полые, в виде фантастических птичек-баранчиков (табл. XX, 2, 8).
К новым типам относятся также стилизованные литые прорезные коньковые подвески XII в. В сюжете некоторых из них (табл. XX, 4, 5) прослеживается преемственность от коньковых подвесок X в., изображавших двухголового копя и человека или «копя на змее». У большинства подвесок древний сюжет превратился в схематизированный орнамент. Вероятно, они изготовлялись на территории белозерской веси, где обнаружена половина общего числа подобных находок, откуда распространились в Приладожье, бассейн Ваги, Поволжье. Единичные находки зарегистрированы в Новгороде, на р. Луга, в Финляндии, Швеции.
Плоские подвески, изображавшие четвероногого конька (табл. XX, 3), проникли в Приладожье из северо-западных областей Руси. Наиболее поздними являются полые подвески, соединяющие в себе признаки коня и утки (табл. XX, 9). Эта категория украшений распространялась в XII–XIV вв. из Новгорода в финно-угорской среде на широкой территории от земли води на западе до региона коми на востоке. Она завершила собой эволюцию зооморфных украшений.
Женский костюм веси наиболее отчетливо восстанавливается по найденным вещам в погребениях с трупоположениями из Приладожья. Головной убор состоял из ленты, ремешка и полоски бересты, обшитой тканью, к которым крепились височные кольца. Впрочем, последние были мало распространены. В большинстве это типы, заимствованные от славян: проволочные с эсовидным или спиральным завитком, браслетообразные, ромбо-щитковые, трехбусинные. К височным кольцам прикамского происхождения относятся немногочисленные полулунные с высокой дужкой (табл. XVIII, 5). На шее женщины носили ожерелья из бус, бисера и монет, а также гривны.
Покрой верхней одежды был близок к общеприбалтийско-финскому типу, о чем свидетельствует наличие во многих погребениях веси нагрудных пряжек (одной или двух), расположенных на уровне ключиц.
Так же как у женщин Скандинавии, корел, эстов, верхняя одежда веси по археологическим данным восстанавливается как высокая несшитая юбка из двух полотнищ, с двумя парами петель, из которых длинные перебрасывались через плечо и скреплялись на груди с короткими при помощи парных пряжек. В XI в., но чаще в XII в., известны и погребения с одной пряжкой; предполагается, что в этом случае юбка носилась на одной лямке. По сохранившимся на оборотной стороне бронзовых украшений фрагментам тканей можно говорить о льняных, полотняных и холщовых рубахах и шерстяной верхней одежде (табл. XVI, 7).
Традиционный покрой женской одежды сохранялся и в XII в. Изменялся состав нагрудных украшений, но их расположение в погребении оставалось прежним. Вместо нагрудной цепи иногда служила низка бронзовых флаконовидных пронизок. К пряжкам присоединялись нагрудные украшения из зооморфных подвесок, бубенчиков, игольника. В погребениях XII в. нагрудные цепочки иногда не соединяют парные пряжки, а свисают с них вертикально. К ним прикреплены крестик, игольник, копоушка и шумящая привеска. Женская одежда подпоясывалась. Известно поясное украшение из шпуров, продетых в бронзовые спирали, к которым прикреплены подвески-уточки, ключи, гребень (табл. XVIII, 16).
О головном уборе белозерской веси известно немного. В курганах с трупоположениями на р. Суда найдены браслетообразные (незавязанные) височные кольца с заходящими концами, которые В.В. Седов связывает с финноязычным населением северных областей Древней Руси (Седов В.В., 1982, с. 194, 195). Такие же встречены на поселении Крутик и Белоозере в горизонте X в. Там же, а также в курганах с трупосожжениями на р. Суда известны браслетообразные втульчатые височные кольца, типичные для мери. Только в Белозерье отмечены проволочные височные кольца с заходящими концами и с перегибом, датирующиеся XI–XII вв. Местным белозерским типом были также височные кольца с головой лося (табл. XVIII, 9), найденные в Белоозере (три), Киснеме (одно), в Каргополе (одно). Дата — XI и XIII вв.
Лунничные височные кольца X в. из находок на р. Суда и Белоозере отличаются от приладожских более широким щитком и короткой дужкой, отливавшейся вместе с последним. На поселении Крутик найдена каменная литейная форма для изготовления таких колец. Они украшались рельефным орнаментом, снабжались трапециевидными привесками. Дальнейшее развитие этого типа височных колец выразилось в увеличении размеров щитка и усложнении орнамента. Такие кольца известны в погребениях XII–XIII вв. у оз. Боже, на реках Вага и Сухона. В грунтовых погребениях XII в. восточнее Белого озера (Нефедьево) найдены остатки головных уборов из шерстяной ткани, расшитой бронзовыми спиральками.
Женская одежда белозерской веси была, видимо, аналогична приладожской. Так, в женских погребениях конца XI в. у д. Нижний Конец найдены парные и одиночные пряжки в области ключиц (табл. XVIII, 41). Нагрудными и плечевыми украшениями служили связки шумящих привесок (колоколовидных бубенчиков), по пять-семь штук, вместе с копоушкой и игольником (табл. XVI, 7). Поясные украшения состояли из бубенчиков, соединенных с ножом и гребнем. В погребении 1 нож в футляре лежал на левом плече. Отдельные погребения с нагрудными пряжками и цепочками обнаружены также в бассейнах Мологи и Шексны, а также в Верхнем Поволжье (карта 6). Костюм, требующий двух пряжек в области ключиц, зафиксирован и в грунтовых погребениях веси. В 1978 г. у д. Погостище восточнее Белого озера обнаружено женское погребение конца X — начала XI в. с двумя крупными подковообразными фибулами у верхних головок плечевых костей. Третья малая пряжка находилась на груди (табл. XVI, 6). Покойная лежала на спине, с вытянутыми руками, головой на юг — юго-восток. Среди погребального инвентаря содержались шумящие украшения, а также нож и топор (Макаров Н.А., 1983б, с. 215–219, рис. 1; 2).
Относительно покроя мужской одежды сведений гораздо меньше. Она изготовлялась также из льняных и шерстяных тканей. Известно о существовании шерстяных плащей, которые застегивались на груди или плече одной пряжкой.
В мужских погребениях всегда встречаются топоры и ножи. Орудия других типов (сошник, коса) единичны. В курганах юго-восточного Приладожья X–XI вв. обычны также находки оружия: наконечники стрел и копий, боевые топоры. Оружие представлено в основном общеевропейскими формами. Только среди наконечников стрел имеются специфические для местного финно-угорского населения срезни без упора. А.Ф. Медведев отмечал, что русским населением этот тип стрел не употреблялся (Медведев А.Ф., 1966, с. 71). По подсчетам С.И. Кочкуркиной, среди учтенных наконечников стрел Приладожья срезни такого типа по числу находок занимают второе место (Кочкуркина С.И., 1973, с. 49). Они датируются X–XI вв. Помимо Приладожья, такие срезни найдены на поселении X в. Крутик. Мужчины носили у пояса нож, огниво, железную или бронзовую трубочку для трута, кремень, иногда железную иглу с кольцом.
Типичными для веси являлись пластинчатые огнива (табл. XVIII, 12, 19). В Приладожье 3/5 этих огнив найдены в трупосожжениях, а остальные в погребениях X–XI вв. по обряду ингумации с южной ориентировкой. Ареал пластинчатых огнив
