- Не понял! О чем спросишь? И кого?
- Родителей Максима, конечно! Потребую честного ответа на вопрос: как они поведут себя в случае банкротства моей семьи!
- Ты с ума сошла? – взревел не своим голосом Эдгар. – Не вздумай этого делать!
- Еще как сделаю! Если Сеченовы пообещают, что не станут разрывать нашу с Максом помолвку, ты же подашь на развод, да?
- Нет!
- Почему?
- Я не верю пустым словам и заверениям, сказанным наивной девочке из банальной вежливости и жалости. Мне нужны гарантии, Варя! И пока я их не получу, рисковать вашим с Марком благополучием не стану!
Подруга недовольно фыркнула:
- Гарантии? Хорошо! Будут тебе гарантии.
- Это что еще значит, Варвара? Ты что задумала?
- Окончательно повзрослеть!
Послышались ее быстрые шаги по направлению к выходу.
Однако у самой двери подруга остановилась, словно припомнив нечто важное:
- Какое решение ты принял за нее? За что извинялся?
- О ком речь?
Невозмутимый тон. Холодный голос.
- Прекрати! Я видела твою записку собственными глазами!
- Понятия не имею!
- Вот как? – протянула девушка. - А я, кажется, поняла! Это «решение» как-то связано с тем феноменом, что Романов, сохший по ней не первый год, вдруг потерял к Кате всяческий интерес всего за одну ночь? Ничего не хочешь рассказать?
- Мне нечего сказать!
- Господи! Неужели, ты серьезно запретил Косте приближаться к ней?
- Ступай, Варя!
Сердце в Катиной груди зашлось в безумном ритме.
Что значит…запретил?
В памяти ожил их вчерашний разговор в библиотеке.
…ты скажешь «нет» своему сосунку…
…не будешь с ним, смирись…
…не позволю…
…я не делюсь…
По венам разливалась ярость. Лютая. Первобытная.
…извини, но я принял решение за тебя…
…за тебя…
…ты – друг мне…только друг, и как девушка не интересуешь…
Вот ведь…
От досады стиснула вспотевшие ладони в кулаки.
До судорог. До побелевших костяшек.
Выходит, не добившись нужного ответа от нее, Эдгар решил действовать иными способами. Это и льстило, и чудовищно злило одновременно.
- Не надо, Эд! – взмолилась Варя, прерывая ее гневные мысленные стенания. – Только не она! Пожалуйста!
Молчание. Возможно, лишь игра воображения, но Катя отчетливо услышала, как противно заскрежетали чьи-то зубы.
- Причина?
- Катька…очень дорога мне! Словно сестра, моя родственная душа, понимаешь? У нее и так тяжелая судьба. Поверь, проблем хватает и без тебя, с твоей придурошной Аллой! Она. Она… Я видела вас вчера в коридоре. Видела, как ты на нее смотрел. Нет! Не хочу, чтобы она страдала, когда ты наиграешься! Чего ты злишься? Я пытаюсь уберечь вас от…
- Все сказала?
Уф!
От подобного тона захотелось превратиться в таракана, и забиться в ближайшую щель.
- Да! – начала заикаться и Варя. - То есть, нет.
- Во-первых, я не играю. Во-вторых, моя личная жизнь – не предмет для обсуждений. И, наконец, в-третьих – спускайся вниз. Гости прибудут с минуты на минуту!
Глава №33
Казалось, прошла целая вечность, после того, как за Варей захлопнулась дверь.
Однако возвращаться в ванную комнату Эдгар не спешил – оставался в спальне.
Не спешила идти к нему и Катерина, с трудом принимая полученную информацию.
И ее было слишком много для разгоряченного страстью девичьего мозга.
Пытаясь усмирить бушующую в венах кровь, склонилась над белоснежной раковиной и уставилась на собственное отражение в зеркальной глади.
Плохо дело. И плохо – это еще мягко сказано!
Губы распухли от их безудержных поцелуев.
Кожа лица и шеи покрылась красными, точно чумными пятнами.
А глаза…девушка искренне испугалась своего лихорадочно сверкающего взгляда.
Расслабься, - бормотала беззвучно, - все могло закончиться гораздо хуже!
Увы! Разум ей более не подчинялся.
Она чувствовала боль. Самую настоящую.
Где-то в области солнечного сплетения.
