Читаем без скачивания Серый пилигрим - Владимир Василенко

Сердце во время прыжка подскочило к самому горлу, но полет оказался недолгим, да и приземлился Барт на редкость удачно. Правда, не в сено, а в навозную кучу. Но тоже мягко.

Скатившись на землю, Барт кое-как поднялся на ноги, стряхивая с себя комки раздавленных лошадиных яблок. Серый бросил ему поводья запряженной лошади. Сам он был на своей Принцессе. Морды обеих лошадей были обмотаны какими-то мокрыми тряпицами.

– Скорее, скорее, Бартоломью, не стой столбом! – заорал Серый.

Барт вскарабкался на лошадь и маг, не дожидаясь, пока он толком усядется в седле, стеганул обоих скакунов своей серебристой плетью. Едва не обдирая бока о поставленные впритык друг к другу фургоны, лошади понесли с места в галоп. Через невысокий покосившийся забор кобыла Серого перемахнула легко, как газель. Лошадь Барта, более грузная, просто врубилась в растрескавшиеся от сырости жерди со всего ходу, проломив изрядную брешь. Юноша еле удержался в седле, вцепившись обеими руками в расчехранную черную гриву.

Вслед за Серым он поскакал на север. Вскоре они выбрались на тракт, копыта лошадей глухо застучали по хорошо утрамбованной земле.

Обернулся всего лишь раз. Постоялый двор к тому моменту был уже далеко, и смотрелся бесформенной темной грудой, вокруг которой расползались клочки красноватого тумана. Вокруг метались силуэты перепуганных лошадей, многие уже умчались далеко прочь.

Стиснув зубы, Барт отвернулся. Пальцы мертвой хваткой вцепились в поводья, пятки сами собой заколотили по лошадиным бокам, подгоняя и без того мчащегося во весь опор скакуна. Погони не было видно, но юноше все равно хотелось бежать отсюда подальше, скакать, пока лошадь не падет под ним замертво, а потом нестись на своих двоих. Бежать, бежать прочь!

– Я не виноват… Я не хотел… – шептал он, глотая слова, захлебываясь встречным холодным ветром. – Я не хотел…

Глава четвертая

1

Серый пилигрим и сопровождающий его Бартоломью Твинклдот, когда-то, в прошлой жизни, носивший прозвище Счастливчик, въехали в Распутье с юга, со стороны побережья. Как раз зарядил мелкий, как крупа, но весьма обильный дождь. Торговцы, чертыхаясь, прикрывали товар хлипкими тряпичными навесами, прохожие торопились забежать под ближайшую крышу.

Барт ожидал увидеть пару постоялых дворов, жмущихся к перекрестку двух трактов. Но на деле не удалось разглядеть и самого перекрестка – дорога вливалась в целый поселок с тавернами, конюшнями, складами, кузницей, колодцами, небольшой деревянной часовней и даже сторожевой башней. Башня была старая, слегка покосившаяся, но наверху маячили двое арбалетчиков в плащах с остроконечными капюшонами. В центре поселка располагался импровизированный рынок. Торговали прямо с фургонов и телег, а иногда и вовсе разложив скарб на куске рогожи, расстеленной на земле.

Серый спешился еще на краю поселка, и вел лошадь под уздцы. Барту на землю не хотелось – он опять наполовину лишился обуви, да и в том башмаке, что сохранился, зияли дыры, из которых торчала клочками набитая туда солома.

Ежась от попадающих за шиворот капель, юноша вертел головой, разглядывая расставленные вразброс фургоны, телеги, повозки самых разных размеров и конструкций. По дороге то и дело попадались толстые столбы с объявлениями на них – на потрепанных обрывках бумаги, либо нацарапанные прямо на дереве. Вокруг сновали по-дорожному одетые люди, неторопливо вышагивали стражники в остроконечных шлемах и в гамбезонах с имперским гербом – белой осадной башней на черном фоне. Вдоль длинной стены какого-то амбара, скрываясь от дождя под кромкой крыши, выстроились сразу с полдюжины проституток. Дамы лениво переговаривались, изредка поглядывая на улицу. На Серого и Барта даже не взглянули.

Барт, нетерпеливо ерзая в седле, все ждал, когда пилигрим свернет в один из крытых дворов, чтобы спрятаться, наконец, от назойливого дождя. Но Серый протопал почти через весь поселок, до таверны на северной его окраине. На покачивающейся под порывами ветра вывеске была намалевана какая-то бесформенная туша. Надпись под ней гласила «Кривой кабан». Непонятно было, что имелось в виду – качество рисунка или насколько пьяно животное. А может, и то, и другое.

Барт, наконец, спешился, пристроился рядом с пилигримом, ведя под уздцы своего невзрачного скакуна. По иронии судьбы ему достался именно тот унылый мерин, которого коротышка-трактирщик выделял ему накануне для поездки в лес. Впрочем, несмотря на склонность к меланхолии, коняга оказался вполне сносным. Главное его достоинство заключалось как раз в кротком нраве, что было очень кстати – наездник из юного Твинклдота был никудышный, практики не хватало.

