костре. К слову, этих Инженеров почти истребили Хранители — вроде как они производили опасные артефакты. Ну и перешел я сюда, запустив ритуал с жертвоприношением.
— Ого! — округлила глаза Надя, протянув руки к костру. — Людей сжигали?
— Нет, — засмеялся Черепов. — Для жертвоприношения я использовал крыс. Все равно эти сволочи расплодились тогда, а как известно они ведь всегда являлись переносчиками чумы. В общем, мне дали добро на их истребление. И когда я попал сюда, на меня напали несколько духов.
— Как вы отбились? — спросил я, и Черепов взглянул на меня. Я заметил, как щека у него слегка дернулась.
— А никак. Я был впервые здесь, и не ожидал нападения… Они вселились в меня.
Черепов сделал паузу, будто проживая эти моменты ещё раз. Нахмурился. Затем очнулся, понимая, что все ждут, когда он продолжит.
— Как бы это описать — ты чувствуешь их внутри, — продолжил некромант. — И понимаешь, что они в любой момент могут завладеть твоим разумом. В общем, я собрал черное дерево, вернулся обратно. Но у выхода меня уже ждал Орден Хранителей. И тогда ваш отец, — он посмотрел на принцессу, — спас меня от сожжения. Его лекари вылечили меня. А я за это ещё с десяток лет поставлял ему редкие ингредиенты, в том числе и жабры девятихвоста.
— Он не говорил, что раньше принимал эликсир молодости, — удивленно ответила Надя.
Черепов в ответ на её реакцию добродушно улыбнулся:
— А вы напомните ему. Уверен, что он вам много нового расскажет. Если, конечно, захочет. Насколько мне известно, ему более ста пятидесяти лет. Ещё мой дед служил ему, когда на наши границы покушались римляне, и мы чуть не рассорились с Китаем.
— Вот это да! — воскликнула Надя, и уставилась в одну точку, о чем-то задумавшись. Затем встрепенулась. — А зачем ему скрывать это?
— Я не знаю, ваше высочество, — пожал плечами Черепов. — Только он вам может рассказать об этом.
Некромант затих, и воцарилась тишина, которую нарушали всего лишь потрескивание костра и мерное жужжание защитного купола.
Я же пытался понять, почему мы оказались именно здесь. Меня опять выручил таинственный помощник? Кто он? Сам Махаон? Его последователь? А если это ловушка Дорна или того же шамана?
Но сколько бы я ни задавал вопросов, ни на один из них ответов у меня не было. Пока что.
* * *
Дышать становилось всё тяжелее. Он оказался в какой-то коробке метр на два в высоту. Пыль летала перед глазами, а лицо заливало потом. Повезло, что каменные плиты так упали, а то раздавило бы его в лепёшку.
Погрузившись в транс и наблюдая берег озера глазами девятихвоста, он лишь в последний момент заметил угрозу. Не ожидал, что его обнаружат. Где он прокололся⁈ Ведь отличное было место! Но этот сученыш выпустил стрелу!
Ему пришлось грубо разрывать связь с монстром, и ментальный откат отшвырнул его в сторону, высушив всю энергию без остатка.
Именно это его спасло от взрыва, который разрушил пещеру. И вот теперь он здесь. Заперт в каменной клетке, кислород превращается в углекислый газ, голова кружится, нет спасения.
Лютер понимал, что над ним тонны каменной породы, и даже если он попытается подвинуть хоть один из её фрагментов, спасительная коробка сложится. Неплохая перспектива быть похороненным на вершине одной из самых высоких гор сумеречной зоны.
Сбоку что-то заскребло, а затем он увидел, как в узкую щель на уровне пояса пробилась окровавленная морда Лютого. Он заскулил, увидев хозяина. Затем протиснулся дальше.
Шаман погладил Лютого, и тот исчез. Ну надо же, это была его копия.
Лютер увидел перед собой большую зияющую дыру, в конце которой на него смотрела морда призрачного волка. Вот же красавец!
Шаман скользнул в довольно просторный лаз и пополз к выходу из каменного гроба.
* * *
Я подкинул ещё несколько веток в костер, и они тут же зашипели, а клубы дыма стали гуще. Я заметил, как над нами мелькнула очередная тень. Затем ещё две попытались атаковать нас, но ударились в купол и, застонав, исчезли во тьме, сгустившейся вокруг нашего островка спасения.
— Это души мертвых? — обратил я на это внимание Черепова, задумчиво ворошившего угли в костре.
— Точнее умерших, — поправил некромант.
— А что вы знаете о мире мертвых? — спросила у него принцесса. — Я слышала, что всё началось из-за метеорита.
Черепов вздохнул, понимая, что не отвертишься:
— Да, всё верно. Когда я был маленьким, отец рассказывал такую историю. Когда большой камень упал на землю, все динозавры вымерли, а порода, принесенная из космоса, пыталась размножиться. Но нашей природе не понравилось это, и она начала сопротивляться. В итоге, так и не договорившись, они решили разделить мир на три реальности, которые связаны друг с другом.
— Мир живых, сумеречная зона и мир мертвых, — добавила принцесса.
— Именно, — улыбнулся Черепов. — Мир живых, где царствует наша природа. Сумеречная зона, где правит природа, агрессивная ко всем живым, меняет всё под себя и питается всем, что попадает туда. А также мир мертвых, где мы, собственно и находимся. Сюда живым вход воспрещён. Здесь обитает темная энергия и души умерших людей.
— А как же Бездна? — спросил я у некроманта.
— А что Бездна? Это даже не мир, а побочный эффект от процесса расслоения на миры, придаток сумеречной зоны с усиленным магическим фоном. Что и отразилось на местной флоре и фауне. И ещё там очень тонкое место на границе с миром мертвых. Периодически туда прорываются всякие сущности, но очень быстро погибают.
— Понятно, — ответил я. — Значит всего три мира.
— Именно, — кивнул Черепов.
— То есть, после появления этих трех миров, а вместе с ними и магии, каждое умершее существо должно перейти сюда? В мир мертвых?
— Да, иначе в мире живых они никогда не смогут обрести покой, — ответил Черепов.
— Поэтому всех умерших сжигают! — воскликнула Надя.
— Ага, — кивнул Черепов. — Никому нафиг не нужны ходячие мертвецы.
Черепов продолжал рассказывать о какой-то вспышке, которая произошла очень давно, а я заметил в стороне знакомый силуэт.
Сердце забилось сильнее. Я подскочил и через секунду уже был у края купола, всматриваясь в существо, которое уже сформировалось в подобие человека. Струйки дыма обтекали силуэт, формируя более детальное изображение. Вот уже
