Читаем без скачивания Он свое получит - Джеймс Чейз

Гнев, звеневший в ее голосе, подействовал на Гарри словно удар бича. Он начал что-то говорить, но она закричала еще пронзительней:

– Прочь с моих глаз!!! Вон отсюда! Вонючий трус! Не хочу, не хочу больше тебя видеть!

Он повернулся и, пошатываясь, побрел к машине. Плохо соображая, что делает, сел в «бьюик», завел мотор и поехал по дороге от пляжа. Он ехал в каком-то странном оцепенении, пока не достиг стены из раковин и тут остановился. Дальше вести машину не было сил. Его сотрясала дрожь, рот резкими короткими рывками хватал воздух. Он сидел неподвижно, с закрытыми глазами, вцепившись в руль, а в ушах его звенел высокий гневный голос. Всем существом своим он ощущал собственную мерзость.

Когда машина отъехала, Глория упала на песок и спрятала лицо в ладонях. Она слышала звук мотора, но не оглянулась, даже головы не подняла. Она тоже дрожала, но несмотря на это, испытывала странную радость. Все, наконец, закончилось. Наконец, она свободна от него. И ей было наплевать, что придется идти до шоссе целых две мили, стоять там под жарким солнцем и ловить машину. То, что довелось ей только что пережить, притупило чувства, и впервые за долгие годы она ощущала пьянящую легкость и свободу. Ей было наплевать, что Гарри уехал с её чемоданом. Она избавилась от него. Облегчение было так велико, что она плакала от радости.

Она не слышала шагов Борга по золотому песку. Он приближался, правая рука в перчатке сжимала гаечный ключ – оружие Гарри, которое тот отбросил в сторону.

И только когда на нее упала большая черная тень, она поняла, что не одна. Подняла голову и застыла. В какую-то долю секунды она успела разглядеть злобное жирное лицо и руку с гаечным ключом, что опускался ей на голову. Она раскрыла рот, пытаясь крикнуть, но, прежде чем звук успел подняться в горле, в глазах у нее сверкнула ослепительно яркая вспышка, и ее жизнь в этом мире закончилась.

Глава седьмая

Лишь когда лучи солнца проникли в «бьюик» сквозь ветровое стекло и стали жечь лицо, Гарри очнулся. Он не знал, сколько просидел в машине. «Интересно, что делает сейчас Глория, – вяло подумал он. – Нельзя же бросать ее вот так одну, в таком пустынном месте. До дороги добрых две мили…» И все же ему не хотелось возвращаться туда, на пляж, где она так страшно на него кричала.

Он закурил, отметив, что руки у него до сих пор дрожат. Обернулся, посмотрел через заднее стекло, не видно ли ее на дороге, и тут взгляд его упал на чемодан, что лежал на заднем сидении. Это решило все. Нельзя уехать с ее вещами, да и у дороги чемодан не бросишь.

Он завел мотор и с трудом – шоссе было слишком узким – развернулся. Медленно поехал назад, к тому месту, откуда начинался пляж.

Относительно «мягкое» утреннее солнце палило уже совсем немилосердно, сухой жар обрушился на него, когда он распахнул дверцу, вышел и, стараясь держаться в тени пальм, зашагал к морю.

Внезапно он остановился и нахмурился. Он видел Глорию – она лежала на боку на песке, наверное, спала или просто отдыхала. «Непонятно только, почему она лежит на самом солнцепеке, не пытаясь укрыться в тени от этого бешеного солнца…»

Прячась за лохматыми стволами пальм, Борг следил за каждым движением Гарри. Лицо лишено каких-либо эмоций, пальцы лежат на спусковом крючке.

– Глория! – окликнул Гарри, боясь подойти и испугать ее. – Глори!

Она не шевельнулась, словно не слышала. С нарастающим беспокойством он направился к ней.

– Глори! – снова позвал он и вдруг резко остановился. При виде темно-красного пятна на песке, возле ее головы, его пробрала дрожь.

Довольно долго он стоял неподвижно, затем очень медленно двинулся вперед. Остановился в нескольких футах. И, увидев страшную рану на голове, ее искаженное ужасом неподвижное лицо, полузакрытые незрячие глаза, сразу же понял – она мертва.

Сигарета упала на песок. Он не верил своим глазам. Возникла безумная мысль, что это его рук дело, но через несколько секунд он сумел взять себя в руки и вспомнить вполне отчетливо, что этого не было. «Да, но и сама она не могла нанести себе такие раны», – думал он, нервно озираясь по сторонам. Тело стало ватным от страха.

Огромный пляж был пуст. Он стал всматриваться в густую темную полосу леса, что тянулась вдоль берега. «Может, там кто-то прячется… Может, этот кто-то стал свидетелем их ссоры?»

Он перевел взгляд на песок, стал высматривать следы. Следы были, но только его и ничьих других больше.

