— Рогалик, ты разве не хотел скормить его аллигаторам? — поинтересовалась Анженика.
— Он мне пока нужен, как-нибудь в другой раз, — ответил Саарурок рассеяно, шагая дальше. — Треклятье, прошло полдня, а сделано так мало! Экспедиция в дальние края — это такое дело, что требует серьезной подготовки. Ты отобрала из своих товарок самых сообразительных в наш отряд, Анженика?
— Конечно.
— Они точно сообразительные? А то у вашего народа как-то плохо с этим делом.
— Ты на что намекаешь, оленья башка?!
— Да так, наблюдения натуралиста. А что Шпулька? Она успеет собрать нам подходящий транспорт?
— Когда я ее видела последний раз, работа кипела.
— Транспорт, повелитель? — взвизгнул первый советник.
Саарурок покосился на него.
— Что с тобой, Анжелис? Ну да, транспорт, не пешком же идти. До этих Ледяных гор куча километров, как-никак край Волшебной Страны.
— Но повелитель! Как вы можете доверять свою жизнь машине, изготовленной ненормальными наркоманками?
— Выбирай выражения, плешивый гоблин! — угрожающе приблизилась Анженика, и первый советник опасливо спрятался за Властелина.
— Анжелис, если уж на то пошло, я доверяю их машине не свою жизнь, а твою, — сообщил Саарурок. — Я же бессмертное могущественное существо. Шпулька соберет нормальную машину, не беспокойся. Если не перепутает какие-нибудь детали, конечно.
— Но Повелитель, почему вы думаете, что послание именно вам, может быть это какое-то совпадение? Там ведь написано «тебе о Темный Властитель. А вы ведь Темный Повелитель»
Саарурок поправил:
— Властелин.
— Повелитель… — упорно проговорил советник.
— Нет, Властелин! Треклятье, Анжелис, что у тебя с головой, почему ты не можешь воспринимать и произносить слово Властелин, а?! Почему в этой проклятой всеми богами и демонами Волшебной стране, никто не называет меня властелин?! Одни только люди спокойно и без пререканий называют меня, как надо! — Саарурок перевел дух и проговорил спокойнее: — Да, там написано Темному Властителю, а я Темный Властелин, но треклятье, разве это не одно и тоже? Властитель и Властелин? Я мог бы называться и темным Властителем, какая разница? Это просто такое общее выражение, обозначающее личностей моей профессии.
— Но почему тот, кто адресовал послание вам лично, не называет вас по имени, а использует какое-то общее понятие? Под которое мог бы попасть, например, и маг Зилтериус?
— Стручок! Ты чего пристал к своему хозяину? Я не позволю сорвать наше приключение, всякими домыслами! — возмутилась Анженика.
— Это не приключение, это самоубийственная авантюра! — вскричал Анжелис.
— Отнюдь, Анжелис, не согласился Властелин. — Мы ведь не с армией туда нагрянем. У нас будет будто бы дипломатический визит. С чего магам нападать на нас? Они же не отморозки, хоть и живут в Ледяных горах.
С этими словами Саарурок толкнул двери в зал парламента и вошел в шумное помещение наполненное воробьями. Властелин не знал, как выглядел Парламент воробьев раньше. Тот, который он сжег. Но сейчас это было куда более просторным и симпатичным местом. Начиная всем зданием с галереями и помещениями и заканчивая этим конкретным залом. Скамьи с многочисленными воробьями размещались полукругом вокруг Громадного черного трона, по спинке и подлокотникам которого вились драконы. А по бокам этой скульптурной композиции был разбит настоящий сад со скалами, темные камни высились до потолка и по ним струилась вода. Где-то рядом с троном скромно примостилась трибунка для выступлений.
Саарурок нетерпеливым жестом призвал всех умолкнуть, потом прошел к трону и устало бухнулся на него, выгнав с трибунки выступавшего как раз воробья, фразой: «Нечего тут свиристеть над ухом, треклятая заправка для супа».
