Этому Игору казалось, что если бы ***-тока можно было оживить, он был бы похож на Джереми. Только Джереми тикал чаще, как часы близкие к концу завода.
Игор не слишком любил часы. Он любил людей. Он предпочитал вещи, которые кровоточат. И по мере того, как часы росли, прибавляя мерцающих кристаллов, которые, как казалось, не совсем были здесь, Джереми становился все сосредоточеннее, а Игор все напряженнее. Определенно происходило что-то новое, и хотя Игоры всегда жаждали нового, существовали пределы. Игор не верил в запретное знание и в то, «Что Человеку Не Положено Знать», хотя явно были некоторые вещи, которые человеку знать не следовало, вроде ощущения того, как каждую частичку его тела засасывает в крохотную дыру, и это единственный вариант возможный в обозримом будущем.
И еще эта Леди ЛеГион. От нее у него по коже шли мурашки, а он был не из тех, кто подвержен даже слабенькому мандражу. Она не была зомби, она не была вампиром, потому что не пахла как они. Она пахла вообще никак. А по опыту Игора, все пахнет как оно само.
И было еще кое-что.
— Ее ноги не кафаются фемли, фэр, — сказал он.
— Конечно касаются, — ответил Джереми, полируя часть механизма рукавом. — Она опять появится здесь через минуту и семнадцать секунд. И я уверен, ее ноги будут касаться земли.
— О, иногда они кафаютфя, фэр. Но приглядитефь, когда она фпуфкается или поднимаетфя по лефтнице, фэр. Она делает это не фовфем правильно, фэр. И от ее фтупней нет тени.
— Фтупней?
— Ног, фэр, — вздохнул Игор. Шепелявость иногда могла мешать, и, по правде говоря, Игор мог легко отремонтировать ее, но она была частью сути Игора. С тем же успехом можно перестать хромать.
— Иди и жди у дверей, — сказал Джереми. — Парение над землей не делает тебя плохим человеком.
Игор пожал плечами. Он придерживался мнения, что это не делает тебя человеком вообще, и в этой связи он ощущал беспокойство из-за того, что Джереми этим утром оделся с большей аккуратностью, чем обычно.
Он решил, что в данных обстоятельствах не стоит касаться вопроса своего найма на работу, но ничто не мешало ему самому все обмозговать. Его наняли до того, как ее светлость подрядила Джереми сделать эти часы? Ну, это значило только то, что она знала его хозяина. Но она договорилась с Игором сама еще в Гадком Шюшайне. И он сразу же отправил себя в почтовой карете. А тут выясняется, что Леди ЛеГион посетила Джереми в тот же самый день.
Единственным более быстрым способом путешествия из Убервальда в Анк-Морпорк чем почта, была магия, если только кто-то не нашел способ путешествовать по семафорной сети. А Леди ЛеГион мало походила на ведьму.
Часы в магазине возводили запруду из звуков, отмечая наступление семи часов, когда Игор открыл переднюю дверь. Это всегда Делалось[10], чтобы предвосхитить стук. Это тоже было частью Кодекса Игоров.
Он распахнул дверь.
— Две пинты, сэр, чудесное и свежее, — сказал мистер Соха, подавая ему бутылки. — И такой день как сегодня просто требует свежих сливок, не правда ли?
Игор презрительно оглядел его, но бутылки взял.
— Я предпочитаю его пить, когда оно фтановитьфя феленым, — высокомерно пояснил он. — Вфего доброго, мифтер Фоха.
Он закрыл дверь.
— Это была не она? — спросил Джереми, когда он вернулся обратно в мастерскую.
— Это был молочник, фэр.
— Она опаздывает на двадцать пять секунд! — обеспокоено произнес Джереми. — Как думаешь, с ней могло что-то случиться?
— Нафтоящие леди фегда фтильно опафдывают, фэр, — сказал Игор, убирая молоко. Оно было холодным как лед.
— Ну, я уверен, что ее светлость настоящая леди.
— Ничего не могу об этом фказать, — ответил Игор, который, как было сказано выше, имел в этом отношении весьма серьезные сомнения. Он вернулся обратно в магазин и едва успел занять позицию, положив руку на ручку двери, как раздался стук.
Леди ЛеГион величаво проплыла мимо Игора. Два тролля проигнорировали его и заняли места по обеим сторонам двери внутри магазина. Игор сразу окрестил их нанятыми булыжниками, которые работают за два доллара плюс то, что они смогут выбить из окружающих.
Ее светлость была впечатлена.
Большие часы были почти закончены. Это не была приземистая квадратная штуковина, о которой рассказывал дедушка Игор. Джереми, к величайшему удивлению Игора — поскольку в доме не было ни единого украшения — снизошел до творческого подхода.
— Твой дедушка помогал делать первые, — говаривал Джереми. — Так что давай сделаем их по-старинке?
И вот они — тонкие высокие часы из хрусталя и формованного стекла, весьма странным образом отражающие свет.
Игор потратил целое состояние на Улице Умельцев. Имея достаточно денег, в Анк-Морпорке можно купить все что угодно, включая людей. Он сделал так, чтобы ни стекольщик, ни резчик хрусталя, делая свою работу, не догадались, для чего предназначены законченные часы, но он напрасно беспокоился. За деньги можно купить много незаинтересованности. Кроме того, кто поверит, что можно мерить время кристаллами?
Только в мастерской они становились единым целым.
Игор суетился вокруг, полируя часы и внимательно слушая, как Джереми расхваливает свое творение.
— …не нуждаются ни в каких металлических частях, — говорил он. — Мы открыли способ пропустить молнию через стекло и нашли человека, отливающего стекло, которое может слегка гнуться.
«Мы» — подумал Игор. Ну, так было всегда. «Мы открыли» означало, что мастер просил, а Игор выдумывал. В любом случае, молния была семейной страстью. С помощью песка, химии и пары секретов, можно было заставить молнию встать на колени и умолять.
Леди ЛеГион дотронулась до часов рукой в перчатке.
— Это делительный механизм… — начал Джереми, подбирая стеклянную сетку со скамейки.
Но ее светлость продолжала глядеть на часы.
— Вы снабдили их циферблатом и стрелками, — сказала она. — Зачем?
— О, они будут работать как надо, отмеряя традиционное время, — сказал Джереми. — Они полностью стеклянные и, теоретически, им никогда не понадобится ремонт. Они будут брать время из универсального тика.
— А. Значит, вы нашли его?
— По времени он охватывает наикратчайшее событие, которое может произойти. Я знаю, что он существует.
Она выглядела почти впечатленной.
— Но часы все еще не закончены.
— В них еще остались некоторые недоделки и ошибки, — сказал Джереми. — Но мы исправим их. Игор говорит, что в понедельник будет сильный шторм. Он сказал, что он станет источником энергии. И потом, — его лицо осветила улыбка. — Не вижу помех к тому, чтобы все часы в мире не стали показывать одно и то же точное время!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
