Лянка всхлипнула. Ну что за невезуха?! Короны ей не досталось, Корнеев на нее откровенно плюет… и время она упустила… а завтра… завтра он уедет в какую-то деревню. Ну правильно! Еще ведь в деревне не проводили конкурсов! Он и там себе какую-нибудь мисс отыщет! Мисс Удойное Вымя! Или мисс Овечья Морда! И ладно! Поду-у-умаешь – король! Она и без него проживет!
Но уже на следующий день Лянка вдруг поняла, что «без него» прожить ну совсем не получается! Ну никак. Отчего-то на уме крутилась одна и та же старая песенка: «Опустела без тебя земля…» Земля на самом деле – опустела. Лянка знала, что Арсения рядом нет, что они не столкнутся случайно в офисе, что он не потревожит ее звонком, что даже Милка теперь не сможет его притащить, даже если сильно попросить… Он уехал. И дни стали бессмысленными. Для Лянки это было просто непостижимо. И как это она так быстро умудрилась в него влюбиться по самые уши?! С ней еще никогда такой оказии не случалось…
И все же надежда еще теплилась.
Лянка быстро оделась, прыгнула в машину и уже через двадцать минут вбегала к себе в кабинет. В кабинете было прохладно и тихо. Лянка бросила сумочку и заторопилась к Милочке.
Та, несмотря на вчерашнее гулянье, уже была на месте. Видок у нее был еще тот – под глазами круги, замазанные толстым слоем тонального крема, глаза полусонные, рот то и дело растягивается от зевка…
– Милка! У тебя голова открылась, – бросила Лянка, когда подруга в очередной раз зевнула. – Ты хоть бы кофе попила, что ли… А чего – Васяткин всерьез решил уйти с нашей работы? А то, может, кофейку бы принес… Или Корнеева попросить. А?
– С ума сошла… – пробурчала Милочка. – Тебе ж говорят – уволились они! Будут они тебе сейчас кофей разносить.
– Так они ж еще не устроились пока никуда, вот я и думала – вдруг пока еще… работают. Тем более что ты им повысить зарплату обещала.
– Фиг я им повышу – ты же против. Сама ж говорила, а они не маленькие, понимают, ху здесь ху, – тщетно боролась с дремотой Милка. И вдруг крикнула в дверь: – Леночка!!! Кофе принеси! Крепкий и… побольше! Я ж купила кружки для кофе!
Леночка ответила молчанием.
– Вот зараза, – шмыгнула носом Милка. – Опять опаздывает! Ну хоть что ты с ней делай. Придется самой.
Она сонно пошаталась по кабинету и очень скоро с грохотом поставила перед Лянкой огромную кружку.
– Это чего? – поморгала Лянка. – Ты вот эти кружечки для кофе прикупила? Они ж литровые!
– Зато прекрасно… пробуждают.
– Знаешь что, – съязвила Лянка, – даже крошечная чашечка кофе прекрасно разбудит, если вылить ее за шиворот!
– Злюка ты, – блаженно тянула горячий кофе Милка, но тут зазвонил телефон, и она надолго отвлеклась. Потом устроила трубку на рычаг и некоторое время смотрела на подругу непонимающими глазами. – Лян… о чем это мы?.. Ах да! Злюка ты! Злыдня, я бы сказала! Даже Васяткин от тебя сбежал с Корнеевым. И сейчас в деревне! Мерзнут, между прочим, потому что погода-то какая, сама видишь! А могли бы спокойно работать! Да еще и кофе нам таскать, наши разговоры под дверью подслушивать… Эх, такую компанию разогнала!
– Я их не гнала.
– А кто их гнал? Я, что ли? – проворчала Мила и вдруг похвасталась: – Меня вчера Васяткин провожал, до дома. Ты ушла, а кто мне будет вещи таскать?
– А ты на меня рассчитывала? – вытаращилась Лянка. – Ну ты вообще обнаглевший экземпляр!
– Да я на тебя особенно и не рассчитывала, но… вдвоем-то корячиться все не так скучно. Вот и пришлось… Степку, – заулыбалась Милочка.
