Ной прекратил звонить и с силой ударил кулаком в дверь. Обычно он был терпеливым, но когда дело касалось Дженкинс, его терзало нетерпение.
Через мгновение дверь распахнулась. На него изумленно глядела Грейс, одетая в длинное синее фланелевое платье, слишком теплое для этого времени года. Ее волосы были закручены в пучок. Несколько локонов выбились из прически, придавая ей соблазнительно растрепанный вид. Она откинула прядь с глаз. Сердце Ноя застучало сильнее.
– Привет, – сказал он. Она забавно нахмурилась.
– Ты не умеешь вежливо стучать?
– Я звонил, но безуспешно. Поэтому посчитал, что стук поможет делу.
Ной обратил внимание на то, как Грейс придерживала воротник платья. Он не мог ждать ни секунды и наклонился, чтобы поцеловать ее сердито надутые губки.
– Почему ты в платье? Ты спала?
Харпер вошел внутрь. Квартира Грейс была столь же аккуратна, как и в прошлый раз. Но в отличие от его собственной она дышала домашним теплом и уютом. Ной подумал, что любое место покажется настоящим домом, если рядом Грейс.
Она закрыла дверь и попробовала проскользнуть мимо Ноя.
– Нет, я не спала, – проговорила она на ходу. – Я просто переодевалась.
– Грейс, – мягко спросил Ной, глядя на ее босые ноги, – ты голая под платьем?
Он протянул руку к воротнику, желая удостовериться в правильности своей догадки. Но Дженкинс издала странный вопль и отскочила от него. Харпер удивился ее реакции. У него были свои подозрения насчет того, что она хотела спрятать. А ее отступление он воспринял как вызов.
Дружелюбно улыбаясь, он направился за ней.
– Грейс, – бросил он вслед убегавшей девушке, – ты ведь под платьем голая?
– Нет! – крикнула она и ускорила шаг, явно намереваясь оставить его позади. Но ее квартира была маленькой, а холл – коротким. Дженкинс уже добежала до спальни, и Ной подумал, что она захлопнет дверь прямо перед его носом. Но он успел сунуть ступню в дверную щель и не дал закрыть Грейс дверь.
Ной вошел в спальню. Они стояли и смотрели друг на друга. Ной ждал ее реакции, а Грейс нервничала. Его губы медленно растянулись в улыбке, Грейс залилась краской.
– Ной, если ты немного подождешь в другой комнате, я переоденусь и выйду к тебе.
Судя по всему, она ожидала, что он действительно послушается ее вежливого приказа. Ной покачал головой:
– Извини, Грейс, но я не хочу ждать.
Он коснулся ее подбородка, а затем окинул взглядом комнату. Вся мебель была белого цвета, в том числе и кровать с пологом на четырех столбах. На кровати лежало белое покрывало, поверх которого были разбросаны бархатные подушечки бледно-зеленого цвета и всех оттенков синего. Занавески на двух небольших окнах были такого же нежно-зеленоватого оттенка. Харпер всегда думал, что Грейс очень аккуратна, но создает вокруг себя беспорядок. Еще он заметил несколько толстых, наполовину оплывших свечей и свежие цветы на ночном столике. Он повернулся к Дженкинс. Она смотрела на него в беспокойном ожидании.
– Я совершенно уверен, что не хочу, чтобы ты была одета.
Грейс что-то пролепетала. Ее брови сомкнулись и нахмурились.
– Боюсь, что тебе надо подождать за дверью, – сказала она.
Ной почувствовал, как в нем нарастает возбуждение. Он забыл о том, что совсем недавно учил Грейс выдержке. Грейс не мигая смотрела на него своими большими карими глазами. Ее нежные щеки раскраснелись, на шее пульсировала вена. Ной произнес:
– Грейс, мы в спальне. Давай займемся любовью?!
– Я не знаю, – сказала она. Тогда Ной напомнил ей их уговор:
– Ты не можешь приказывать здесь, дорогая. Здесь спальня. А в спальне хозяин я. В другом месте можешь делать все, что заблагорассудится.
Грейс поняла, что попалась. Впрочем, она чувствовала, как волна возбуждения прокатилась по ее телу. Ной приблизился к ней и положил руку на ее грудь. Даже через плотную ткань он почувствовал, как напряглись ее соски. Грейс вздрогнула, но не отступила.
– Будь хорошей маленькой рабыней, – пробормотал он, – и сними платье.
Грейс сдержала тихий стон.
– Я не рабыня.
Харпер улыбнулся. В голосе Грейс осталась одна покорность, и это возбуждало Ноя.
– Грейс, – его голос стал тверже, – я хочу, чтобы ты сняла платье, я хочу увидеть тебя голой.
Ее руки сжали воротник платья так сильно, что ей стало душно.
– Я могу раздеться, но под платьем у меня белье.
– Да? – удивился Ной. – Я тебе не верю. Девушка помолчала и прокашлялась.
– Если ты действительно хочешь знать…
– Да. Я даже настаиваю на этом.
– Хорошо. – Она покраснела еще сильнее. – Это дурацкая форма с работы. Я взяла несколько платьев на примерку, чтобы подобрать по размеру. Но это уж точно мало.
Ной почувствовал волну тепла, спустившуюся вниз по его животу.
– Покажи.
– Ты будешь смеяться, – прошептала она.
– Ни в коем случае.
Она заколебалась, и Ной постарался, чтобы его слова прозвучали достаточно твердо и строго:
– Грейс, ты помнишь наш договор?
– Хорошо! – вскрикнула она. Порывистыми, неуверенными движениями Грейс стянула платье с плеч, смяла и кинула в Ноя. Оно попало ему в грудь и упало на пол. Он не обратил на это внимания – Грейс была так хороша!
Под платьем была форма официантки. Ною даже показалось, что он где-то видел такую форму. Маленькая, она плотно облегала пышную фигуру Грейс. Ной с жадностью голодного зверя разглядывал ее грудь и нежный животик. Грейс не могла застегнуть застежку на груди. Открытый корсаж обрамлял прекрасную полную грудь. Казалось, что если Грейс осмелится вздохнуть, ее грудь освободится от объятий корсажа и разорвет его. Ной безумно желал этого.
– Пройдись, – сказал Ной, не в силах оторвать взгляд от ее тела.
Грейс попыталась прикрыть тело руками и с подозрением спросила:
– Зачем?
Если она думала, что он будет смеяться, то глубоко заблуждалась. Больше всего сейчас Ной желал прикрыть ее своим телом. Но смеяться он просто не мог.
– Я хочу посмотреть, как ты двигаешься в этой форме.
– Ной… – попросила Грейс.
И хотя она вполне доверяла фантазиям Ноя, ей было тревожно, а сердце стучало чуть ли не в горле. Харпер поднял глаза и встретил ее взгляд. Грейс что-то пробормотала, сделала неуверенный шаг.
– Обойди вокруг кровати, Грейс, – проинструктировал ее Ной. – Пройди к окну и обратно.
– Я чувствую себя страшно глупо, – пожаловалась она, держась очень натянуто и напряженно.
– А я чувствую, что готов сгореть от страсти.
Грейс посмотрела на его пах. Ее взгляд был напряженным, горячим. Ной почувствовал, как кровь прилила к его плоти. Глаза Грейс расширились от удивления. Все еще наблюдая за его реакцией, Грейс сделала два неуверенных шага.