Откуда ему было знать, что Борг, отходя к лесу, осторожно ступал по своим же следам, тщательно затирая потом каждый толстой грязной лапой. Времени у него было предостаточно, и он очень старался. На песке не осталось ни единого следа его пребывания на пляже, его прихода и отступления. Чистая нетронутая полоса песка тянулась до самого леса. Это убедило Гарри, что никто не подходил к Глории за время его отсутствия. Разве что с неба свалилось нечто и убило ее. Но рядом с телом не было видно ни единого предмета, лишь ее сумочка валялась на песке.

Он вытер пот со лба, стараясь не смотреть на неподвижное изуродованное тело. «Окажись вдруг кто-нибудь сейчас на пляже, – мелькнула мысль, – и сразу же наверняка подумает, что это я убил ее». Его обуял ужас. Даже если никто его здесь не увидит, а просто найдут тело, полиций в первую очередь заподозрит его. Все причины заподозрить именно его. Возможно этот некто подслушал, как они ссорились там, в мотеле. Ведь говорила же ему Глория: не кричи! Да, потом был еще водитель бензовоза, который видел, что они стояли на дороге, и спросил, как проехать к станции техобслуживания. Он наверняка запомнил их и сможет дать показания в полиции, если понадобится. Если найдут тело, он пропал!

Гарри снова бросил взгляд на лес, и Борг, угадывая его намерения, стал потихоньку отступать к тому месту, где оставил машину. Гарри понимал, что не может уехать отсюда, не убедившись, есть ли кто-нибудь там, в лесу. Он повернулся и медленно направился к опушке. Не успел сделать и нескольких шагов, как из лесу послышался звук заводимого автомобиля. Он резко остановился, сердце бешено колотилось.

«Итак, там все-таки был кто-то?!»

Невидимый автомобиль набирал скорость, и Гарри, очнувшись, бросился бежать по жгущему подошвы песку к дороге. Но опоздал. Когда он добежал до начала шоссе, автомобиля уже и след простыл. Его машина стояла на прежнем месте, капотом к морю. И он понимал, что пока будет разворачиваться, та, вторая, будет уже далеко и погоня смысла не имеет.

«Кто это был? Какой-нибудь маньяк, который, увидев, что Глория одна, решил напасть на нее… Очевидно одно – тот, кто только что уехал, убийца. И вряд ли он станет кому-нибудь рассказывать, что видел его здесь. Ведь тогда он может себя выдать».

Стоя у машины под палящим солнцем, Гарри пытался успокоиться, выработать хотя бы приблизительный план действий. Можно поехать в Колльер-Сити и заявить в полицию, что некий неизвестный убил Глорию. Но полиция ему не поверит. Стоит им арестовать его и снять отпечатки пальцев, он пропал. Самое безопасное – придерживаться первоначального плана. Он отпер багажник и достал лопату. Развернул бумагу, сложил в несколько раз и сунул обратно. Затем пошел к морю, туда, где лежала Глория.

Он понимал: самое лучшее – отнести тело в лес и закопать в таком месте, где его будет трудно найти, но он не мог заставить себя поднять ее. И тогда рядом с телом он выкопал яму глубиной в несколько футов. Копать песок оказалось нелегко, он все время осыпался с краев обратно в яму, однако, наконец, длинная и достаточно глубокая могила была готова.

К тому времени, как он закончил забрасывать тело землей, рубашка его потемнела от пота, и он судорожно хватал ртом воздух. Разровняв песок тыльной стороной лопаты, он пошел к морю, набрал длинных, похожих на волосы, водорослей и забросал ими могилу. «Через день-другой ветер сделает свое дело – нанесет новые слои сухого песка, и ни единая душа не догадается, что здесь кто-то похоронен. Опасен лишь завтрашний день: вдруг кому-то придет в голову прогуляться по пляжу – сразу заметит, что здесь копали».

Он посмотрел на следы, оставленные на песке им и Глорией. От них тоже следовало избавиться. Еще полчаса он трудился под палящим солнцем, разглаживая и маскируя отпечатки и одновременно продвигаясь к машине. Наконец он остановился возле «бьюика» и еще раз внимательно оглядел раскинувшийся перед ним пляж. Никаких следов и признаков, что они с Глорией были здесь, за исключением небольшой кучки водорослей почти у самой кромки моря. Впервые за все время, что он находился здесь, почувствовал себя более уверенно.

Протерев лопату пучком травы, сунул ее в багажник. И тут же вспомнил о чемодане Глории, чертыхнулся сквозь зубы. Его тоже надо было закопать! Он снова достал лопату, отнес чемодан в лес и, отыскав клочок рыхлой на вид земли, выкопал яму. В ней и был похоронен чемодан. Гарри присел на ствол упавшего дерева немного отдышаться.