пытался украсть Квиррелл, но все вместе походило на хитроумно устроенную ловушку. Полоса препятствий, будто нарочно рассчитанная на первокурсников… А легенда о Темном Лорде — приманка специально для Гарри. Может, Квиррелл все это подстроил, чтобы его прикончить, — но зачем такие сложности?

Или же Дамблдор решил одним махом избавиться и от неудобного ребенка, и от шпиона, подосланного Службой разведки… Но почему тогда вмешался?

Я открыл глаза и увидел, что Гермиона смотрит на меня.

— Спасибо, — сказал я. — Вы мне очень помогли. Хотите пойти к Гарри? Со мной вас пропустят…

— Да, наверное, — неловко согласилась она.

Я уговорил Помфри впустить девочку в палату. За ширмами все было по-прежнему. Гарри лежал в той же позе, Белла словно в оцепенении сидела рядом с ним. Заметив ее, Гермиона сначала остановилась и даже как будто хотела повернуть назад. Но Белла обратила на нее ровно столько же внимания, сколько на стул или тумбочку.

Бледная, как полотно, Гермиона молча рассматривала Гарри. В руках у нее был большой апельсин, извлеченный из кармана мантии. Потом она положила апельсин на столик — на корке остались вмятины от пальцев, так сильно она его сжимала, — и на цыпочках вышла из-за ширм.

Когда я выглянул, в палате ее уже не было. Уизли до сих пор спал, из-под одеяла торчала только рыжая макушка. На тумбочке у его кровати Гермиона оставила еще один апельсин. Выглядело это так, будто Рон принес с собой запасную голову, но все как-то недосуг было ее надеть.

Глава 12

Разговор этот был ей тяжел. А к тому же она ведь не знала, что их всех ждет еще до того, как кончится эта ночь.

Часы шли, а в состоянии Гарри ничего не менялось. Белла все так же сидела у его постели. Мадам Помфри несколько раз пыталась ее покормить, но Белла упорно отказывалась. Она выглядела настолько сосредоточенной, словно проделывала какую-то трудную и сложную работу.

Мне же заняться было нечем, и от этого можно было свихнуться. Я попытался найти Дамблдора, чтобы поговорить с ним уже на спокойную голову, но оказалось, что директор в Лондоне, встречается с Советом попечителей. Я решил пока аппарировать домой, чтобы разобраться с делами, а потом сменить Беллу в восемь вечера. Сказал ей об этом, но она только плечами пожала — делай, мол, что хочешь.

Дома я рассказал Динки, что случилось с молодым хозяином. Она разрыдалась. Вслед за ней пришел Хаски и вопросительно заглянул мне в глаза. Я повторил рассказ для него. Пес выслушал очень внимательно, уклонился, когда я хотел его погладить, ушел и лег под дверью Гарриной спальни. Динки сказала, что после того, как мы отправились в Хогвартс, Хаски выл всю ночь.

Оставшись в одиночестве, я принялся писать письма заказчикам: «Сожалею, но у меня форс-мажорная ситуация, прошу сдвинуть сроки выполнения работ…». Сейчас мне было не до лишних обязательств.

В шесть вечера, как раз когда я отправил последнюю сову, раздалась трель каминного вызова. Явился Люциус.

— Совет попечителей заслушал объяснения Дамблдора и осмотрел подземелье, — начал он, едва выйдя из камина и еще не стряхнув сажу. — Представляешь, что там хранилось? Философский камень!

— Настоящий?

— Кажется, да. Самого камня нам не показали — его уже вернули владельцу. Однако документы в порядке: и доверенность на имя директора, и сертификат подлинности от Французского алхимического общества.