— И так, дорогие подданные, у меня для вас маленькое объявление. До вас, вероятно, дошли слухи, что я вас намерен покинуть на какое-то время? Это не слухи. Те из вас, кто на радостях уже вознамерился станцевать вокруг статуи Конкорда, притащив ее из туалета, куда я распорядился поставить сие произведение искусства для украшения интерьера, поспешу предупредить. Я вернусь, и если мои, оставленные ранее, указания не будут выполнены, я вас всех зажарю, красочно и с кулинарной выдумкой. Начну, конечно, с парламента. Но это еще не все. Согласитесь, совсем без императора вам жить нельзя. Ваша демократия — это очень мило, но несколько неорганизованно и сказывается на скорости принятия решений. Я придумал специальную должность — Заместитель Императора!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Саарурок сделал паузу, ожидая если не аплодисментов, то хотя бы вздоха удивления, но парламентарии продолжали молча его разглядывать, и в маленьких глазках отражалось размышление о том, сильно ли он спятил, и поправимо ли это.
Саарурок поднялся с трона, и поманил пальцем воробья в красном тюрбане:
— Идите-ка сюда, уважаемый Ансил.
Воробей в красном недовольно нахохлился, однако в его виде промелькнула опаска, он неуверенно оглянулся на собратьев, но потом все же подлетел.
— Присаживайся вон туда, и сделай морду посерьезней, — распорядился Властелин.
Ансил неуверенно подлетел к трону и опустился на сидение, покосившись на нависающих каменных драконов, как будто ожидая, что они его сейчас проглотят.
— Познакомьтесь со своим Заместителем Императора, воробьи! — объявил Саарурок.
— В каком это смысле? — возмутился Ансил, заклокотав.
— Неслыханно! — охнули на скамьях.
— Да ты в своем уме, рогатый? — вскричала Анженика. — Этот переросток ведь тебя открыто ненавидит!
— Треклятье, фея, ты не могла попридержать свой комментарий на потом? Кто вообще пускает женщин на государственный совет, а? Откуда у тебя такая порочащая информация, о моем лучшем друге, Анженика? — Саарурок протянул руку, и погладил Ансила, который от такого жеста впал в полный шок и даже чуть не улетел прочь с трона, если бы Властелин его не удержал на месте. — Ансил, дружище, разве мы в соре? — спросил он у воробья, продолжая ерошить ему перышки на голове. — Посмотри на себя, ты же лучший из воробьев, я сразу тебя выделил из всех. Ты смелый, умный, решительный, не боишься выражать свое мнение. Ты лучше их, и должен быть выше их по статусу, не находишь?
Ансил ничего не находил, он не знал, то ли разораться от возмущения, то ли признать некоторую справедливость прозвучавших слов.
— Но это невозможно! — закричали опять со скамей парламентарии. — Никто из воробьев не может быть выше других по статусу! Мы равны!
— А ну замолкните! — гаркнул Саарурок лениво.
— Если вам нужно назначить над нами своего заместителя, назначьте кого-то из своих приближенных! Мы подчинимся ему, но как мы будем подчинятся одному из нас? — более сдержано заметили воробьи.
— Очень просто, а потом даже в привычку войдет, — сказал Саарурок.
— Э-э… отшельник… почему я? — обрел, наконец, дар речи Ансил. — Если уж на то пошло Уважаемый Хог, пользуется у нас у всех большим уважением, тогда бы уж его…
Властелин замахал рукой.
— Нет-нет, что за речи, Ансил? Давай я сделаю вид, что не слышал эти сопли про Уважаемого Хога. Ты теперь Заместитель Императора! Забудь свои треклятые комплексы. Ты теперь можешь приказать, и Хога пойдут высекут розгами.
— Э-э… да? — не без интереса спросил Ансил, видимо у него бывали столкновения с этим воробьем, Саарурок почуял верно.
— Конечно можешь! В мое отсутствие ты обладаешь полной властью над воробьями, — сказал Саарурок. — Вот, держи, это символ твоей власти, ты получаешь его из моих рук. — Саарурок сотворил маленький бронзовый скипетр и дал воробью. Тот неловко зажал его крылом, растерянно моргая.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ансил, что за балаган, просто откажись, — выступил из ряда воробьев Уважаемый Хог.
— Да я… я… — начал что-то говорить Ансил.
— Я не потерплю никаких отказов! — отрезал Саарурок. И вообще, Ансил, ты Заместитель Императора, почему этот сморчок смеет тебе дерзить? Разве он имеет право так разговаривать с лучшим из воробьев, с самим Заместителем Императора?
