— Привожу информацию? — Она рассмеялась. — Что за вздор, Ги. Кто доверит мне информацию? Да я не задумываясь выболтаю ее первому попавшемуся собеседнику. Отец когда-то называл меня ветреной девчонкой. Обидная характеристика, но в ней, увы, есть доля правды. Так вы меня проводите?
— Разумеется, — с поклоном ответил он. — Куда угодно и когда угодно, Жанна. Только прикажите.
— В таком случае я захвачу шляпку, и мы поедем.
Менее чем через час она сидела в элегантном кабинете, отведенном для генерала Валери в помещении штаб-квартиры французов. Он предложил ей бокал вина, и они вежливо поговорили об ее отце.
— Итак, — сказал наконец генерал, — ты вернулась, Жанна. Выехать из Португалии удалось без проблем? Англичане так тщательно охраняют границу, что до нас почти не доходит никаких сведений о происходящем в самой Португалии.
— Мне позволяют приезжать и уезжать когда пожелаю. Какую угрозу может представлять женщина? — Она улыбнулась.
— Ты отлично играешь свою роль, Жанна, — сказал он. — Те, кто тебя не знает, и впрямь считают тебя безобидным легкомысленным существом.
— Иногда, — призналась она, — бывает очень утомительно постоянно играть роль. Хорошо возвратиться домой.
— А что на самом деле происходит в Португалии? — спросил он, усаживаясь в кресло напротив нее и пристально глядя ей в глаза. Жуана поняла, что начинается разговор, ради которого он ее пригласил. — Виконт Веллингтон — не забавно ли, что он позволяет мне называть его Артуром? — находится в Висо, на севере, вместе с основным контингентом своей армии. Правда, незначительная часть войск все еще находится на юге. Они ждут вашего наступления. Уверена, что вам и так все известно. Когда я прихожу к вам с докладом, то всегда чувствую, как мало сделала. Я очень хотела бы давать полезную информацию. Но я всего лишь женщина и могу только наблюдать и слушать. В мои руки никогда не попадают интересные документы, и никто никогда не сообщает мне никакой сверхсекретной информации. Как ни печально!
— Но ты очень хорошо работаешь, Жанна, — сказал он. — Ты все подмечаешь. Твои наблюдения иногда оказываются более полезными, чем ты предполагаешь. Где ты побывала за последнее время?
— До приезда сюда? Я была в Лиссабоне, потом снова вернулась в Висо. Потом под предлогом, что в Висо мне скучно и хочется поразвлечься, я снова уехала в Лиссабон, надеясь собрать для вас полезную информацию. Но, увы, ничего интересного не было.
— Совсем ничего? — спросил он.
— Только балы, флирты и бесконечные переезды. Все скучно и бесполезно.
Он придвинул свое кресло поближе к ней.
— К нам попал один английский капитан. Весьма дерзкий тип. Шпион, разумеется.
— Не очень-то умелый, если позволил взять себя в плен, — сказала она. — Что он делал?
— Пытался связаться с каким-то партизаном в городе. К нашему стыду, тем, кто был с ним, удалось скрыться, иначе мы получили бы от них больше информации. Но британского солдата мы не можем подвергать пытке или казни. Поэтому нам пришлось освободить его под честное слово, вернув ему саблю и винтовку.
— Винтовку? — Она удивленно вскинула брови.
— Мне хотелось разломать ее на тысячи кусков, — признался он. — Дьявольское оружие. И почему, хотел бы я знать, наших пехотинцев не могут вооружить таким же образом? По сравнению с мушкетами оно отличается вдвое большей меткостью.
— Офицер стрелкового батальона? — спросила она.
— Блейк, капитан. Он очень дерзко вел себя, пока мы не обнаружили при нем один документ. Ему пришлось сознаться, что он должен был показать документ здешним партизанам, чтобы заставить нас действовать во время летней кампании так, как задумал Веллингтон.
— Капитан Блейк? — рассмеявшись, воскликнула Жуана. — Я его знаю. Ему было поручено сопровождать меня в Висо. Значит, он появился здесь и вы его взяли в плен? Уверена, что он был не в восторге.
— Да уж, едва ли мы его обрадовали, — сказал генерал Валери.
— Насколько я понимаю, он является одним из самых надежных и успешных шпионов лорда Веллингтона.
— Да неужели? — воскликнул генерал. — Ах, Жанна, ты и сама не понимаешь, как ценно то, что ты говоришь. Пока он не увидел свой документ, он что-то бормотал, путался, заикался. То он убеждал нас, что чертеж подложили, чтобы ввести нас в заблуждение, и высмеивал нас за то, что мы подумали, будто Веллингтон мог послать точный чертеж своих оборонительных сооружений на вражескую территорию, то замыкался, бледнел и отказывался говорить, время от времени осыпая нас нецензурной бранью.
— Представляю себе! Несомненно, он хороший актер. Чтобы завоевать такую, как у него, репутацию, он обязан быть хорошим актером, не так ли?
— Но у нас возникла проблема, Жанна, — продолжал он. — Чему верить? Судя по чертежу, вокруг Лиссабона расположены мощные и совершенно неприступные оборонительные сооружения, и если он верен, то с нашей стороны было бы безумием начинать наступление на севере. Кроме того, чертеж подтверждает предположения, которые были у нас и раньше. Однако кое-что нас озадачивает: почему англичане допустили, чтобы такой документ оказался поблизости от нас — буквально сам пришел к нам в руки? Если нужно было предупредить партизан, то было бы разумнее, чтобы капитан Блейк передал им все, что нужно, на словах. Взяв его в плен, мы узнали все и одновременно не узнали ничего.
— Где предположительно находятся указанные в чертеже мощные оборонительные сооружения? — спросила Жуана.
— К северу от Лиссабона. Три отдельные линии обороны, простирающиеся от моря до реки. Мы могли бы захватить территорию Португалии. И маршал, и я, мы оба убеждены, что Португалия будет нашей, если мы возьмем Лиссабон и наконец выгоним англичан из Европы раз и навсегда. А если нет? Похоже, нам следует все-таки пойти к югу и овладеть крепостью Бадахос. Но осада может продлиться не один месяц. И возможно, она будет напрасной, если чертеж сделан с намерением ввести нас в заблуждение.
Жуана рассмеялась.
— К северу от Лиссабона? Три линии неприступных оборонительных сооружений? Какая нелепость, генерал! Всего две недели назад я проезжала там с капитаном Блейком. Хотелось бы мне посмотреть на его физиономию, когда он увидит здесь меня. Не подведут ли его актерские способности? — Она снова рассмеялась и даже промокнула выступившие от смеха слезы кружевным платочком, который извлекла из ридикюля.
Генерал внимательно посмотрел на нее.
— А что? Хорошая мысль! — сказал он. — Ты согласишься увидеться с ним, Жанна?
Она перестала смеяться и взглянула на генерала.
— Столкнуться лицом к лицу с капитаном Блейком? Почему бы нет? Я думаю, мне будет даже приятно, генерал. — В ее глазах блеснули озорные искорки.
