Сейчас было не больше шести вечера, но в комнате, где лежала Лайра, царил полумрак. Дэр закрыл ставни и задернул шторы. Он надеялся, что такая атмосфера успокоит девушку. За последние несколько дней в ее жизни произошло слишком много неприятных событий, которые в результате привели ее к стрессу, вызвали состояние шока.
Убедившись в том, что Лайра наконец-то уснула и спала довольно крепко, Дэр осторожно выпустил ее из объятий и тихо поднялся с кровати. Бесшумно ступая, он прошел к креслу, стоявшему напротив кровати, и сел в него, положил руки на подлокотники и стал смотреть на спящую девушку. Выражение ее лица сделалось безмятежным, и губы чуть приоткрылись. Дышала она глубоко и ровно, и это означало, что сейчас ей не снились кошмары, сейчас она по-настоящему отдыхала и набиралась сил.
Дэр провел ладонью по подбородку и задумался. Что же такое придумать? Как остановить Нила? Что могло бы заставить его отказаться от Лайры? Как помочь бедняжке?
Конечно, кое-что было ясно уже сейчас. Они с Ником уже знали, что Нилу Баркеру можно было бы предъявить обвинения по трем статьям, каждая из которых более чем серьезна. Но требовались доказательства. Если им удастся раздобыть эти доказательства, то тогда появится возможность навсегда избавить Лайру от этого негодяя.
Но если им все-таки удастся засадить Нила за решетку, то встает вопрос: сколько времени он проведет в тюрьме и не начнет ли он снова преследовать Лайру, когда выйдет на свободу?
Когда Дэр вышел из комнаты Лайры, Ника уже не было дома. Он уехал куда-то по своим делам. Дэр вернулся в тайный кабинет Ника и открыл спутниковую карту лагеря в Орегоне, включил подсветку экрана и стал внимательно рассматривать изображенную местность. Огорчало то, что карта была не очень четкой, а им, чтобы разработать какой-то план, надо хорошо ориентироваться на местности и знать, где именно находится охрана.
Дэр невольно сжал кулаки. Его снова начинал душить гнев. Господи, что это чудовище сделало с Лайрой?! И видимо, не только с ней одной. Перед глазами Дэра замелькали картины – одна страшнее другой. Нил Баркер должен ответить за все свои злодеяния. И он, Дэр Ланкастер, непременно этого добьется.
Но нужен план. Он должен разработать план, причем как можно скорее. Увы, в голову ничего не приходило – только штурм поселения сектантов с небольшим отрядом. Хотя штурм – не самая лучшая идея.
Выключив монитор и подсветку, Дэр вышел из кабинета и стал подниматься по лестнице. Его тяжелые ботинки громко стучали по металлическим ступеням, и какое-то время он слышал только этот грохот. Потом воцарилась тишина.
Немного подумав, Дэр направился к комнате Лайры. Подходя к двери спальни, он старался ступать как можно тише. С превеликой осторожностью приоткрыв дверь, проскользнул в комнату, посмотрел на кровать – и увидел, что Лайры в постели нет.
Черт возьми! Зачем он оставил ее одну?!
Дэр метнулся к двери, выскочил из комнаты, промчался по коридорам и, грохоча ботинками, вбежал в гостиную. Залитая зеленоватым светом, Лайра в одной майке сидела на диване и прижимала к животу подушку. С растрепанными волосами и сонным выражением лица она казалась такой красивой, что сердце Дэра на мгновение замерло.
Тихо играла музыка, и Лайра напряженно прислушивалась к печальным звукам.
– Потанцуй со мной, – сказал Дэр.
Услышав его голос, Лайра вздрогнула и выронила подушку.
Глава 13
Когда Дэр приблизился к ней, Лайра вдруг почувствовала странное возбуждение. Этот мужчина почему-то всегда действовал на нее именно так, даже сейчас, когда она была близка к отчаянию. Что-то в его взгляде, в его голосе необыкновенно волновало ее и возбуждало.
Последний раз она танцевала лет сто назад, наверное, еще в средних классах школы. Лайра хотела сказать об этом Дэру, но не успела. Он уже стоял рядом с ней и держал ее руку в своей руке.
В следующее мгновение он прижал ее к себе и обнял за талию. Лайра прикрыла глаза – от Дэра всегда так замечательно пахло… Это был запах мужчины, возбуждающий и дразнящий. Она чувствовала тепло его тела и легкое напряжение в мышцах. А тихие звуки музыки плыли над ними, словно обволакивая мягкой пеленой и заставляя забыть обо всем на свете. Сотканное музыкой волшебное зелье проникало в их поры, в их сознание, и они не смогли не попасть под власть этого волшебства.
Ее рука скользила по его шее, а пальцы теребили жесткие пряди его черных волос. Когда же Дэр прижался к ней чуть покрепче, Лайра почувствовала, как сильно он возбужден.
По телу ее тотчас пробежала горячая волна, и она ощутила, как твердеют ее соски.
– Господи, малышка, что ты со мной делаешь? – прошептал Дэр ей в волосы. – Когда я вижу тебя, мне все время хочется прикасаться к тебе, обнимать тебя, заниматься с тобой любовью.
Лайра издала какой-то неопределенный звук, выдававший ее смущение, затем она подняла голову и робко посмотрела на Дэра. Какое-то время они танцевали, молча глядя друг другу в глаза. Потом он наклонил голову и прикоснулся губами к ее губам. Лайра тихонько застонала, и Дэр впился поцелуем в ее губы и еще крепче прижал к себе. И Лайра не сопротивлялась – напротив, она ждала этого с величайшим нетерпением. Она слышала гулкие удары своего сердца и чувствовала, что ее все сильнее влечет к Дэру. Было ясно, что их танец мог закончиться чем-то более бурным и страстным.
Впрочем, она испытывала не только влечение к этому мужчине. Когда Дэр обнимал ее, она сразу же успокаивалась; раньше с ней никогда не случалось ничего подобного. Даже рядом с матерью, в родительском доме, Лайра постоянно ощущала какое-то странное напряжение и беспокойство. Возможно, ей тогда казалось, что она должна опекать свою мать, заботиться о ней. А вот Дэр опекал ее, Лайру. Он заботился о ней, и, наверное, такой заботы ей всегда очень не хватало. Он позволял ей быть слабой. С ним было легко, с ним она верила в то, что все ее беды остались позади.
Запрокинув голову, Лайра посмотрела ему в глаза и с дрожью в голосе проговорила:
– А когда ты помогаешь другим женщинам, между вами тоже возникает… такая близость?
Дэр замер. Его глаза потемнели и сделались почти черными. Он нахмурился и спросил:
– Откуда такие мысли? Разве ты не понимаешь, как я к тебе отношусь? Ты – особенная.
Лайра отвернулась, но он взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза. Она в смущении пробормотала:
– Во мне нет ничего особенного. Боюсь, ты скоро поймешь это и разочаруешься…
– В тебе все особенное. – Он прижался губами к ее лбу. – Знаешь, малышка, я никогда не встречал таких женщин, как ты. Ты сильная, умная и красивая.
Она хотела покачать головой, но Дэр, взяв ее лицо в ладони, продолжал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
