большим раздражением они реагировали, если видели, что какой-то сородич получает виноград просто так, в подарок, не отдавая за него фишку. Несколькими годами позже команда австрийских ученых во главе с Томасом Бугньяром провела те же эксперименты на во́ронах и серых воро́нах. Они пришли к идентичным выводам: врановые птицы были жестоко уязвлены, если видели, что их сородичам несправедливо отдавали предпочтение.
Перед биологами встал вопрос, каким образом врановые птицы и попугаи проявляют когнитивные способности, сравнимые со способностями обезьян, не обладая при этом корой полушарий головного мозга. Ответ таков — это следствие параллельной эволюции различных групп животных. Насколько мы знаем, линии развития птиц и млекопитающих разошлись около 300 млн лет назад. С того времени обе группы эволюционировали параллельно, на основе общей предковой формы. У обеих развился объемный конечный мозг, составляющий преобладающую часть всего мозга. Правда, у млекопитающих и птиц он организован совершенно по-разному. Но поскольку обе формы организации способны к высшим когнитивным достижениям, мозг птиц рассматривается сегодня не как «более примитивный», а как «другой». Открытие выдающихся когнитивных способностей птиц привело в биологических науках к переоценке мозга у птиц.
Высшие проявления когнитивных способностей животных привлекают к себе большое внимание как в научном мире, так и среди широкой публики. Однако при этом нередко уходит на задний план фундаментальный факт из биологии поведения: высшие когнитивные достижения, как и другие признаки, формируются под влиянием естественного отбора и помогают животным приспосабливаться к условиям окружающего мира. Однако виды животных с высшими когнитивными показателями не лучше приспособлены к среде, чем виды с минимальными проявлениями этих признаков. Насколько вид приспособлен к условиям, проявляется не в его когнитивных умениях, а в первую очередь в его способности к выживанию и размножению. Хотя дождевой червь и не проявляет таких когнитивных талантов, как ворон или шимпанзе, он ничуть не хуже приспособлен к своей среде.
Выводы
Все животные учатся на собственном опыте и за счет этого приспосабливаются к окружающему миру. При этом речь идет как о совсем простых формах обучения, таких как привыкание к незначимым стимулам, так и об ассоциативном обучении, таком как выработка классического либо оперантного условного рефлекса. Некоторые животные обладают также более высокими когнитивными способностями. Они могут планировать и действовать преднамеренно, узнают себя в зеркале, знают, что известно другому, и даже замечают, если другие имеют неверное знание. Хотя подобные высшие когнитивные способности доказаны пока лишь у немногих видов животных, и ими располагает далеко не каждый индивид данного вида, однако имеющиеся результаты исследований убедительно доказывают, что животные в принципе способны к таким когнитивным достижениям, которые еще не так давно приписывались лишь человеку. В настоящее время идут дискуссии по поводу того, доказывают ли эти результаты наличие своего «я» у животных, сопоставимое с тем, каким обладаем мы.
Вероятно, самым большим сюрпризом последних 20 лет было открытие выдающихся когнитивных способностей отдельных видов птиц. Среди них выделяются попугаи и врановые птицы, вероятно, не уступающие по разумности человекообразным обезьянам. Этот факт подчеркивает, что эволюция когнитивных способностей осуществлялась не по прямой линии, ведущей к человеку. Более вероятно, что «умное поведение» развивалось у самых различных групп животных независимо друг от друга.
Глава 6. Личность у животных
Развитие поведения и открытие индивидуальности
Социальное окружение в детстве
Если бы в 1950-е годы биолога спросили, что произойдет с детенышем обезьяны, если он будет расти один, без контакта с матерью, биолог, скорее всего, ответил бы так: «Если у животного будет достаточно еды и питья, если его клетка будет содержаться в чистоте и освобождаться от возбудителей болезней, если правильно поддерживать температурный режим, то оно будет развиваться совершенно нормально». Широко распространенным было убеждение, что задача матери у животных состоит прежде всего в том, чтобы обеспечивать детеныша пищей, в особенности молоком, согревать его и защищать от врагов. Мысль о том, что мать играет существенную роль в развитии поведения своих детей, была скорее непривычной.
Затем, во второй половине 1950-х годов, появились исследования американских психологов во главе с Гарри Харлоу. Именно они показали, насколько решающее значение имеют социальные контакты для нормального развития. В эксперименте, совершенно недопустимом с сегодняшней точки зрения, детеныши макаки-резуса с рождения воспитывались искусственно, вне контактов с матерью или другими сородичами. Животные благополучно росли и были физически здоровы, однако их психическое состояние и поведение оказались полностью нарушенными. Некоторые из них сидели на земле без всякой инициативы и тупо пялились в пустоту. Другие проявляли экстремальную степень стереотипии, часами раскачиваясь из стороны в сторону однотипным повторяющимся движением. На новое они реагировали испугом. Мячик, который в обычных ситуациях служит приглашением к живой игре, вызывал у них панику и ужас. Когда эти детеныши-обезьянки встретились со своими сверстниками, выросшими в нормальных условиях, они продемонстрировали значительные отклонения в социальном поведении — были гиперагрессивны и не могли интегрироваться в существующие социальные группы. Становясь матерью, самка, выросшая вне социальных контактов, вообще не годилась для этой роли и третировала собственных детей. Сегодня нас это не удивляет. Выяснилось: чем дольше у детеныша с момента рождения отсутствует социальный контакт с матерью или другими сородичами, тем ярче выражены отклонения и тем безнадежнее будут попытки проводить с ним терапию.
Эти исследования четко показали: детеныш обезьяны не может развиться в социально и эмоционально компетентного индивида на основе одних только инстинктов. Для этого ему на ранних этапах жизни требуются интенсивные контакты с соплеменниками. Мать — не только источник пищи, она социализирует своих сыновей и дочерей, дает им безопасность и социальную поддержку. Насколько эффективно она способна, к примеру, смягчать у своих детей гормональные всплески при стрессовых ситуациях, мы уже видели во второй главе.
Кроме того, исследования Харлоу принесли еще один важный вывод, правда, вскоре забытый. Если дети вырастают без матери, однако среди своих ровесников, то у них, как и в нормальных случаях, не будет отклонений в поведении. Частые и интенсивные игры со сверстниками оказывают на них яркое позитивное влияние, вполне сопоставимое с материнским. То есть если быть более точным, решающим для
