- Опять бухие?
- Нет! Эдгар ездил к твоим родителям, - огорошила внезапной новостью, - когда угроза миновала, и тебя перевели в обычную палату. У них состоялся разговор, по итогу которого, он запретил им приближаться к тебе. До тех самых пор, пока они не пройдут курс лечения от зависимости в специализированном заведении, которое он готов им даже оплатить!
Сердце замерло в груди, пропуская удар.
- И?
- И все! Они уже там!
Теперь, пришла очередь Кати плакать.
Нет. Не так. Тихонько скулить от радости!
* * *
Он появился в ее палате ближе к вечеру. Когда ушла Варя.
И его присутствие, его ауру девушка почувствовала даже сквозь полог сна.
Она проснулась мгновенно, будто от толчка. Резко встрепенулась, выискивая взглядом человека, заставляющего ее пульс зашкаливать и разум темнеть, безо всякого яда.
А когда нашла, поняла, что тонет в этих бездонных темных омутах.
Идет ко дну. Без права на спасение.
Он возвышался у изножья больничной кровати, скрестив руки на груди.
Огромный, как скала. И такой же мрачный.
Молчал. Просто смотрел на Катю. Пристально. Внимательно.
Подмечая каждую изменившуюся деталь во внешности.
Ох, сколько же эмоций отражалось на лице этого мужчины.
В нем бурлила злость. Лютая. Первобытная.
И осуждение. За глупость. За ее небывалую глупость.
А так же, безмерная тоска. Нежность. Безграничный голод.
И, наконец, облегчение. От того, что все самое страшное осталось позади.
- Эдгар, - выдохнула его имя хрипло, точно молитву. И поняла, как жутко соскучилась.
- Не смей! – попытался остановить, поняв, что она задумала. – Лежи!
Но, было поздно. Маленьким ураганом, невзирая на слабость во всем теле, Кортикова ринулась в распростертые объятия.
- Все в порядке, - уткнувшись носом в мужскую грудь, собственнически оплела руками талию, и глубоко вдохнула ни с чем несравнимый аромат его тела, - доктор разрешил мне вставать! Сказал, я стремительно иду на поправку!
- Как только тебя выпишут, - прорычал он озлобленно, стискивая в ответ так, что едва дышала, - лично сверну тебе шею! Лично!
- Я хотела, как лучше…
- А получилось, как всегда! Ты хоть представляешь, через что я прошел? Да я в течение четырех гр*банных суток, не знал наверняка, выживешь ты или нет!
- Но, я здесь, Эд! И я – жива!
Кажется, последняя фраза добила его окончательно.
- О, я вижу! – Простонал мучительно. – Я, бл*дь, вижу!
В одночасье, сбросив с себя оцепенение, будто пробудившись от долгого сна, он одичало набросился на ее губы, вкладывая в поцелуй всю свою ярость.
Всю свою боль. Весь страх и обиду.
Задыхаясь от недостатка кислорода, будучи не в силах пошевелиться в этих желанных тисках, Катерина с упоением отвечала, впиваясь коготками в мощные плечи.
- Моя! Моя девочка! Я так боялся потерять тебя! – хрипел он в перерывах. - Как же я боялся, малышка!
- Прости!
- Зачем, дурочка? Зачем ты так сглупила?
- Ты знаешь…
- Она сядет! – Бешенство, мелькнувшее в потемневшем взгляде, не знало себе равных. – Обещаю тебе! Я все для этого сделаю!
Потянувшись к его жестким губам, девушка благодарно поцеловала Вариного брата. И целовала до тех пор, пока из горла Эдгара не вырвался короткий рык, а в живот ей не уперлось что-то невообразимо твердое. В ответ на это безобразие собственное тело отозвалось соответственно. По венам разлилась приятная истома. Плоть увлажнилась.
Тяжело дыша, она отстранилась.
- Не сядет! И мы оба это знаем!
- Я пойду до конца.
- Как и ее семья. У них достаточно денег, чтобы откупиться! Побольше, чем у тебя – уж точно!
- Зато, у нас достаточно улик! И с твоими показаниями…
- Эдгар, я согласилась на ту встречу с одной единственной целью – освободить тебя от нее! И теперь, у нас появился такой шанс! Ради репутации, ради свободы, ради собственной шкуры она согласится на все! В конце-то концов, неужели я напрасно подвергала свою жизнь опасности?
- Не говори так! Прошу тебя!
- Пообещай мне! – приподнявшись на носочках, выдохнула ему прямо в губы. – Пообещай, что предложишь ей развод, взамен на свободу! Хочу, чтобы она уехала, и никогда…никогда больше не появлялась в нашей жизни!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Эдгар долго вглядывался в ее лицо. Мучительно долго. Словно сомневался. Словно взвешивал все «за» и «против». Приняв, наконец, решение, устало уронил голову на Катину макушку. Тяжело выдохнув, поинтересовался:
- И ты готова пойти на это…ради меня?
Соблазнительно прикусив нижнюю губу, Катерина прошептала, увлекая мужчину за собой, прямо на больничную койку:
- Ради тебя, я готова и на большее, Эдгар! Показать?
Эпилог
Год спустя…
- Господи, за что мне все это! Ненавижу его! Ненавижу твоего брата!
Ложь! Самая наглая и несусветная!
Она любила Эдгара больше жизни. Но, отчаянно злилась. Всю последнюю неделю.
Не мог заделать ей ребенка чуть раньше? Или позже?
Теперь, по его вине она застряла в обнимку с унитазом в самый разгар шикарного торжества, по случаю свадьбы Марка и медсестры Анечки, которая в свое время выхаживала ее после отравления. Из-за страшного токсикоза, Катерина не могла даже, как следует поздравить их. Готова была выть в голос от досады. Но, ее жутко мутило от запахов еды, и находиться в общем зале становилось проблематично.
Очередной спазм вывернул желудок наизнанку. Из глаз брызнули слезы.
- Все хорошо! – Варя аккуратно придерживала ее волосы, за что девушка была признательна подруге, а с недавних пор еще и золовке. – Дыши!
Громко хлобыстнула входная дверь, и спустя миг, на пороге ванной возник Эдгар.
Напряженный. Взволнованный.
- В чем дело? – потребовал разъяснить ситуацию привычным властным тоном.
Муж ничего не знал о ее состоянии. Как всегда, был по уши в работе.
Намереваясь сделать ему сюрприз, Катя скрывала симптомы, как могла.
До сего момента. А сейчас…все слова внезапно испарились. В голове стало пусто.
Всхлипнув носом, громко и отчаянно, она просто приложила руку к своему животу.
Прямо туда, где билось чье-то крошечное сильное сердечко.
И сквозь собственные слезы увидела на его лице широченную счастливую улыбку.
Конец