Лошадей Барт, выполняя роль слуги, отвел к длинной коновязи, огибающей здание полукругом. Пнув лениво развалившегося на завалинке мальчишку, приказал, копируя давешний тон Серого:

– Напоить. Почистить. Овса дать.

Пацан, протерев глаза, окинул взглядом затрапезную одежду Барта, еле отчищенную от навоза, и презрительно скривился:

– Чего? Какого овса? Это на конюшню надыть – вона она, на той стороне. А у нас поилка тока. Вон она.

Он указал на длинное корыто с застоявшейся водой, на поверхности которой, растревоженная дождевыми каплями, кружилась соломенная труха.

Барт шмыгнул носом и проворчал:

– Сам пей из этой помойки! Чего ты вообще тогда торчишь здесь, если даже овса дать не можешь?

– Посматриваю, – пожал плечами пацан, снова устраиваясь поудобнее на завалинке.

– Ну-ну. Зенки смотри не сломай, – буркнул Барт.

Морщась, похлюпал по влажной и жутко холодной земле к крыльцу таверны. На полпути его окликнул Серый и дал знак следовать за ним.

Они обошли здание кругом и оказались на заднем дворе. Там стоял длинный приземистый сарай, вдоль его стены расположилась поленница – дрова частично были колотые, но в основном чурбаки в ногу толщиной. Серый постучал в обитую обрезками каких-то шкур дверь черного хода таверны.

Открыла им женщина средних лет в платье с закатанными по локоть рукавами. Вытирая перепачканные в муке руки о грязный передник, она пристально оглядела сначала мага, потом юношу. Покачала головой, увидев посиневшую от холода босую ногу Барта. Лицо ее с поджатыми, будто от обиды, губами немного смягчилось.

– Ох, застынешь же весь, парень! Как же можно в такую погоду – и без…

– Мне нужен Карл, – перебил ее пилигрим.

– Карл? – недоверчиво переспросила женщина, снова оглядывая мага. – Он в зале сейчас. Некогда ему.

– Пусть подойдет. Это ненадолго.

Женщина потопталась на пороге, но тон Серого не подразумевал возражений. Пробурчав что-то себе под нос, она скрылась за дверью.

Барт в очередной раз протяжно шмыгнул носом и подумал, что вот бы и ему так научиться – чтобы люди его слушались, невзирая на вид. Но это не иначе как магия какая-то. Не всякому дано.

– А кто такой этот Карл? – поинтересовался он.

– Хозяин заведения.

Серый прислонился заплечным мешком к деревянной опоре, поддерживающей небольшой навес над дверью. Откинул с головы набрякший от дождя капюшон, растер ладонями мокрое изможденное лицо. Дождь по-прежнему моросил. Навес не спасал – порывами ветра мелкую водяную взвесь то и дело сносило в сторону, захлестывая стену таверны.

– Как рана? – осторожно спросил Барт. – Получше?

Маг покачал головой. На щеках его вздулись тугие желваки, заметные даже сквозь серебристую щетину.

Дверь скрипнула, и Барт невольно попятился, увидев показавшегося на пороге хозяина. Вид у содержателя таверны оказался очень внушительный. В дверь он прошел, лишь развернувшись боком и наклоняясь, чтобы не стукнуться головой о притолоку. Возраста он был уже солидного, но фигура по-прежнему статная, без всякого намека на жир. Не трактирщик прямо, а какой-нибудь боевой генерал – хоть сейчас ряди в доспехи да на коня, впереди войска. Небольшой, но приметный шрам на левой щеке еще больше усиливал это сходство.

Оказавшись рядом, гигант навис над юношей, как башня. Скептически оглядел Барта, пригладил вислые усы. Обернулся к магу:

– Чего надобно? Только говори быстрее, иначе… Ох, боги! Господин Леонард?!

– Да, Карл, – невесело усмехнувшись, ответил Серый. – Я тоже рад тебя видеть.

– Да что же это с вами? – хозяин придержал мага за плечи, будто боясь, что тот сейчас повалится наземь. Опасения эти были недалеки от истины – Серый и впрямь заметно пошатывался. Бешеная скачка давала о себе знать.

– Карл… Нам нужна комната. Любая, только подальше от глаз. Я не стал идти через общий зал…

– Понял, понял, господин Леонард, – закивал хозяин, окидывая быстрым взглядом пустой двор. – Идемте.

Черный ход вел мимо чулана в просторную кухню, где за длинным столом с выскобленной добела столешницей орудовала та самая женщина, что открыла им дверь. Из жерла огромной, пышущей жаром печи доносился запах поспевающей сдобы. Пироги. Кажется, с мясом. Барт судорожно сглотнул, на ходу поглаживая заурчавший желудок.