Не должна была, но, дьявол раздери, чувствовала!
Да столь сильную, что хотелось пополам сложиться, и желудок наружу выхаркать!
Ее Эдгар принадлежал Алле!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Навечно. Навсегда.
Какой-то богатенькой с*ке!
С*ке, которую Катя заочно возненавидела всеми фибрами души.
Мгновение спустя, замерла ошарашено, испугавшись собственных мыслей.
Постыдных. Неправильных.
Стоп!
С каких это пор она начала считать его…своим?
- Ну, все, - торопливо открыла кран дрожащими пальцами, и щедро плесканула в лицо пару пригоршней ледяной воды, - окончательно умом тронулась! Дура! Дура!
Злость, пришедшая на смену испугу, придала ей сил. Осушив кожу ближайшим махровым полотенцем, девушка решительно толкнула дверь ванной комнаты.
Эдгара Катя обнаружила сразу. В противоположной стороне спальни. У окна.
Мужчина уже успел облачиться в одежду, и теперь «встречал» гостью стоя к ней спиной. Кортикова нервно сглотнула, цепким взглядом улавливая перемены, произошедшие с Паслером после разговора с Варей.
Он будто растворился в собственных мыслях.
Ведь никак не отреагировал на появление девушки.
Не повернулся. Не удостоил своим вниманием. Взглядом.
Просто остался в прежней позе, напоминая каменное изваяние.
Ноги на ширине плеч. Руки спрятаны в карманах брюк.
Сам напряжен. До предела. Казалось, прикоснись – и непременно последует взрыв.
Об этом «кричала» буквально каждая клеточка его тела.
Впрочем, инстинкт самосохранения тоже вопил, предупреждая об опасности.
Мысль тихонько удалиться, конечно, была.
Только вот, убегать от проблем Катерина не привыкла.
А потому, собрав всю волю в кулак и прочистив горло, произнесла:
- Так уж вышло, что я все слышала…
- Верно, - его раскатистый голос эхом отразился от стен, - я позволил тебе услышать!
- О, спасибо! Небывалая щедрость!
- Рано или поздно, ты все равно узнала бы, - наконец, Эдгар соизволил развернуться лицом к собеседнице, - я лишь ускорил процесс.
Выброс адреналина в кровь был запредельным. Ее затрясло с чудовищной силой.
Лицо загорелось от разлившегося по щекам румянца. Огнем полыхали даже уши!
- Какого черта? – Вспылила Катя, упирая руки в бока. – Ты не имел на это права!
Недоуменно вздернув бровь, мужчина отмахнулся:
- Брось! Ты сама постоянно расспрашивала меня о жене, и я решил…
- Да плевать мне на твою Аллу!
- Она не моя! – яростный рык протеста.
- Ты запретил Косте приближаться ко мне?
- Нет!
- Лжец!
- Не запрещал!
- Варя сказала…
- Я запретил твоему сосунку тр*хать тебя и проявлять сексуальный интерес! – буквально пригвоздил к полу тяжелым взглядом. - А приближаться…да, сколько душе угодно! Как видишь, это не одно и то же.
От услышанного у Катерины пропал дар речи. В буквальном смысле.
Может оно и к лучшему, ибо на языке в тот миг вертелись только маты.
Отборные. Трехэтажные. Маты.
- Что, прости? – переспросила, как только вернула контроль над голосом. – Ты вообще в своем уме?
Он скривился, улыбаясь странно и одержимо:
- А ты?
- Эдгар, если бы ты только знал, - на эмоциях повысила голос, - как сильно я хочу тебя ударить!
- Для этого тебе нужно подойти ко мне ближе.
Нет, подходить к нему она не собиралась. Слишком непредсказуемо.
Однако злость, бушующая внутри, требовала выхода.
Громко зашипев, девушка ринулась к кровати.
Схватив первую попавшуюся подушку, запустила ей в «обидчика».
- Сволочь! Ты не имел права, принимать решение за меня!
Паслер с легкостью увернулся.
- И, тем не менее, я его принял!
- Как ты посмел?
- А что мне оставалось? Молча наблюдать?
- Да! – очередной «снаряд» полетел в Эдгара. – Именно так ты и должен был поступить!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Нет, не должен! – перехватив мягкую «бомбу», мужчина швырнул ее обратно на кровать. – Романов не подходит тебе.
