меня, мягко скажем не самыми богатырскими размерами, иначе штаны бы пришлось зашивать.
Впрочем, был ещё кое-кто, кого это действо не оставило равнодушным.
— Достало, — чуть ли не прорычала Айлин, поднимаясь с места. В два шага она преодолела разделявшее нас расстояние, схватила маркитантку за волосы и чуть ли не поволокла её к телегам. Протащила её с десяток метров под удивлённые взгляды всего отряда, припёрла её к борту одной из повозок и что-то зло зашипела прямо в лицо перепуганной Марте.
Что именно она говорила, я не слышал. Но и без того было понятно — дело пахло керосином. Та самая последняя ниточка, удерживавшая девушку от срыва, всё-таки лопнула. Пусть и не по моей вине. Вот только это, похоже, было уже совсем неважно. Ведь именно мне, как командиру отряда, предстояло теперь разбираться в этой сваре. Причём, желательно, так, чтобы этот конфликт решился раз и навсегда. Иначе он будет и дальше мешать всем нормально и спокойно работать. Дерьмо… Ну почему всё это именно сегодня?
Айлин замахнулась и с оттяжкой отвесила маркитантке смачную пощёчину. Послышались сдавленные всхлипы. Блять. Пора с этим цирком заканчивать.
Я встал и быстрым шагом направился к разбушевавшейся парочке. Вокруг царила гробовая тишина, нарушаемая лишь периодическими всхлипами маркитантки. Взгляды всего лагеря были устремлены на меня.
Айлин снова замахнулась намереваясь отвесить маркитантке новую пощёчину. Но в этот раз довести до конца это дело она не успела. Я перехватил её руку на полпути. Девушка вздрогнула и замерла. А затем зло покосилась на меня.
— Иди к костру, — одними губами прошептал ей я, — Живо.
Она попыталась вырвать руку, но я держал крепко. Всё-таки несколько пунктов вложенные в силу играли свою роль.
— Всё поняла? — спросил я, глядя прямо ей в глаза.
— Да, — сплюнула девушка, дёрнув руку вниз и всё-таки освободившись от хватки, — Можешь утешать свою шлюху. Козёл.
Она со злости пнула какую-то доску, неудачно валявшуюся под ногами, и пошла обратно к костру. Маркитантка продолжила всхлипывать, держась за ушибленную щёку. Мда. Вляпался я в дерьмо. Впрочем, сам виноват. Довыёбывался.
— Всё хорошо, — я взял Марту за плечи, и слегка приобнял, — Всё закончилось. Больше тебя никто бить не будет. Я обещаю.
Девушка ещё разок всхлипнула, а затем внезапно обвила руками мою шею и чуть ли не повисла на мне, прижавшись всем телом. Незабинтованную щёку обожгло её горячее дыхание. Губы прошептали мне на ухо:
— Так, может, обсудим это в твоём шатре.
Моё тело начало откровенно бунтовать против моих же мозгов. Оно было явно не против «обсудить это». А потом ещё разок. И ещё. Дыхание перехватило. Руки сами собой потянулись к завязкам на её платье. Тело подалось чуть вперёд и…
Мать твою. Соберись тряпка. Ты человек, а не животное. Пусть оцифрованный, но всё-таки человек. И тобой управляет твоя голова, а не твоя головка. Все эти всхлипы и игра в «жертву» были обыкновенной манипуляцией, чтобы поставить тебя в это… мягко сказать, неловкое положение. А ты на них повёлся, как последний идиот. Ладно. Всё. Спокойно. Дальше я уж точно не обязан играть в эти игры.
— Так, а вот это уже лишнее, — выдохнул я, мягко отстранил девушку от себя и сам отошёл на шаг назад. Марта слегка ошарашенно уставилась на меня. Похоже, это был первый раз, когда её по настоящему и вот так вот в лоб обломали. Впрочем, неудивительно. Девушка по-настоящему была хороша собой. А не самая простая жизнь научила её очаровывать и умело манипулировать. Но рано или поздно коса должна была найти на камень. Даже забавно, что этим камнем стал именно я.
— Я сказал, что никто не будет тебя бить. За это я могу поручиться, — спокойным голосом повторил я, — Но чтобы такого, что случилось возле костра — не было. Это понятно? И подругам своим передай, чтобы прекратили, — я немного помолчал и добавил, — Иначе мне придётся вас всех выгнать из отряда. А мне бы не хотелось до этого доводить.
— Но… — маркитантка всё ещё сверлила меня недоумённым взглядом, не в силах подобрать нужные слова.
— Ну, моя дорогая, — к нам подошёл Роберт, обнял ещё больше офигевшую от такого поворота девушку за плечи, подмигнул мне и потащил её куда-то в сторону, — Зачем тебе нужен этот грубиян и зануда. Пойдем лучше ко мне. Я тебе спою одну из моих лучших баллад. Выпьем вина и…
Что «и», я уже не услышал. Но тем не менее, был очень благодарен Роберту. Сейчас он действительно очень вовремя вклинился и буквально спас мою задницу от крайне неловкого разговора. Впрочем, решилась лишь половина проблемы. И теперь мне предстояло разгребать вторую.
Я подошёл к костру и кивнул Айлин.
— Пойдем. Надо поговорить.
— Не хочу, — отрезала девушка, — Не о чем нам больше говорить.
— Не вынуждай меня применять запрещённый приём.
— Что хочешь, то и применяй. Мне наплевать, — она показушно отвернулась. Ломается. Боже, как же всё это меня заебало.
— Помнится, кое-кто мне обещал утром моими ранами заняться, — пожал плечами я.
— Я передумала, — чуть ли не выплюнула Айлин.
Ну, а теперь пришло время того самого запрещённого приёма. Однажды он сработал. Думаю, прокатит и сейчас.
— Моё дело предложить, — я равнодушно пожал плечами и потопал к своему шатру. Нарочито неторопливо. Давая Айлин время «на подумать».
Надо признать девушка в долгу не осталась. Она решила попробовать взять меня «на-слабо», и потянуть время. Впрочем, как и Марту здесь её ожидал облом. На такие манипуляции я тоже не вёлся.
Шаги за моей спиной послышались лишь тогда, когда мои руки уже открывали полог шатра. Я оглянулся, и довольно хмыкнул. Это была Айлин.
— Только потому, что пообещала, — буркнула девушка.
— Я так и понял, — хмыкнул я, отодвигая полог шатра в сторону и пропуская Айлин внутрь, — Дамы вперёд.
— Выпендрёжник, — бросила девушка.
Мы прошли внутрь. Я устало опустился на один из стульев и тяжело выдохнул. Девушка уселась за столик, скрестила на груди руки и принялась прожигать меня злым взглядом. В шатре повисла напряженная тишина.
— Ну. И как это понимать? — нарушил молчание я, наконец-то собравшись с мыслями.
— У меня к тебе тот же вопрос, — ехидно заметила Айлин, — Как всё это понимать?
— Я