– Ну и как? Договорились о встрече? Свидание назначил? – вспыхнули глаза у Лянки.
– Он не назначил… я ему сама предложила встретиться… сегодня. Ну пока Пашка не вернулся. Даже придумала, что у меня торшер сломался, – задумчиво проговорила Милочка. – А он отказался, представляешь?
Лянка не знала, как успокоить подругу. И в самом деле – что тут скажешь?
– А чего тут представлять? Он же знает, что у тебя друг есть. Почти муж…
– Да нет, – махнула рукой Милочка. – Он бы пришел, Пашки же все равно нет пока, но… Васяткин вместе с Корнеевым уезжают в какую-то деревню. Поэтому… Ой, Лян, они там знаешь сколько будут! Долго! Я даже сама не знаю сколько! Вся моя работа насмарку. Я ведь только-только к себе Васяткина приручила, он уже почти с рук ел! И тут какая-то деревня… Ну ты скажи – ну на кой черт им еще и в деревню ехать? Ну что, там без них ничего не выкопается?
– Ладно, Мила, хватит об этом, работать надо! – одернула подругу Лянка, потому что поняла, что у той уже ничего нового вызнать не получится. – И еще – мне не нравится, что наша Леночка вот так запросто позволяет себе опоздания, сделай с этим что-нибудь.
– А что сделать-то? – выпучила глаза Милка. Тут зазвонил телефон, и она сняла трубку. – Лян, погоди… Да?.. В Милан? Ну конечно! Когда бы вы хотели? Да, есть, подъезжайте… Прямо сейчас? Очень хорошо! Сейчас как раз успеете… Все, Лян, сейчас люди подъедут. А пока… о чем мы там с тобой? А, про Ленку… Лян, да я ей столько раз говорила, а она все равно опаздывает!
– Увольняй, – жестко бросила Лянка.
– А работать кто будет?
– Так она-то тоже не работает. Будем набирать новые кадры, сегодня же объявление дам. Наберем молодых и старательных.
– И мужчин! – загорелись глаза у Милки. – Ой, опять звонят, погоди, Лян…
– Мужчин? Почему бы и нет, – пожала плечиком Лянка. – Главное, чтобы на работу не опаздывали.
Она не стала мешать Милочке, поднялась и вдруг поняла, что больше не может вот так сидеть и работать. Даже здесь она ощущала себя лишней.
– Мил, я по делам.
Та опять разговаривала о чем-то с очередным клиентом и только кивнула.
Лянка вышла из офиса и направилась к матери. Домой.
Дома только Диоген вышагивал по комнате и ругался на чем свет стоит:
– Бабы дурры! Макаки! Кышшшмаррр!!!…А теперь прогноз на завтра!
Лянка взяла попугая на руки и погладила его:
– Бедненький мой, скучно мальчику, никто с ним не разговаривает… Пойдем, мой хороший, я тебе орешков насыплю. Где там у нашей мамы орешки?
Она покормила попугая, посидела в кресле, даже включила телевизор, но… Но комната матери, еще недавно такая близкая и родная, стала чужой. Лянка уже не знала, чем себя здесь занять. Да и хозяйничать не в своей квартире ей было как-то совестно.
– Давай я тебе радио включу, – пожалела птицу Лянка и включила приемник.
Зазвучала музыка. Диоген сразу же повернул голову в сторону приемника и защелкал, защебетал – пытался освоить новые звуки.
Лянка вышла и направилась к матери на работу – ну не могла же она каждую минуту думать об этом Корнееве! Вспоминать его голос, его веселых чертиков в глазах… А как он пел! Нет, что бы там ни говорили, а она точно знает – тогда он пел для нее! Разве она не ловила его случайные взгляды? Разве они не смотрели подолгу друг другу в глаза? Ну да, он тогда быстро смекнул, что Лянка пытается его покорить, но… но он ведь и сам был не против! Хотя нет, немного не так… Конечно же! Совсем не так! И это в корне меняет все дело! Теперь… да, теперь Лянка поняла!!!
