Хеланто, у нее в постели. Под ее одеялом. В ее желтой футболке. На груди надпись большими черными буквами:
THE PRETENDERS. Притворщики.
– Спасибо за приглашение, – говорю я. – Буду примерно через одиннадцать минут.
Туули еще какое-то время стоит в дверях и, кажется, наблюдает за мной. Я выжидаю, и вскоре она исчезает. Нахожу свою одежду, отправляюсь умываться, принимаю душ за три с половиной минуты, причесываюсь, одеваюсь, обхожу угол по дороге в гостиную, которая одновременно является и столовой, продолжающей кухню. Лаура и Туули сидят за столом. Лаура улыбается.
– Каша, хлеб, яйца, – перечисляет она, показывая на еду на столе. – И кофе. Кипяток для чая в чайнике.
– Спасибо. – Я сажусь за стол напротив Лауры.
– Хорошо спалось? – спрашивает Лаура, и в ее глазах вспыхивают лукавые искорки.
– Замечательно, – отвечаю я.
Туули смеется. Не знаю почему. Кладу себе каши и при этом осматриваюсь. Окна пятого этажа расположены над кронами деревьев, из них открывается вид на залив перед Старым городом, на другой стороне – район Арабианранта. Утро одновременно тусклое и светлое. Стены в гостиной желтые, цвета летнего солнца, мебель вперемешку старая и новая. Полагаю, что так и задумано. Я точно не могу сказать, что означает слово «уютная», но склонен предположить, что эта комната именно такова. Приступаю к каше и вдруг понимаю, что проголодался. Похоже, сочетание искусства и интима заставляет забыть о регулярном питании. Я хочу сказать, что каша очень вкусная и приготовлена просто замечательно, но Лаура меня опережает:
– Юхани звонил.
Пытаюсь проглотить кашу, сразу ставшую комом в горле.
– Юхани? Тебе?
– Он сказал, что не дозвонился до тебя.
Телефон у меня выключен, это правда. Я обратил внимание, что аккумулятор сел, как раз когда снимал с себя брюки. В тот момент зарядка телефона показалась мне делом не первой важности.
– Вы, похоже, куда-то вместе собираетесь, – продолжает Лаура. – Так Юхани сказал. Он заберет тебя вон от того дома через десять минут.
Я не отрываясь смотрю на черно-белые настенные часы на кухне. Пытаюсь осознать услышанное и напоминаю себе, что проблемы Парка больше не имеют отношения к этой части моей жизни и Лауре Хеланто не нужно ничего о них знать. Когда я понимаю, что в состоянии сохранять спокойствие и продолжать завтрак как ни в чем не бывало, то снова перевожу взгляд на Лауру.
– Каша вкусная, – говорю я, поскольку нужно, с одной стороны, сказать что-то соответствующее истине, а с другой – поменять тему.
Замечаю, что Туули разглядывает меня, как и несколько минут назад на пороге в спальне. Взгляд, пожалуй, любопытный и в то же время вопросительный. Лаура Хеланто, кажется, тоже это замечает.
– Туули запомнилось, как ты ловко подсчитал стоимость нашего заказа в кафе. Сейчас они проходят в школе умножение, и Туули очень интересуется…
– Сколько будет тринадцать умножить на шестнадцать? – спрашивает Туули.
– Двести восемь, – отвечаю я.
– Триста тринадцать умножить на пятьдесят восемь?
– Восемнадцать тысяч сто пятьдесят четыре.
– Четыре тысячи восемьсот…
– Туули, тебе скоро выходить, – говорит Лаура. – Вы сможете продолжить потом.
– Еще один раз, – настаивает Туули.
Лаура Хеланто смотрит на меня. Если бы мой рот не был набит кашей, я бы сказал, что умножение – одно из величайших достижений человечества и что Туули наверняка его прекрасно освоит.
– Восемьдесят тысяч триста пятьдесят восемь умножить на четыре тысячи пятьсот шестьдесят один?
Пытаюсь поскорее проглотить кашу.
– Тридцать восемь миллионов сто двадцать тысяч восемьсот тридцать восемь.
Когда я заканчиваю, Туули взвизгивает, словно выиграла невероятный приз, и заливается смехом. На лице Лауры смешанные чувства – кажется, желание унять Туули борется в ней с гордостью за мои арифметические способности. Ем кашу. Она больше не застревает в горле. Лаура и Туули выходят из-за стола и отправляются в детскую, а потом в прихожую.
Я съедаю яйцо, ржаную лепешку и пью чай. Все время слежу за временем. Думаю о том, что, хотя все, безусловно, находится в постоянном движении и моего собственного времени тоже остается все меньше и меньше, в обществе Лауры и Туули оно идет по-другому. Нет такой спешки, и мысль о быстротечности времени меньше давит. Я не могу сразу дать этому объяснение, да и размышлять на эту тему у меня не получается. Пытаюсь подготовиться к тому, что, как я понимаю, должно произойти дальше. Юхани меня подхватит, и мы, вероятно, поедем куда-то еще. Это меня не радует, но в данный момент я не могу ничего изменить. Когда Туули готова отправляться в школу, мы одновременно надеваем в прихожей верхнюю одежду.
Мой телефон зарядился. Включаю его и проверяю, не поступало ли мне сообщений или звонков. Юхани ни разу не пытался со мной связаться – ни по телефону, ни через эсэмэски. Лаура Хеланто смотрит мне в глаза, говорит, что любит меня, и целует в губы.
В лифте по пути вниз я пытаюсь выстроить причинно-следственные связи между всем, что услышал. Но результаты неудовлетворительные.
10
Сразу видно, что это не машина Юхани. Для такого вывода есть несколько оснований. Автомобиль дорогой и, можно сказать, эксклюзивный; мы сидим на мягком и в то же время упругом заднем сиденье, и нас везет водитель. Машина плавно скользит вперед. Никто еще и слова вымолвить не успел, а мы уже мчимся по магистрали.
– Куйсма Лохи пригласил нас пообедать, – говорит Юхани.
Я сижу за водителем и вижу только его макушку. Темные и коротко подстриженные волосы зачесаны назад. В салоне стоит сильный запах двух марок лосьона после бритья. Подозреваю, что лосьон Юхани более забористый и дешевый. Мне надо многое сказать брату, но большинство тем лучше обговорить с глазу на глаз. Пока что я вычеркиваю их из повестки, решая дождаться более подходящего момента.
– Что-то я не помню, чтобы получал приглашение, – говорю я.
– Ты был недоступен.
Смотрю на Юхани. Он улыбается несколько загадочной улыбкой… как будто что-то знает. Мне не нравится эта многозначительная улыбка. И не нравится, что Юхани знает о моем выключенном на ночь телефоне, при том что и не пытался со мной связаться. Кажется, объяснение тут очень простое: Лаура рассказала Юхани обо мне. Но и это не то, о чем я хотел бы поговорить сейчас в стремительно несущемся автомобиле, задыхаясь от запахов парфюма. Стараюсь не отходить от обсуждения ситуации, в которой мы находимся непосредственно сейчас.
– Думаю, что тема нашей встречи та же, что и в первый раз, – говорю я.
– Твое предположение близко к истине, – отвечает Юхани. – Тема та же, но, если я правильно понимаю, нас ждет и кое-что новенькое.
