— Только не посередине, а с краю, — обернулся Найл. — Есть у меня одна мысль…
Больше ему тут делать было нечего, поэтому правитель удобнее перехватил копье и двинулся к лесу.
Между деревьев снега нанесло намного больше, чем на подъеме — выше колена. Тут и там уже тянулись протоптанные стражницами тропинки, но Найл предпочел торить новую, не желая по второму разу осматривать уже проверенные деревья.
Вокруг больше частью стояли пихты, с их характерными, будто взъерошенными кронами и пушистыми ветвями. Правитель прошел метров пятьдесят, осматривая деревья, но ничего интересного не заметил. Вскоре у него возникло такое ощущение, что лес и вправду мертвый — ну не может же так долго не попадаться на глаза ни одного насекомого! В животе появился неприятный холодок. Не от голода, а от страха за то, что путникам не удастся найти ничего. На такой высоте, в таком холоде это означало бы если и не приговор, то уж во всяком случае сильные неприятности.
— Ладно, хватит нюни распускать! — резко одернул он сам себя. Нечего пялиться по сторонам, на виду все равно никто не останется! Думать нужно.
Найл повернулся к ближайшей пихте. С виду ничего. Но вот где бы он сам стал прятаться, готовясь к долгому отдыху? Разумеется, не на ветвях, у всех на виду. Скорее наоборот, где-нибудь пониже, под толстыми пухлыми ветвями.
Правитель присел на корточки, разгреб снег с нижней ветки и с усилием ее поднял, отрывая от земли мелкие примерзшие веточки. Опять ничего…
Если не считать подозрительно круглого камушка, притулившегося у самого ствола. Найл перевернул копье, дотянулся до «шарика», подцепил, попытался подкатить его к себе, но тот лишь прокручивался на месте, не желая даваться в руки человека. Вскоре Найл понял, что от судьбы не уйдешь, тяжело вздохнул и полез под ветку, обиженно морщась из-за посыпавшегося на шею и под тунику снега. Зато шарик оказался ничем иным, как пусть небольшой, но самой настоящей мокрицей!
— Давненько мы не ели такой вкуснятинки, — громко признал правитель, настроение которого мгновенно улучшилось. Кстати, где-то рядом должны отсыпаться и твои подружки.
— Есть!!! — послышался восторженный крик от скалы. — Нашла!
Похоже, дело стронулось с мертвой точки.
— Где ты, Посланник? — вопрос, прозвучавший в сознании Найла, выражал сильную обеспокоенность.
— Рад слышать тебя, Дравиг, — немедленно ответил правитель. Мы ушли вперед, догоняйте. Если все смертоносцы «проснулись», то торопитесь сюда, вам обязательно нужно успеть засветло.
— Рад слышать тебя, Посланник, — жизнерадостность, ясно ощущаемая в мыслях правителя, передалась и смертоносцу. — Постараемся успеть.
— Хочется увидеть вас к ужину, — не удержался от хвастовства Найл. Ему не терпелось донести до восьмилапых соратников известие о своем успехе.
— Спасибо за сообщение, тогда успеем, — спокойно ответил Дравиг. Похвальбу Посланника он воспринял всего лишь как указание не жалеть сил — ведь у подножия вершины затраченную энергию можно будет полностью восстановить.
В этот момент радостные крики донеслись справа, от скал, где искали добычу будущие мужчины, и скоро гордые собой дети уже волокли по снегу за задние лапы пятнистого жука-ленивца, способного охотиться только на медлительных афид. Поравнявшись с Найлом, они остановились, и один из юношей спросил:
— Скажи, Посланник, а как ты догадался, что все эти насекомые прячутся здесь под снегом?
— Тройлек вспоминал, — пожал плечами правитель, — как у них, на севере, охотники зимой дичь в лесу собирают. Я ведь рассказывал, еще в долине.
— А мы как-то внимания не обратили. — юноша обернулся к друзьям за поддержкой.
— Вот для этого и нужна «память», — улыбнулся Найл. — Никогда не знаешь, в какой момент она может пригодиться.
— Но ведь Пурт находится не с нами, а в Парящей башне! Если мы уйдем слишком далеко, то как же он сможет давать советы? — похоже, мальчишка был уверен, что Посланник продолжает поддерживать с искалеченным паучком мысленный контакт.
— А он и сейчас не дает советы. Он просто запоминает все то, что с нами происходит. И потом все это смогут подробно узнать ваши дети, внуки, правнуки. Они смогут не повторять наших ошибок, воспользоваться нашим опытам — точно так же, как сегодня мы воспользовались опытом далекого Тройлека. Память в Парящей Башне позволит каждому из новых поколений людей и пауков не познавать мир с самого начала, а получить наши знания в готовом виде и идти дальше, накапливая новый опыт для новых поколений.
Внешне Посланник и дети почти не отличались, однако рядом с ними Найл почувствовал себя старше на целую вечность. Умудренный жизнью седой старец. Правитель снова улыбнулся и направился к следующей пихте: мокрицы живут стаями — раз попалась одна, то где-то здесь должны быть еще.
Смертоносцы примчались задолго до сумерек, однако к этому времени мальчишки успели найти еще одного ленивца, Найл насобирал пяток мокриц, девочки — больше десяти коконов бабочек и мотыльков, и только Сидония со своими стражницами вернулась с пустыми руками.
Верная принципу «Правители обязаны отличаться от прочих людей», принцесса Мерлью запекла себе и Посланнику по мокрице, а всем остальным людям достался печеный жук. Второго жука предусмотрительная Мерлью решила оставить на утро, а прочую мелкую добычу распорядилась отдать паукам.
Когда смертоносцы подкрепили свои силы, Найл позвал Дравига в расселину между скалой и горным массивом и спросил:
— Вы не могли бы поставить здесь шатер? Такой же, как в долине, но чтобы он не касался стен: камни промерзли насквозь, от них будет идти холод.
Коротким мысленным импульсом смертоносец дал понять, что понял приказ, и уже через считанные мгновения на стенах расщелины появились пауки.
Найл отступил к костру, наблюдая, как восьмилапые соратники споро растягивают нити, потом начинают метаться от стены к стене, превращая прозрачный паутинный каркас в продолговатый белый шатер.
— Принцесса! — оглянулся Посланник. Когда у тебя появятся свободные люди, прикажи им наломать еловых и сосновых ветвей и выстелить пол шатра.
— Что? — Мерлью подошла ближе, с минуту наблюдала за паучьей работой, потом кивнула. — Отлично! Хоть сегодня мерзнуть не будем.
— Так ты распорядишься на счет веток.
— Как прикажете, мой господин, — девушка склонилась в шутливом полупоклоне.
— Только посмотри, чтобы пихту не брали, — улыбнулся Найл. — У нее шишки липкие, потом не отодрать будет.
— Это все, мой господин?
— Нет, — Найл приблизился к принцессе, взял ее за плечи, привлек к себе и крепко поцеловал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
