— XI век. В.А. Назаренко предполагает наличие других грунтовых могильников на Ояти: у д. Бор, д. Винница и пос. Озерское (Назаренко В.А., 1979б, с. 156). Последние он рассматривает как весскую погребальную традицию в Приладожье (Назаренко В.А., 1979, с. 155, 156). На восточном побережье Ладожского озера В.И. Равдоникасом открыты грунтовые погребения, ориентированные на юг и юго-запад, с руками, вытянутыми вдоль туловища.
Часть захоронений — без вещей, в других найдены топор и мотыга (Равдоникас В.И., 1934, с. 6, 13, 18–19). Все эти погребения, по мнению В.А. Назаренко, могут восходить к более древним грунтовым могильникам с трупосожжениями, которые, однако, пока не обнаружены.
Грунтовые погребения есть и южнее Ладожского озера. В 1974 г. в окрестностях Старой Ладоги у д. Княжино, на правом берегу Волхова обнаружены следы грунтового могильника, в котором было раскопано мужское погребение XI в., ориентированное на юго-юго-запад. При нем находились наконечник стрелы, пластинчатое огниво, спиралеконечная бронзовая фибула (Петренко В.П., 1975, с. 32). Этот могильник расположен в западной части области распространения весских топонимов. На восточных границах ареала прибалтийско-финских топонимов — по рекам Ваге и Сухоне — также известны грунтовые могильники XI–XIII вв. с трупоположениями, ориентированными на юг, юго-восток и северо-запад, с вытянутым положением рук и комплексами женских украшений, близкими поздним белозерским и приладожским.
Курганный обряд погребения, очевидно, заимствован весью от соседей — славян и скандинавов. Обряд захоронения в курганах со временем менялся. В X — начале XI в. господствовало трупосожжение. В конце X — первой половине XI в. захоронения производились как по обряду трупосожжения, так и трупоположения, с конца XI и в XII в. — только по обряду ингумации. Курганные группы немногочисленны (от 5 до 20 насыпей). Курганы в группах обычно расположены цепью, вдоль реки (табл. XVI, 1).
У различных территориальных групп веси курганный обряд погребения имел свои особенности. Так, в юго-восточном Приладожье сооружению кургана предшествовало предварительное выжигание растительности на погребальной площадке и иногда окружение ее ровиками. Главную же особенность составляют очаги, обнаруженные в 2/3 от общего числа курганов с трупосожжениями. Очаги сооружались обычно в центре будущей насыпи на подсыпке из песка. Их основание обмазывалось глиной и посыпалось гравием. Установлена преобладавшая меридиональная ориентировка кострищ. На очаге размещались кухонные принадлежности: горшки, котлы с цепью, сковорода и сковородники, лопаты. Там же оставлялась заупокойная пища. К востоку от очага помещались кальцинированные кости мужчин, к западу — женщин. Трупосожжения всегда совершались на стороне. Среди курганов с трупосожжениями преобладали ярусные, вероятно семейные, усыпальницы. Встречались также курганы с парными (преимущественно мужчина и женщина) и одиночными (почти исключительно мужскими) погребениями. Можно отметить и другие особенности погребального обряда. Так, в бассейне Ояти кальцинированные кости вместе с погребальным инвентарем заворачивали в бересту. В девяти курганах с трупосожжениями найдены захоронения сожженных коней (карта 5). Конские захоронения всегда сопровождали погребения вооруженных мужчин (Голубева Л.А., 1981, с. 90–96, рис. 1). Кальцинированные конские кости обычно укладывались отдельной кучкой и покрывались предметами конского снаряжения. В кургане 4 у д. Чемихино обнаружены ременные, слегка обожженные вожжи длиною свыше 10 м. В кургане 17 при д. Карлуха с трупосожжением воина и женщины найден целый скелет верхового коня.
В кургане 5 группы Шангиничи-лес обнаружен скелет коня с обрубленными передними конечностями, лежавший в направлении север-юг. В кургане найдены топор, наконечник стрелы, сковорода, точильный брусок. В четырех курганах (на реках Сязнига и Капша) с мужчинами были захоронены собаки (табл. XVI, 5). Убитым животным была придана господствующая у веси южная ориентировка (карта 5).
Обряд ингумации появился в Приладожье уже в X в., но до середины XI в. возводились курганы со смешанным обрядом погребения. Господствующая ориентировка — южная, характерное положение покойных — на спине, с вытянутыми руками.
В курганах с трупоположениями XI в. сохранялся тот же ритуал — захоронения мужчин и женщин совершались по разные стороны очага. Нередко останки женщин, сопровождавшие погребения мужчин, имели следы насильственной смерти (захоронения наложниц, рабынь?). В курганах XI и даже XII в. встречены захоронения черепов. Иногда они поставлены на основание, а рядом положены вещи и украшения.
В.А. Назаренко по курганам XI в. на р. Сязниге (Назаренко В.А., 1974, с. 44, 45) установил, что иногда вместе с мужчиной, погребенным первым, в западной половине кургана только ставился горшок или помещались женские украшения (табл. XVI, 2–4). Когда спустя какое-то время умирала вдова, ее хоронили на поверхности кургана западнее очага, на котором вновь разводили костер. Затем насыпь досыпали. Вероятно, так погребалась свободная женщина.
Г.С. Лебедев (Лебедев Г.С., 1977, с. 195, 196) и В.А. Назаренко полагают, что обряд погребения в курганах с очагами создан особой этнической группой, обитавшей в южном Приладожье, условно названной ими «приладожской чудью» (Назаренко В.А., 1979б, с. 154–156). Действительно, наибольшее число таких курганов сосредоточено в бассейнах рек Паши и Сяси (карта 5). Однако даже самые ранние из них (с трупосожжениями, очагом в центре и очажным инвентарем) известны не только в южном Приладожье, но и на р. Оять, а на Олопке и Свири были распространены курганы с очагами и со смешанным обрядом погребения, а также с трупоположениями.
Погребальный обряд этих курганов нельзя связать только с финской этнической традицией.
Обычай возводить курганные насыпи и сооружать очаги был в Приладожье заимствован от скандинавов (Назаренко В.А., 1970, с. 191–201; 1979а; 1980б, с. 274; Тухтина Н.В., 1971, с. 162–181). К VIII–IX вв. относится первый курганный могильник с захоронениями выходцев из Скандинавии близ Старой Ладоги. Проникновение скандинавов в юго-восточное Приладожье, по-видимому, шло с низовьев Волхова, по рекам Сясь и Паша. На Паше известны скандинавские курганные погребения первой половины X в. с очагами, обставленными каменными плитами (Залющик). Однако очаги с инвентарем, подобные приладожским, и женские погребения, расположенные к западу от очага, а мужские — к востоку, в Скандинавии не известны. По совокупности признаков подобный обряд нигде за пределами Приладожья не наблюдался. Представляя собой сплав разных погребальных традиций, обряд, очевидно, отражает существовавшую на определенном отрезке времени этническую смешанность населения: финского (весского) и скандинавского. Малочисленные пришельцы быстро растворились в весской среде, тем более что в XI в. приток скандинавов прекратился. Традиционно сложившийся обряд во второй половине XI–XII вв. отражал уже только весский этнос.
Изменения в погребальном обряде веси со второй половины XI в. происходили под влиянием всевозраставших контактов со славянами. Появились захоронения в подкурганных могильных ямах; в XII в. в них совершалось 50 % захоронений. Покойных помещали в гробы
