Сейчас необходимо обзавестись телефоном, чтобы связаться с Николь. Возле метро находится небольшой торговый центр, не сомневаюсь, что там есть салон сотовой связи. Проблема может возникнуть только при регистрации номера, так как ГК может искать меня. Благо, беспроводные сети достаточно развиты, чтобы совершить звонок через интернет напрямую, не имея даже сим-карты.
Оформив покупку, я вышел на улицу и побрел в сторону дворов, где количество проходящих мимо людей в дневное время стремится к нулю. Несмотря на капюшон, полностью закрывающий голову и часть лица, зевак было предостаточно. Каждый встречный считает своим долгом пройти мимо с открытым ртом, хорошо, что хоть пальцами не показывают. Начинаю понимать прелести жизни в Новогреховске, где никого не волнует твой внешний вид и твои прошлые грехи — все такие же, просто «загрязнены» в разной степени. Человеку за чертой не будет спокойной жизни в «чистом» обществе, что впоследствии приведет к серьезному конфликту. Если раньше люди косо смотрели на приезжих, то теперь даже сосед, с которым ты прожил двадцать лет в одном доме, может оказаться посторонним элементом.
Закурив, я начал обдумывать предстоящий разговор с Николь. Первым делом надо с ней встретиться лично, но какой найти для этого предлог? Сигарета отправилась в урну неподалеку и, переписав номер с бумажки смартфон, я нажал кнопку вызова.
— Николь слушает, — из трубки послышался милый женский голос с присутствием легкого акцента.
— Здравствуйте, меня зовут Сергей, — врать надо начинать с мелочей, вдруг она уже нашла Ангела. — Я по поводу Петра, Андрей из «Грехофф. нет» попросил с вами связаться, если что-нибудь станет известно.
— Вы знаете, где он? — взволнованно спросила она.
— Есть одно предположение, но это лучше рассказать при личной встрече.
— Конечно! Я подъеду, куда скажите!
— Где вы сейчас находитесь?
— Пока что дома.
— Может лучше тогда я к вам? Все равно за рулем.
— Не хочу вас обременять…
— Мне не трудно, правда. Диктуйте адрес, буду через час-полтора.
Снова такси и снова дорога, которая заняла чуть больше времени, чем я обещал Николь. Добравшись до нужного мне дома в Красногорске, я поднялся на четвертый этаж и позвонил в дверной звонок. Глазок пришлось прикрыть рукой, послышались шаги.
— Кто там?
— Ма…Сергей, мы созванивались два часа назад.
Открылась дверь вовнутрь и передо мной предстала черноволосая хозяйка квартиры. Домашняя спортивная не могла скрыть грации ее тела. Только она увидела мое лицо, как тут же с силой постаралась захлопнуть дверь. Среагировал я моментально — просунул ногу в проем и всей массой тела плечом «нырнул» вперед, отталкивая дверь и вместе с тем девушку. Она упала на пол и захотела закричать, но я быстро приземлился возле нее и заткнул ее рот своей ладонью, после захлопнул дверь мыском правой ноги.
— Не бойся меня, мне нужны лишь ответы. Закончим — уйду, и ты никогда больше меня не увидишь. Кивни, если поняла.
Пара кивков ее головы и я медленно убрал свою ладонь. Кричать она не стала.
— Так и будем валяться в коридоре, или пойдем на кухню? — неожиданно твердым голосом сказала она.
— На кухню.
Мы сели друг напротив друга за столом, Николь поставила закипать электрический чайник.
— Что-нибудь будешь пить? Чай?
— Кофе, если не затруднит, — мне несколько по-иному представлялась эта картина — я задаю вопросы, девочка трясется от страха и со слезами на глазах, отвечает на них. Получилось все несколько по-другому…
— Начнем наше знакомство по-новому, — сказала девушка. — Николь.
— Марк, — улыбнувшись ей, ответил я. — Зачем ты ищешь Петра?
— Ангела ты хотел сказать? — она даже не посмотрела на меня, вместо этого начала насыпать мне в чашку кофе.
— Откуда ты знаешь, что он Ангел?
— Я очень хорошо его знаю, поверь, — она налила кипяток. — Молоко или сливки?
— Ничего не надо, — я протянул руку и пододвинул к себе горячий напиток. — Давай поподробнее: сначала ты, потом я.
