моем месте, – на всякий случай напомнил он. – Но если бы вдруг… Что бы ты сделала?
– Решила бы одну проблему с помощью другой, великий господин.
– Как это?
– У вас много заключенных и мало темниц, – пояснила Юста. – Плохо, когда преступники собираются там без дела. Им тесно, трудно, а они и так не очень-то милы… Их энергия пойдет в дурное русло, таруа правы, считая, что вот-вот начнутся беспорядки.
– Как будто я не знаю! – простонал Саркар.
– Но что если направить эту энергию так, как выгодно городу? Выпустите их из темницы – но не на улицы. Часть из них, те, что совершили незначительные преступления, пусть идут в горы за кореньями, грибами и травами. Ну а те, что совершили тяжкие преступления, пусть отправятся на охоту за софрами.
– Это сейчас опасно!
– Опасно, – согласилась она. – Но дайте им выбор, дайте награду! Они могут погибнуть на охоте, это правда. Скажите им, что того, кто выживет и добудет софру, освободят от любого наказания. Вы увидите: многие захотят рискнуть, чтобы обрести свободу. Если все получится, у вас будут и травы, и мясо. Голода удастся избежать, число преступников уменьшится, и вам больше не придется беспокоиться о таруа.
– А знаешь, ты права! – оживился Саркар. – Поверить не могу, но ты права! Это и правда выход! Ты хоть понимаешь, насколько ты умна?
Юста улыбнулась – сдержанно и мягко.
– Что вы, мой господин. Я – всего лишь глупая женщина, которая научилась отражать вашу мудрость.
– Я должен отдать приказ немедленно! Погоди, а как быть с Тувенегом и его беглянкой?
– Да разве она важна сейчас, когда у города есть проблемы посерьезнее? – поразилась Юста. – Мой господин, не балуйте Тувенега, вы и так слишком добры к нему! Люди сами разберутся со своей девчонкой, вам не о чем беспокоиться.
– Что верно, то верно, старый рии не стоит ссоры с таруа! Жди меня здесь, я скоро вернусь!
Впервые за долгое время он был по-настоящему рад. Выход найден, его наконец-то оставят в покое!
Уже на пути к залу собраний он вдруг вспомнил слова Тувенега. Сбежала не просто девчонка, а сестра Юсты, и это будто бы что-то значит… Но Юста не выглядела встревоженной из-за этого, следовательно, о беглянке и правда можно забыть.
* * *
Здешний песок оказался намного тяжелее земного, и сдвинуть его было не так-то просто. Подкопать – тоже не вариант: он тут же осыпается на место, он слишком горячий и требует огромных усилий. Оценив все варианты, Лукия решила, что надежнее всего будет воспользоваться входами, расположенными в верхней части корабля.
Она предполагала, что все они доберутся туда своим ходом, но Рале настоял на том, чтобы поднять их. Это и правда было не так уж сложно для телекинетика его уровня, но он слишком сильно устал накануне. Лукия предпочла бы, чтобы он пожалел себя и не перенапрягался, однако сказать об этом она так и не решилась – ей не хотелось оскорблять его.
Когда они поднялись на вершину грандиозного корабля, мир предстал перед ними, как на ладони. И это был скудный мир: рядом не оказалось ничего чудесного, ни одного оазиса, и даже кратеры были слишком далеко, чтобы разглядеть их. Пустыня да и только. Вот куда попали колонисты, рассчитывавшие, что им досталась одна из лучших планет.
– А это еще что такое? – нахмурился Рале.
Лукия сразу догадалась, что его смутило – она такого тоже не ожидала. Люк, к которому они подбирались, оказался распахнут. Судя по песку, частично закрывавшему его, это произошло очень давно. Если бы люк располагался чуть ниже, его и вовсе занесло бы, но сюда долетали только самые свирепые бури.
Не похоже, что этот люк открыли добровольно. Лукия опустилась на одно колено, чтобы разглядеть глубокие вмятины на металле. Рале, остановившийся рядом, подтвердил ее догадку:
– Вскрывали снаружи. И преуспели.
– Вскрыли, значит, люк космического корабля?
– Это, капитан, проще, чем может показаться, если учесть все обстоятельства. Этот люк создавался с учетом условий космоса, а не атмосферы Глизе. Как ни странно, в атмосфере все может быть сложнее. К тому же, мы все еще не знаем, какие поломки получил «Татенен» при падении. Возможно, у колонистов не осталось путей защиты.
– Но это было сделано не огнестрельным оружием.
– Нет, не огнестрельным. Вот тут использовалось какое-то крепкое лезвие, здесь – что-то вроде булавы.
– Это же какие-то варварские методы, – прошептала Ноэль. – Разве это возможно: чтобы такие варвары прорвались на космический корабль?
– Он уже не был космическим кораблем. После приземления это была лишь груда крепкого металла. Нет, вскрывали долго, это наверняка. Но куда было деться колонистам? Они только и могли, что сидеть и ждать неминуемого.
Лукия прекрасно понимала, с каким леденящим душу отчаянием должны были столкнуться те люди. Ноэль это расстраивало до слез, ее – нет. Может, в последнее время в ее эмоциях и появились аномалии, но она оставалась капитаном. Лукия умела отстраниться от всего и оценивать только факты.
– Двигаемся дальше, – приказала она.
Итак, теперь они знали, что на колонистов напали. Раз здесь больше нет людей, они погибли или были захвачены в плен, а потом так и не вернулись на «Татенен». Но сам корабль остался нетронутым – по крайней мере, внешне. В этом Лукия видела первый важный вопрос: почему? Означает ли это, что нападавшим не нужны были трофеи? Или они слишком глупы, чтобы понять: из корабля можно построить целый город?
Уровень рядом с люком был сильно засыпан песком, и пробраться через него было непросто. Лукия двигалась первой, стараясь максимально облегчить задачу своим спутникам, но в ограниченном пространстве убрать песок было некуда, поэтому Ноэль и Рале приходилось непросто.
Дальше стало легче. На нижние уровни песок не добрался, а животных, которые могли бы облюбовать это место, в пустыне не было. Здесь главным препятствием стала темнота, но у всех солдат специального корпуса глаза быстро приспосабливались к отсутствию света, а на самые тяжелые случаи у них были припасены фонари.
Пока даже сумрачного света, долетающего с поверхности планеты через щели и иллюминаторы, было достаточно, чтобы разглядеть овладевшую «Татененом» разруху.
– Похоже, здесь была бойня, – напряженно отметил Рале.
Капитан только кивнула, она не видела смысла подтверждать очевидное. По коридорам и залам будто ураган прошелся – причем живой ураган. Все повреждения, которые она видела, явно были оставлены не падением. Это все были следы оружия, изредка перемежавшиеся с опаленными местами там, где попадали лазерные заряды. Но это, вероятнее всего, последствия обороны колонистов, которая ни к чему не привела.
– Что можете сказать о нападавших, Толедо?
– Я? – растерялась Ноэль, которая, очевидно, решила, что ее тащат с собой, как ребенка: просто чтобы не оставлять одну. – П-почему я?
– Потому что вы в нашей команде остаетесь экспертом по органическим формам
