Она не могла понять, чем вызвала взрыв такой неприкрытой враждебности, и отвернулась, чтобы скрыть, что это ее ранило. Конечно, глупо было переживать, ведь она знала Рика. Знала, что ждать от него проявления хоть каких-то теплых чувств бесполезно. Но он был ее братом, и вычеркнуть его из своей жизни она не могла. Возможно, когда-нибудь такой день придет, но пока он не наступил, и она еще раз подивилась тому, как уязвляют ее его выпады.
Мысль о том, чтобы ее кладь нес Рик, ей совсем не понравилась, потому что там был ее пистолет. Однако ссориться с ним из-за этого она не собиралась. Это было не так уж важно.
— Не трогай ее поклажу, — снова вмешался Бен. Ему было плевать на то, что подумает и как поступит Рик Шервуд. — Ты жалкий болван. Она несет столько же, сколько и ты, а может, и побольше. Вообще-то можешь поднять обе клади, чтобы сравнить вес, но затем мягко положи ее кладь на землю и заткни свой дурацкий рот раз и навсегда.
Рик стоял над ее кладью и яростно сверлил Бена взглядом.
— Поднимай! — рявкнул Бен.
Рик нагнулся и поднял поклажу. Удивление разлилось по его лицу, и он быстро взглянул на Джиллиан. Затем он снова искривил губы в издевательской усмешке и явно собирался бросить груз на землю.
— Держи его! — резко приказал Бен. — Я же тебе сказал: мягко.
Он стоял расставив ноги и слегка наклонив голову вперед. Руки его были спокойно опущены вдоль тела, но было видно, что он готов немедля и не задумываясь пустить в ход силу.
С нескрываемой яростью в глазах Рик тихо опустил груз на землю, как ему было приказано. Не сказав больше ни слова, он вернулся к своей клади.
— Я согласен с Льюисом, — тихо и жестко сказал Кейтс, схватив Рика и оттащив его в сторону. — Заткни свой дурацкий рот. Мне плевать, что ты ненавидишь свою сестру. Но если ты будешь продолжать так и дальше, она решит, что ей незачем нас терпеть. И ей ничто не помешает отправиться дальше с одним Льюисом. Делай что хочешь, но помирись с ней. Я не шучу.
Вид у Рика был сразу и угрюмый и злобный, но в кои-то веки он прислушался к чужому совету и заткнулся.
Джиллиан подняла свою кладь и молча просунула руки в лямки, затем застегнула пряжку на груди. К ней подошел Бен.
— Все в порядке? — спросил он.
Она не поняла, что он имел в виду. Спрашивает ли он ее о том, не расстроил ли ее Рик, или о том, способна ли она выдержать заданную им скорость? «Все равно, — решила она, — ответ будет и в том и в другом случае один».
— Все в порядке.
Он обошел отряд, проверяя, все нагружены равномерно и не забыто ли что-нибудь на месте привала. С того момента, как они покинули лодки, он очень переменился, стал насторожен, как дикое животное. Его прищуренные глаза все время перебегали с одной стороны тропы на другую, ничего не упуская из виду. Манера говорить стала отрывистой и повелительной. Теперь было нетрудно поверить, что он и впрямь лучший проводник на Амазонке. Даже внешность его изменилась: штанины брюк были заправлены в сапоги, доходившие до половины икр, рубашка аккуратно заправлена в брюки. Пистолет он теперь открыто носил в кобуре, висящей на худощавом бедре, как у стрелков из фильмов о Диком Западе. На поясе у него висело в ножнах мачете с двухфунтовым клинком, а на левом плече — духовое ружье, стрелявшее дробью. Возможно, весь этот арсенал и был причиной того, что Рик отступил.
— Все готовы? — крикнул Бен. — Тогда в путь.
Он шел впереди, время от времени орудуя мачете, чтобы расчищать дорогу. За ним следовали Пене и Эу-логио с носилками, дальше шла Джиллиан. Сразу за нею шагали Жоржи и Флориано со вторыми носилками, затем пара Винсенте и Мартим с третьими, потом Жоаким и Дутра с четвертыми. Рик и Кейтс тащились сзади, стараясь не отставать.
Отдых позволил Джиллиан восстановить силы, но после двух часов ходьбы утомление стало нарастать с каждым часом. Лямки врезались в плечи, и дискомфорт быстро перерос в настоящую боль. Она пыталась передвигать лямки, но при этом смещался весь груз и нести его становилось еще труднее. Тогда она стала подсовывать под них пальцы, чтобы изменить точку давления, потому что не представляла, как иначе выдержит еще несколько часов. Завтра, пообещала она себе, она подложит под лямки какие-нибудь подушечки, чтобы хоть как-то защитить плечи.
Ноги хоть и болели, но шли. Дома она привыкла пробегать каждый день по пять миль и регулярно поднимала гири, но, чтобы привыкнуть нести за спиной кладь, надо почаще ее носить. Дни, проведенные на лодке, без физических упражнений, ухудшили ее физическую форму. Но она знала, что на третий день станет лучше. А пока надо просто терпеть.
Жоржи, шедший сзади, тихо спросил:
— Больно от лямок, сеньора?
Она улыбнулась ему через плечо:
— Да, врезаются. Завтра я что-нибудь подложу под них.
— Может быть, хотите положить свою кладь к нам на носилки? Мы этого веса даже не заметим.
— Спасибо за предложение, — ответила она, тронутая его заботой. — Но если я не могу нести свою долю, не стоило мне и идти.
— Но, сеньора, вы женщина. Вы не должны нести мужской груз.
— В этом походе должна. Я вообще-то очень сильная, скоро я и замечать его не буду.
— Хорошо, но, если станет слишком тяжело, мы понесем его за вас.
Услышав их голоса, Бен оглянулся через плечо. Он быстро окинул Джиллиан опытным глазом, оценивая ее состояние. Она не сомневалась, что он услышал достаточно, чтобы понять смысл их разговора. Ничего не сказав, по-видимому удовлетворенный, он снова переключил свое внимание на тропу.
Может быть, из сострадания, а скорее всего, просто из осторожности, Бен объявил привал, когда до заката оставалось еще два часа светлого времени. Джиллиан расстегнула пряжку на груди и осторожно опустила груз с плеч, морщась от боли в мышцах. Она с удовольствием упала бы на землю, но еще было много работы. Надо было расчистить место под палатки, и, натянув перчатки, она взялась за мачете, чтобы рубить кустарник.
— Берегись змей! — крикнул Бен.
— Спасибо за предупреждение, — пробормотала она. — Я буду осторожна.
— Ямкоголовая гадюка любит нежиться среди опавших листьев, поджидая, корда ее обед об нее споткнется.
Будь он проклят! Она остановилась и стала пристально вглядываться в землю, затем снова начала рубить кусты. Вообще-то она знала о змеях и перед началом работы машинально огляделась вокруг, но он встревожил ее и заставил сделать это еще раз. Впрочем, такая предосторожность была, надо сказать, совсем не напрасной. Лучше уж лишний раз побеспокоиться, чем нарваться на змеиный укус. Конечно, у них с собой была противозмеиная сыворотка, но встреча с жараракой, ямкоголовой гадюкой, грозила мучительной смертью, а гремучник был еще опасней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