— С тобой все и так понятно.
— Серьезно?
— Он начал осуществлять свой план, но что-то пошло не так и теперь ты в попытках отыскать его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— План? О чем ты говоришь?
— Так, ясно, начнем по порядку, — Николь подставила свою левую руку себе под голову. — К тебе пришел Ангел и рассказал историю его жизни, так?
— Да.
— Потом он предложил тебя «обнулить», ты согласился, но вместо ожидаемого эффекта получилось с точностью да наоборот?
— Именно.
— Эх, — она вздохнула. — Прав был мой отец.
— Бен?
— Стоп, — глаза Николь сузились. — Расскажи мне, что конкретно тебе поведал Ангел о своей жизни?
Во время моего повествования выражение лица Николь менялось несколько раз: начиная от удивления и заканчивая отвращением.
— С фантазией у него все в полном порядке, — произнесла она в самом конце. — Как я понимаю, тебе интересует то, как все было на самом деле?
— Неплохо было бы понять, с чего все началось и причем тут я.
— Тогда слушай. Пять лет назад, еще находясь в Лондоне, мы с отцом ходили на спектакль. На тот момент я была всего лишь пятнадцатилетним подростком, интересующимся культурными мероприятиями. Выставки художников, музыкальные концерты и посещение театров входили в обязательную программу проведения досуга. Но не об этом сейчас. После спектакля папа предложил мне прогуляться по улице в сторону дома, подышать свежим воздухом и обсудить впечатления. По пути мы наткнулись на мальчишку примерно моего возраста, идущего навстречу нам. Он выглядел настолько уставшим и потерянным, что отец решил остановить мальчика и поинтересоваться, требуется ли тому помощь. В тот вечер мы встретила Ангела, отец мгновенье вглядывался в его лицо и сказал: «я знаю, кто ты, не стоит бояться, пойдем с нами». Мама была родом из России, поэтому я очень неплохо знаю русский язык. Она умерла, когда мне было семь лет, так что советоваться отцу было не с кем. Таким образом, мы приютили Ангела у себя. Сначала я скептически отнеслась к этому пополнению в семье, но со временем мы с Петром стали все больше проводить времени вместе. Потом, как обычно это и бывает, любовь двух подростков, казавшаяся вечной, в итоге привела к грустному расставанию. Ангел был одержим идеей привести людей к Раю, вот только путь он выбрал в корне неправильный. Все наши разговоры стали сводиться к одному — достичь его цели. В день «Озарения» Петра коснулось всего десять человек. Ты представляешь? Из миллиардов душ только десять! Как объяснил Ангел, в момент прикосновения души людей и Петра на мгновенье стали едиными, потом разъединились, но связь осталась навсегда. Он рассказал, что может чувствовать этих людей, где бы они не находились.
— Один из них я…
— Верно, можешь считать себя подобием апостола, — она усмехнулась. — Только вам он может передать свои грехи, но лишь в том случае, если вы лично позволите ему коснуться вашей души. «Обнулить» же он сможет, кого сам захочет.
— Так вот зачем все эти слезливые истории? Просьба стать другом?
— Как говорится на вашем языке — открыть душу.
— Но зачем ему передавать свои грехи кому-то из нас? И откуда он вообще набрал их?
— Помнишь «принцип косвенности», по которому появляются отметки в «индикаторе»? Например, когда своими действиями ты заставил кого-нибудь соврать или же отдал приказ убить, ты тоже получаешь грех на свою душу. Петр подарил людям возможность «обнуления», но он и предположить не мог, что тем самым манипулирует всеми и сразу. Люди все так же убивают, лгут и воруют, только в меньших количествах. И эти люди понимают, что имеется возможность очистить душу, что все так же толкает людей на новые прегрешения. «Обнуление» должно было дать надежду для всех. Оно должно было показать, что есть шанс на жизнь после. Вместо этого «обнуление» толкает на новые грехи. Понимаешь, в насколько замкнутый круг попал Ангел? Теперь оцени эту мысль в масштабах мира и приди к выводу, что нет ничего удивительного в постоянно черном «индикаторе» самого Ангела. Он действительно думал, что после дня «Озарения» погибнет, однако выжил и стал человеком с «безразмерной» душой — он может нести на себе все грехи мира, но дорога в Рай для него самого останется навсегда закрытой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
